Адмирал Нимиц - Элмер Поттер

«Молодой человек, — сказал Нимиц, — все это очень интересно, но до августа еще далеко, и все это время мне предстоит воевать. Далее, пожалуйста, скажите адмиралу Кингу, что я не могу подчиниться его указанию передать информацию только одному офицеру моего штаба, если он ожидает от меня поддержки, которая, я уверен, будет необходима. Вы сообщите ему, что я должен информировать кэптена Тома Хилла, который будет отвечать за оказание этой поддержки».

Нимиц повернулся в своем кресле, с минуту смотрел в окно, затем поднялся и сказал Эшворту: «Весьма благодарен вам, — и затем тихо добавил, словно говоря сам с собой: — Видимо, я слишком рано родился».

После этой беседы коммандер Эшворт осмотрел Марианские острова. Он искал подходящее место, откуда могли бы взлететь В-29 509-й сводной группы, которые должны были сбросить атомную бомбу на Японию. Он выбрал северо-западную оконечность Тиниана. Здесь были проложены взлетные полосы, сюда переправили В-29, появилось «поселение» из куонсетских ангаров[50]; новую базу обнесли колючей проволокой и тщательно охраняли. 27 июня офицеры 509-й группы, усиленно тренировавшиеся на Кубе и в штате Юта, прибыли на Тиниан, чтобы продолжить тренировки. Активность офицеров этой группы, летающих через океан и обратно, озадачивала и возмущала других пилотов базировавшихся на Тиниане бомбардировщиков, которые каждый день рисковали жизнью, совершая налеты на Японию.

В середине напряженной весны 1945-го морской министр, большой любитель печатного слова, решил, что главнокомандующему Тихоокеанским флотом следует выпускать еженедельную газету или хотя бы журнал Тихоокеанского флота. Нимиц ответил, что у него хороший отдел по связям с общественностью, который сможет этим заняться, но, сказал он, «что касается распространения и подобных вещей, то это отнимет много времени, а мы пытаемся воевать. Кроме того, у нас есть ежедневная пресса, радио и множество журналов». Даже до самых отдаленных районов доходили сокращенные «заокеанские» версии «Таймс» и «Ньюсуик». У Нимица не было желания соперничать с ними.

«Публицистическая сторона войны становится все ярче, — говорил Нимиц, — она почти затмила непосредственно военную ее сторону». Чем больше Форрестол настаивал на том, чтобы Нимиц занялся издательской деятельностью, тем больше упирался Нимиц, не желавший делать ничего в этом роде. В конце концов министр отступился, придя к заключению, что, за исключением, возможно, Эрни Кинга, Нимиц — самый упрямый офицер из тех, с кем ему приходилось иметь дело.

Генерал Арнольд, инспектируя Тихий океан, взялся сломить знаменитое упрямство Нимица. Офицеры сил сухопутной авиации, в том числе пилоты 21-й группы бомбардировщиков Лемея, пожаловались Арнольду, что главнокомандующий Тихоокеанским флотом чинит им препятствия и не дает достичь того, чего они хотят достичь. Арнольд ворвался в штаб главнокомандующего и выложил эти жалобы лично Нимицу. Нимиц вежливо выслушал и с готовностью принял все предложенные генералом изменения.

«После этого разговора с адмиралом Нимицем, — писал позже Арнольд, — мне стало окончательно ясно, что большая часть проблем, с которыми сталкивались воздушные силы, явились следствием того, что младшие офицеры имели обыкновение возводить относительно неважные вопросы до степени принципиальных. Все указывало на то, что я должен собрать своих людей и поговорить с ними». Арнольд, как и многие другие, понял, что Нимиц сопротивлялся только тому, что было нерациональным, неверным или оказывалось пустой тратой времени.

Военные действие на острове Гуам весной и летом 1945 г. были сложны не только из-за попыток разделить командование сухопутных войск и флота, но и из-за бесконечного потока посетителей, большей частью гражданских, которые были здесь по приглашению военно-морского министра или по его поручению. Конгрессмены, лидеры профсоюзов, издатели, деятели оборонной промышленности — казалось, всякий, кто мог выдумать хотя бы малейший повод для визита на отдаленные базы и беседы со старшими офицерами, оказывался здесь. Встреча гостей и планирование их маршрутов были обязанностью офицера, руководящего отделом по связям с общественностью, и его помощников, однако сам Нимиц принимал большую часть посетителей и приглашал многих из них на обед.

Среди конгрессменов, посещавших Гуам, был техасский сосед Нимица Линдон Джонсон. Среди издателей — Дуглас Саутхолл Фримен, редактор ричмондского издания «Ньюс Лидер». Нимиц ждал этого знакомства — он недавно с удовольствием прочел написанную Фрименом четырехтомную биографию Роберта Ли.

Остальные офицеры относились к таким «пожирателям времени» как к помехе и принимали их довольно прохладно. Некоторые путешественники жаловались на такое отношение Форрестолу, который передал эти жалобы Кингу, приказав написать в письме Нимицу: «Количество пользующихся известностью посетителей в вашей зоне будет возрастать. Очень важно, чтобы они были приняты с любезностью».

Едва Кинг успел справиться с этим указанием, как получил следующую, более резкую претензию от министра. На этот раз обидчиками были двое самых нетерпимых, по общему мнению, офицеров на Гуаме — Макморрис и «гениальный» Джон Хувер. Нимицу тут же был отправлен меморандум: «По мнению морского министра, Хуверу и Макморрису следует поручать посетителей как можно реже — до тех пор, пока они не усвоят нужные взгляды на такую работу».

У Нимица были и другие трудности с его офицерами. Хэлси заявил репортерам, что хочет прокатиться верхом на лошади императора Хирохито. «Бык» Хэлси и белая лошадь императора попали в газетные заголовки. Седла, уздечки, шпоры, которые Хэлси начал получать от своих почитателей, стали новой темой для газетчиков. Нимиц не замедлил заткнуть Хэлси рот. Японцы начинали заговаривать о мире, и насмешкам над их «божественным» императором было не время. Тем более, что теперь он один мог приказать своим подчиненным прекратить сражаться.

В заливе Лейт пилот-демонстратор, выполняя пикирование на корабли оперативной группы Тома Шермана, врезался во взлетно-посадочную палубу «Рендольфа», убив 11 человек. В гневе Шерман разослал своим капитанам приказ сбивать любой самолет, который только появится над их кораблями. Нимиц эти приказы отменил и сделал все что мог, чтобы успокоить распаленного Шермана.

В конце июня Нимиц вылетел в Сан-Франциско на встречу с адмиралом Кингом, которая оказалась их последней военной встречей. Во время переговоров, занявших всего один день, Кинг сообщил Нимицу, что президент Трумэн утвердил операцию «Олимпик» и что объединенное командование рекомендовало провести подготовку к следующей операции, «Коронет». Краткость этой встречи вполне могла отражать уверенность обоих — и Кинга, и Нимица — в том, что ни «Олимпик», ни «Коронет» так и не будут проведены.