Так просто... Книга 2 (СИ) - Серебрякова Светлана Ивановна "Lana Silver"

Моя Габриэль. Моя принцесса.

Но вот то, что она сидит на руках козла Олли, мне не по душе. Сказать по правде, моей крошке нравится этот парень. И то, как он относится к ней. Он расшаркивается перед девчонкой, словно она его королева! Эти его вечные манерные жесты, поклоны, заискивающий взгляд. А у этой крошки только что нос в небо не упирается! Она верховодит им, еще похлеще, чем мной! И, сдается мне, этот мудак, все-таки, сумеет вскружить голову моей дочери. Я только надеюсь, что случится чудо, и к тому времени он успеет обзавестись женой и детишками, и моя малышка останется для него «малышкой» в самом прямом смысле этого слова. Ну, или моя крошка обратит внимание на Нельсона. Я вижу, как этот парнишка уже смотрит на мою девочку. Он оберегает её, защищает, и во всем стремится помочь. Ну а если ни один из вариантов не сработает, что ж, Олли, прости, но, я оторву тебе яйца.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Стейки готовы, столы накрыты. И вся наша, теперь уже просто огромная семья, рассаживается вокруг составленных вместе столов.

Малышня носится, им нет до нас никакого дела. Я обнимаю Джейс, придвигая её стул как можно ближе к своему, и краем глаза наблюдаю за бандой мелких пацанов. Черт! Меня распирает гордость: у меня у одного дочь!

Хотя, тут как сказать. Жены Тима и Тома сидят возле своих мужей, сложив ладошки на заметно выпирающих животах. Эти двое женились на Сьюзи и Салли. Устроили двойную свадьбу в середине марта. Потому что, как выяснилось, их девочки залетили! И я не удивлюсь, если это случилось в один день. Черт! Они даже живут вместе! Нашли дом, в Марина дель Рей, достаточно большой, и разделили его на два отдельных входа. Я прислушался к их разговору со своей матерью и выдохнул с облегчением. Что-то о том, что сына Тома они решили назвать Тревис Джейсон, в честь отца Джейс, а мальчишку Тима окрестят как Самуэля Питера, в честь отца Сьюзи и Салли. Уф, у них родятся сыновья. И, стало быть, моя девчонка будет единственной принцессой в этом королевстве. Я хочу на это надеяться.

Но, и тут я оглядываюсь по сторонам и понимаю, что есть еще и Бил, и Роб…

Как так случилось, что все они теперь стали нашей большой семьей? Что Тим и Том построили для моего отца моторную яхту? Что Роб стал отдавать машины на техобслуживание в мастерскую Била? Что мама теперь все чаше делает заказы для своих благотворительных обедов и ужинов в ресторане Роба? Что Фил перебрался в ЛА и теперь возглавляет юридический департамент всей Корпорации? Что Дэвид и Тревис со своими девушками тоже здесь. Ну и этот болван Олли. Мы лучшие друзья. Были, есть и будем. Мы одна семья.

Я простил отца. Не смог понять, и, возможно, никогда не смогу, но, простил. Потому что, как сказала Джейс, и она оказалась права, невозможно жить с вечной болью и обидой в сердце. Это мешает двигаться дальше. И в один прекрасный день я сделал глубокий вдох, а с выдохом постарался не так остро воспринимать эту обиду. Возможно, с точки зрения Генри, в чем-то он и был прав. Но я твердо убежден, что никогда не смогу поступить так со своими детьми. Но, я рад, что мы смогли с отцом наладить отношения. Я рад, что он медленно и верно идет на поправку. Рад, что в этом ему помогают внуки, которые не дают ему заскучать и сидеть на месте. Рад, что он восстанавливается и снова вливается в работу. Потому что, я хочу больше времени проводить со своей семьей. Рад, что мы с отцом работает бок о бок, вместе. Рад, что вижу их тут, с мамой, здоровыми и счастливыми.

И всех нас вместе свела одна потрясающе красивая девчонка… моя Джейс.

