Змей подколодный - Елена Никольская

Он налил себе коньяку и залпом выпил.

— Ты можешь жить здесь, — сказал Лёшка. — Это и твой дом, ты же понимаешь.

Дом вздрогнул, а слуга с грохотом уронил на пол макет. Барышня, не знавшая, чего стоила её отцу последняя фраза, криво усмехнулась.

— Сам меня учить будешь? Мне твой железный замок по ночам снится, если что. Нет уж, спасибо. Конечно, мы неплохо развлеклись, но пока я к тесному общению как-то не готова. А там видно будет.

— Неплохо… — повторил Лёшка и уселся на пол, привалившись к дивану.

— Ну да, — подтвердила барышня. — Местами было классно. Бисер твой — вообще сказка! Прикольно вышло!

— Дрейчик, — сказал Лёшка. — Ты не выйдешь на секундочку?

— Да я выйду, — сказал Андрей. — Но толку, Лёш, не будет.

— Я понял уже… Но ты выйди всё-таки. Там за соседней дверью библиотека. Налево…

И Андрей вышел, а Лёшка со вздохом сказал:

— Я не уговаривать. Я про Хэллоуин…

— А, — сказала барышня, усаживаясь с ним рядом.

— Не с руки мне тебя просить…

— Да не скажу я никому. Мне самой… Как представлю, что преподы узнают!.. Мне, конечно, теперь всё равно, но почему-то… не всё равно. А на фига ты это сделал?

— Ты не поверишь… — сказал Лёшка. — Я в том Хэллоуине и сам крутился. С полным кайфом… Это подарок был такой. Всеобщий. Незапланированные вакации, м-м… Могу я себе позволить?! Но как представлю, что коллеги узнают… Убьют же к чёртовой матери… Дочь моя. Прости меня, а?

— Я подумаю, — сказала Ольга. — Но школу ты подыскивай. На школу, папочка, наши с тобой отношения в любом случае не повлияют.

Часом позже дом в Старых Соснах сумел убаюкать всех, кроме хозяина. Спал даже слуга; приняв на пороге дрёмы обличье тигра, он свернулся клубочком в своей мансарде и тихонько порыкивал. Снилась ему маленькая хозяйка. Она качалась на подвешенных к яблоням качелях — ужасно высоко, а тигр сидел на клумбочке перед качелями и переживал. Конечно, верёвки тигр привязывал сам, но теперь думал, что они слишком тонкие.

Наяву под яблонями сидел, размышляя, директор гимназии, а около его уха висела прилетевшая из дома телефонная трубка.

— Не спишь?

— Угадай…

— Детей уложил?

— Съел. Фарид. Я тебя умоляю, давай уже завтра это всё… Малыш в порядке?

— С тебя подтанцовочка, Алекс. Как будем поступать?

— Как скажешь, так и будем…

— Говорю. Каждый понедельник доставляешь мне три четверти фунта шайской ванили. С утра. Уяснил?

— Чёртова ведьма, — задумчиво сказал директор. — Это же надо…

— Укороти язык, — посоветовали ему с довольным смешком. — У самого ведьма растёт.

Ах, дурная, дурная шутка! Шутка, сыгранная с самим собой, обретшая горький кофейный привкус… "Добавить сахару, — подумал директор. — Сахару — или травы. Сладкой травы, той, что растёт в окрестностях замка, ничуть не похожего на гимназию. Старого, очень старого замка…"

Эпилог

Я тихо еду на осле,

Держу соломинку в зубах,

И рыжий чёрт сидит в горах,

И что-то мне кричит вослед.

Наверно, что-нибудь о том,

Что будет с осликом потом.

В окрестностях старого замка рос ковыль.

По колено высотою, он стелился ковром до самого леса.

