Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов - Ерофей Трофимов

так в долги загонишь, и станет она на тебя всю оставшуюся жизнь работать. Вот мы решили сами с тобой поговорить.

– Вот дура, – хрустнув сжатыми в кулаки пальцами, зло выдохнул Елисей. – Ей же бабушка Радмила русским языком сказала, что сама ее позовет, когда помощь нужна станет.

– Не держи зла, – тихо попросил Святослав. – Было уж у нее такое. Потому и сторожится. А ей я сам объясню, что долгов за ней не будет. И что сыновьям ее удача выпала. Иль не так? – тут старик метнул в парня острый, словно нож, взгляд.

– Так, – спокойно кивнул Елисей. – Не будь ее мальчишек, я б других взял. Мне без разницы, кого учить. Главное, чтобы учиться хотели.

– Добре, – чуть улыбнувшись, кивнул дед. – На стройке был? Видел, что там артель сделать успела? – сменил он тему.

– Вроде все так, как я и нарисовал, – пожал Елисей плечами.

– Ты сходи, поговори с артельным. Там у тебя вроде тоже придумка какая-то нарисована, вот он и интересуется, где так строят и что из того получиться может.

– Это он, небось, про дымоходы, – сообразил Елисей. – Верно все там. Только жести надо у кузнецов побольше заказать. На трубы. Тогда от печи по всему дому будет тепло расходиться. А летом те трубы перекрыть можно, и дым весь станет прямо на улицу выходить, – пояснил он свою задумку.

– Хитро, – удивился старик. – Но ты к нему все одно сходи. Дело-то новое.

– Схожу. Обязательно, – кивнул парень, чувствуя, что еще наплачется с этой стройкой.

* * *

Появление на подворье десятника Радмира стало для парня неожиданностью. Вежливо поздоровавшись, Елисей уставился на казака внимательным, настороженным взглядом. Чуть улыбнувшись, Радмир зябко передернул плечами и, качнув головой, растерянно проворчал:

– Ну и взгляд у тебя, парень. Ажно в спине похолодело. За тобой я. Дед Святослав велел привести.

– Так мы что, на всю ночь? Вечереет уже, – уточнил парень.

– У нас свои пути-дорожки, – лукаво усмехнулся десятник.

– Добро, сейчас соберусь, – понимающе кивнул Елисей, жестом приглашая его пройти в дом.

Быстро проскользнув в свою комнату, Елисей накинул на себя амуницию и, проверив оружие, вышел к забежавшим в дом ребятам. Увидев его, вся троица моментально подобралась, но парень одобрительно кивнул им, усмехнувшись, и негромко сказал:

– Что делать, вы знаете. Вернусь или ночью, или утром, как дела пойдут. Без меня вести себя тихо и морды никому не бить.

– Случилось чего, Елисей? – не удержавшись, тихо спросил Мишка.

– Нет. Все хорошо, – отмахнулся парень. – Это уже наши дела. Вас не касаемо, – добавил он, кивнув на десятника.

Радмир легко поднялся с лавки и, попрощавшись, вышел из дома. Следуя за ним, Елисей быстро оглядывался, привычно отмечая про себя важные отметины, для обнаружения тайного хода из крепости. То, что такой ход есть, Елисей никогда не сомневался. Другое дело, что искать его парню было элементарно некогда. Обойдя жилую часть крепости по кругу, Радмир вывел его к стене, где стояло несколько полуразрушенных строений. Почему их не восстанавливают, парень не понимал, но эти вопросы нужно было задавать не казаку.

Аккуратно просочившись в какой-то сарай, Радмир отодвинул в сторону какие-то ящики, переставил старые корзины и, ногой раскидав землю, нашел на полу деревянную крышку с позеленевшим от времени бронзовым кольцом. Ухватившись за него, казак с натугой поднял крышку и, вздохнув, тихо проворчал:

– Давно не пользовали. Как бы не залило от дождей.

– Старая постройка. В те времена на века строили, – успокоил его Елисей.

– Это верно. Говорят, ход этот старше крепости. Вроде как тут у местного князя когда-то дом стоял. Правда иль сказка, теперь уж и не скажешь.

– Ну, судя по кольцу, крышку еще с тех времен не меняли, – задумчиво проворчал парень.

– А и верно. Кольцо-то бронзовое. Ладно, пошли, – скомандовал Радмир, доставая из заплечного мешка свечной фонарь.

Ловко затеплив его, казак с сомнением заглянул в провал и, быстро перекрестившись, начал спускаться по старым, стертым каменным ступеням. Елисей, быстро оглянувшись и убедившись, что их похода никто не заметил, отправился следом. Опустив за собой крышку, парень спустился по ступеням и, не удержавшись, попросил:

– Радмир, потолок освети.

– А чего тебе потолок-то? – не понял казак.

– Интересно, как этот ход делали. Рубили или копали?

– И как про то узнать? – заинтересовался десятник.

– А вот смотри. Видишь, след? – Елисей коснулся заметных бороздок от какого-то рубящего инструмента. – Вырубали его. Похоже, тут скала сплошная.

– Как же скала, когда рядом огороды разводят, – удивился Радмир.

– С годами на камень землю наносит, а потом на том месте люди селятся, – улыбнулся парень. – Как думаешь, почему в этом место больше никто селиться не желает?

– Думаешь, из-за скалы? – догадался казак. – И то верно. Ни огород не посадить, ни колодец выкопать.

– Вот и я за то, – кивнул Елисей. – Ну что, пошли дальше?

– Ага, – кивнул Радмир и, переведя свет фонаря на пол, первым шагнул в нужную сторону.

К радости казака, подземный ход оказался сухим и чистым. Конечно, были и пыль и мелкие камушки, но ни сырости, ни плесени, ни даже какой-либо живности в ней не нашлось.

– Радмир, а чего при осаде не стали так бойцов выводить? – не удержавшись, спросил Елисей.

– Мало нас было для такой вылазки, – помолчав, вздохнул казак. – Да и раскрывать ход этот Святослав не велел. Скажешь про него, а потом объясняй всем, откуда узнал, куда ведет, когда пользовался? А там и до капища нашего недалече. А эту тайну никому раскрывать нельзя. Запомни, Елисей. Никто, никогда, нипочем про капище узнать не должен. Что б с тобой ни делали, как бы ни грозили, молчи. Умри, но молчи. Иначе и сам пропадешь, и близких своих погубишь. Святоши никого не пощадят.

– Это верно, – скривившись, кивнул парень.

Они подошли к другому концу подземного хода, и Радмир, осветив угол рядом с дубовой дверью, набранной из толстенных плах, потянул за толстое бронзовое кольцо, торчавшее из стены. Что-то щелкнуло, и дверь чуть качнулась на толстых кованых петлях. Колупнув их пальцем, Елисей отметил про себя, что и они были выкованы из