'Фантастика 21025-22'. Компиляция. Книги 1-23 - Виталий Хонихоев

– Если бы не эта девушка, ничего бы не вышло.

– Как же она призвала небесную посланницу?

– Она… Она молилась, – будто сам себе не веря, ответил Учида. – Это чудо, не иначе.

– Да уж, – хмыкнул Хизаши. – Боги редко спешат на помощь по первому зову.

Неслышно подошедшая Чиёко сказала:

– Смотря как и кого звать. Может, господин просто не умеет просить?

Она оглянулась на Куматани, тот как раз пришел в себя и пошевелился.

– Хизаши? – позвал он взволнованно.

И еще что-то изменилось внутри, повернулось до щелчка, занимая непривычное, но такое до странности правильное положение. Хизаши молча оставил людей позади и навис над Кентой.

– Очнулся, герой?

– Ты в порядке? – сипло спросил Кента, приподнял голову, пытаясь осмотреться. – Что произошло?

– Это все хотят знать. Начать можно с того, как ты, младший ученик, остановил посох тэнгу?

В мшисто-зеленых глазах Куматани застыло искреннее непонимание, и Чиёко, снова возникшая неслышно, жестко пресекла попытки его допросить.

– Потом поговорите, – сказала она. – Вы оба ранены, а ваши товарищи еще не до конца пришли в себя. Душа, знаете ли, не кимоно. Однажды сняв, легко обратно не наденешь.

Хизаши, который по первости вообще не мог сам одеться, не запутавшись в завязках, спорить не стал, хотя очень хотелось. Если честно, то в нем самом душа уже едва держалась от усталости. Но было еще одно нерешенное дело. Хотя нет, даже два.

– Живых больше не осталось? – спросил он, повернувшись к Учиде.

– После того, как снова начал ощущать тело, я отправился готовиться к обряду сдерживания злых сил, – ответил он, и на лице появилось тревожное выражение. – Со мной был слуга, Фудо. Я должен найти его.

Чиёко отвернулась, и Хизаши подумал, что им пришла в голову одна и та же мысль. Никого не осталось, только они пятеро.

– Тогда еще вопрос, – обратился он к ней. – Как ты вернула Учиду?

– Порвала листок с рисунком.

– А если бы ты его убила?

– Что мне оставалось делать, господин?

При этом она опускала голову, как покорная служанка, и Хизаши мысленно махнул рукой.

– Тогда сиди здесь, сторожи Куматани, а я поищу одну ширму…

– Стой, я с тобой, – оживился Кента и с помощью Чиёко поднялся на ноги. – Со мной все хорошо, я же не умираю.

– А я поищу Фудо, – сказал Учида и первым решительно двинулся на поиски.

И один Мадока продолжал хранить блаженное молчание.

Только разрушенный зал остался внизу, как и чудом устоявшая лестница, Хизаши бросил на Кенту любопытный и подозрительный взгляд. Вроде бы его аура не изменилась, а проверить ее в момент противостояния с карасу-тэнгу Хизаши не сообразил. Так в чем же его секрет?

– Что? – спросил Кента, заметив интерес. – Боишься меня?

– Тебя? – Хизаши насмешливо фыркнул. – Подумаешь, карасу-тэнгу. Служанка вообще божественную посланницу призвала молитвой, вот это дело. А тэнгу так… – Он замолчал, косясь на Кенту. Тот улыбался. – Ты совсем больной, да?

– Нет, я же сказал, со мной…

Хизаши со всей дури огрел его по затылку сложенным веером.

– Сейчас-то за что?! – возмутился Кента.

– За дурость, – ответил Хизаши и протяжно выдохнул. – Не надо было связываться с Нурэ-онной. Она страсть как любит наивных юношей вроде тебя.

– Но сожрать она хотела тебя.

– Подавилась бы.

– А если нет?

Они остановились перед дверью в ту самую комнату с ширмой. Хизаши вошел, раздвинул заднюю стенку, впуская внутрь серебристый лунный свет. Казалось, прошла целая вечность, но на деле даже час Быка еще не миновал. В призрачном сиянии рисунок двух юношей на задней стороне ширмы выглядел поразительно реалистично. Протяни ладонь – и коснешься сам себя. Хизаши прищурился, глядя на длинный меч в руках нарисованного Кенты.

– Хочу сжечь ее, – сказал он.

Кента ушел, а вернулся с огненным талисманом из оставленных в их комнате вещей. Ширма занялась легко, веселое пламя охватило ее в мгновение ока, потом вспыхнуло голубым и горело, пока не осталась горстка пепла.

– Давай убедимся, что спасать больше некого, – предложил Куматани, и они пошли искать Юдая.

Фусинец встретился им с таким мрачным лицом, что даже Хизаши пробрало.

– Нашел слугу?

Бледные скулы Юдая вспыхнули багрянцем.

– Да! – рыкнул он яростно, напугав всех. И пронесся мимо, едва не сбив плечом. Позже выяснилось, что и правда нашел, только не Фудо, а его тело, и то не полностью. Закусок для ста ёкаев потребовалось очень много…

Кента что-то говорил о том, что они сделали доброе дело, уничтожили гнездо зла. Чиёко обмолвилась, что на этой дороге часто пропадали путники, а перед Обоном и вовсе никто не решался пройти мимо, но все равно загадочным образом оказывались на тропе, ведущей к рёкану. Его здесь вообще быть не должно.

– Был раньше, говорят, – пояснила Чиёко. – Давно. Тут и деревень заметно поубавилось, постоянные стычки самураев оставляли после себя только смерть.

Она упорно помалкивала о том, кто и зачем попросил ее найти рёкан «Нэкоджита» и как планировала со всем разобраться, если бы не пришлые оммёдзи. Хизаши не нравились тайны вокруг нее, но волновала эта загадочность его одного.

В любом случае, Кента ведь прав. Кошки кормили Парад ста духов человеческими телами и душами, заманивали несчастных и пускали на закуску. Хизаши несколько раз повторил это про себя, но нужной степени жалости так и не испытал. Все эти люди оставались для него просто какими-то людьми, он их не знал, не видел, ему было, по сути, все равно. Он и сам участвовал в Хякки яко не один раз, только вот приглашения на подобный ужин не получал. Наверное, его устраивали не каждый месяц, а только перед Обоном или еще в какие-то особые даты.

Даже немного обидно стало.

Они расположились в комнате, которую выделили Кенте, она не пострадала от появления гигантской белой змеи, и здесь можно было всем вместе дождаться рассвета. Но Учида сразу заявил, что будет ночевать один и уйдет, как получит необходимые ответы. К Мадоке чуть вернулись краски, но он все равно не разговаривал, а потом и вовсе заснул прямо сидя, не меняя позы. Чиёко тоже не могла остаться, поскольку была девушкой. Кента расстроился, Хизаши – обрадовался.

– Зато все плененные в этом году души свободны, – сказал Куматани после непродолжительного молчания. Нахмурился от внезапной мысли. – Но кувшинов было меньше ста. Я не считал, но точно не сто.

– Едва ли особое угощение давали всем подряд, – рассудил Хизаши. – В Хякки яко собираются ёкаи разной силы, возраста и вида. Возможно, бакэнэко умасливали только самых-самых.

Кента согласился.

– Скорее всего, ты прав.

– Ты всегда соглашаешься с Мацумото, – с ноткой недовольства заметил Учида.