Маленькая ведьма смотрела на лес, едва дыша от восторга. Лес был тёмный, дремучий: сказочный. По лесу бродили эльфы, волки и разбойники, в лесу стояла избушка на курьих ножках, через лес скакали рыцари на горячих вороных лошадях. Горести и сожаления, терзавшие ведьму, съёжились и свалились под ноги; ведьма наступила на них и немножко попрыгала, втаптывая в землю.

— Жара, однако, — сказал за спиной наследник джедаев. — А где у нас в ноябре лето?

— В Австралии, кажется… — рассеянно сказала ведьма. — Смотри, лес какой!

— Там зайцев полно! — оживлённо сказал Флюк и сбил лапой прыгнувшего мимо кузнечика. — Жирный! — возвестил он, подцепляя добычу когтем. — А тут неплохо!..

Джедай поглядел на тигра, поглядел на ведьму и скептически хмыкнул. Лес волновал его мало. Вот замок в отдалении — дело другое. Вне сомнений, новая школа находилась именно там, и джедаю это не нравилось. Утешало одно: куратор (бывший куратор, а жаль!) сказал, что здесь преподают боевые искусства — вместо физкультуры. А вот про замок не обмолвился ни словом…

— Топать-то километра два! — прикинул джедай вслух. — Из каких соображений, интересно? Нельзя было у ворот выйти?

— Куда топать? — спросила ведьма и наконец-то обернулась. — Ой… Ой!.. Андрюшка! Ты видишь? Мне же не мерещится?!

— Мы стоим на лугу, — сказал джедай, критически сощурившись. — С одной стороны луга — лес, а с другой — замок. Большой такой. Но, сдаётся мне, не железный… Здесь нам и учиться, звезда моя. Что весьма печально…

— Почему это печально?!

— Замок, — пояснил джедай. — Аристократы, значит. Манеры. Этикет. Столовые приборы, шайтан их нюхал… И никаких воскресных увольнений — потому что некуда. Ни города, ни посёлочка… Впрочем, это как раз понятно. При нашей-то репутации!.. А уж заборчик каков! — сказал он, разглядывая высоченную крепостную стену. — Ну, Лёха, ну, змеюк…

— Подумаешь — заборчик! — фыркнула ведьма. — Сообразим что-нибудь… Зато — настоящий замок! И репутация тут совершенно ни при чём! Просто папочка учёл мои пожелания. Классно!

— А то, — согласился джедай. — Твой папочка — хлопец учтивый. Подземелья. Мрачные своды. Все дела…

— Подземелья! — повторила ведьма. — Ура!..

— Ясно, — сказал джедай. — Ну, лишь бы тебе нравилось…

Флюк, скакавший вокруг, лязгнул зубами и растянулся в траве.

— Чего б ты понимал! — сказал он, переворачиваясь на спину и перекидывая кузнечика с лапки на лапку. — Там же тайные ходы! Люблю!..

— Тьфу! — сказал джедай. — Пропаду я с вами, авантюристы хреновы!

— Не пропадёшь, — утешил тигр. — Я в подземных ходах — как в родной саванне!

— Ах, в саванне!..

— Там ворота открылись, — сказала ведьма. — Пошли?

Флюк, дожёвывая кузнечика, смотрел им вслед. Ведьма не шла — бежала, раскинув руки, почти не сминая ковыль. Джедай, тащивший две набитые сумки, еле-еле за ней успевал. Флюк выплюнул попавшую в пасть сладкую травинку и без труда обогнал обоих.

Словно ветерок прошуршал по лугу — вылетев прямиком к ногам местного преподавателя. Преподаватель (на вид совсем незнакомый) стоял, прислонившись к створке ворот: ждал детишек. И явно нервничал. Понятное дело! Взвалить на себя ещё одну должность — не коньячок распивать осеннею ночью…

Преподаватель подмигнул Флюку, и Флюк, мурлыкнув, потёрся об его штанину. А потом отправился восвояси. Хозяйские нервы — прислугины слёзки; уж избавьте!