Кто-то может называть это «знаками». Кто-то судьбой, провидением. Для меня это случай. Хотя, я не исключаю, что кто-то этот «случай» удачно спланировал и подстроил. Хочется мне верить, несмотря на то, что я огромный скептик, ладно, был им, что тут не обошлось без вмешательства Высших сил. И я вижу телесную оболочку этого засранца, что сидит на живой изгороди, с обнимку с красивой девушкой ангельской внешности, и подмигивает мне. Ник остается с нами. Хоть он и стал реже появляться в нашем доме, но и я, и Джейс, знаем, что он рядом. В наших сердцах…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Случай… Целая цепочка чередующихся событий, которая привела вот к такому результату. Какой-то распята-парень не зашил вовремя дырку в своем кармане, и из него вывалилась монетка. Эту самую монетку подняла Джейс и приехала в парк. Это случайность. Не случайность то, что там оказался я. Потому что я-то в этот парк собирался, именно в ту среду, именно с этими ребятами, и именно, черт возьми, с Эмили. Случайность то, что именно я сделал скейт для Джейс? Не знаю. Случайность, что я принял её за пацана? Скорее, вероятность. Случайность, что стянул с её головы капюшон? Закономерность…

Хотелось бы увидеть ту карту нашей жизни, где разноцветными линиями прочерчены наши дороги. Точки пересечения с теми или иными людьми. Какими знаками отмечены на этой карте судьбоносные встречи, а какими те, что даже не останутся в памяти? Хочется увидеть календарь всех значимых дат. Избежать по возможности, падений и неудач. А самое главное, знать, как и когда правильно поступить, чтобы обезопасить ото всех невзгод мира самых дорогих и любимых людей? тех, за кого я переживаю больше всех. Да, это и мама, и папа. И, конечно, Джейс, но сердце болит за Николаса и Габриэль. Потому что ужасно хочется, что в их жизни все было так просто…

Я знаю, что Джейс хранит тот четвертак. Так же, как и я храню свой первый заработанный доллар. Более того, открою секрет, что теперь эти монетки — наша семейная реликвия. Они висят в гостиной, в рамке, под стеклом, на самом видном месте…

А потом, снова череда событий… Болезнь отца. Большая статья в журнале, посвященная открытию Кардиологического Центра в ЛА. Еще один растяпа — добродушный доктор, что выронил свои ключи и опять-таки, из-за дыры в кармане! И вот… Каким цветом помечена эта область на моей карте? А на карте Джейс? Детей? мне хочется быть уверенным, что теперь все наши дороги будут находиться в крошечном радиусе от этой точки, от этой даты… И, похоже, что все-таки, всему виною пресловутые дырявые карманы! То ли, пустота, то ли черная дыра, а то ли портал в другую жизнь…

Я могу сколько угодно пролистывать в памяти все те события, что привели нас всех к этому дню. Господи! Ведь, все так просто! Я не мог не влюбится в эту девчонку! И я люблю её. Всей душой. И всем сердцем.

Я не могу не обнимать её. Не могу не чувствовать её рядом с собой. Не могу не касаться хрупких пальчиков этой удивительной маленькой женщины. Я по-прежнему сплю с ней в обнимку, закидывая ногу на её бедро или кладу голову ей на спину. А она, по-прежнему, ворчит, что я лишаю её личного пространства. Но, черт! Я до сих пор боюсь её отпустить! боюсь проснуться и понять, что это всего лишь сон. Сочтете это паранойей? Но я каждый вечер, перед сном, сам лично проверяю все замки, окна и двери. Хотя прекрасно знаю, что она от меня никуда не сбежит, потому, что я её «навсегда и навечно».

Я безумно горжусь этой маленькой девчонкой! В ней и детях заключена вся моя жизнь.

Но, если честно, она меня очень волнует. Особенно, в последние дни. Черт! Я беспокоюсь. Ужасно. И боюсь. За неё.

Вокруг звучат шутки, подколы, тосты в нашу честь. Я улыбаюсь, стараюсь не реагировать остро. Приподнимаю в знак благодарности за теплые слова свой бокал с виски. А краем глаза слежу за Джейс. И меня ужасно нервирует то, что она ничего не ест. Ничего! Отодвинула от себя тарелку со стейком и овощами, приготовленными на гриле. Не сделала ни одного глотка из бокала с вином. Более того, она, незаметно для всех, но только не для меня, поменяла вино в бокале клюквенную воду. Я знаю, что пару дней назад она посещала своего врача. Но ничего не сказала мне, отмахнулась, что все в порядке. Но, гребаный ты пончик, я переживаю. И, ей-богу! Я тряхну эту девчонку хорошенько, на глазах у всех!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Морковка! — Я наклоняюсь к ней, продолжая отстукивать нервный ритм пяткой о пол. — Ты ничего не ешь…