Я вам не Сталин… Я хуже! Часть третья: Текущая реальность. - Сергей Николаевич Зеленин

Герой Советского Союза полковник Евгений Николаевич Степанов – участник войны в Испании, где совершил 80 боевых вылетов, лично сбив восемь самолётов178, в том числе один «Мессершмидт-109» и один бомбардировщик ночным тараном – первым в истории. Был сбит над вражеской территорией, попал в плен и был даже приговорён к расстрелу. Но испанское Республиканское правительство обменяло его через Красный крест на германского лётчика.

И, на Халхин-Голе – сто боевых вылетов, четыре сбитых. Участвовал он и в Зимней войне, правда, без особых успехов.

Как это часто бывает в нашем богоспасаемом Отечестве, после награждения «Звездой героя», полковника Степанова задвинули на «руководящую работу» в Управление ВВС Московского военного округа. Где он и кис до самой «Чёрной пятницы» - когда на таком порядке вещей, мной был поставлен жирный чёрный крест.

Отныне умеющий сбивать (бомбить) лётчик - будет сбивать (бомбить), а не протирать казённые штаны об казённую же мебель в штабах. А организационной работой в авиации, как и во всех видах Вооружённых Сил СССР - будут заниматься люди, имеющие соответствующее образование, подготовку и опыт организационной работы.

Так вот, прослышав про найм американских экипажей для «Дугласов», сей полковник тут же вспомнил про своих товарищей «заокеанского происхождения», с которыми крыло к крылу сражался в испанском небе против фашизма.

В СССР это скрывали, а в постсоветской России - не особенно выпячивали тот факт, что среди воинов-интернационалистов во время Гражданской войны на Пиренеях - были не только советские лётчики, но и добровольцы из стран так называемой «западной демократии».

Правда, воевали они не за идею - не за то, чтобы «землю в Гренаде крестьянам отдать»…

А как это и полагается при демократии - за деньги.

Если конкретнее, то испанское республиканское правительство щедро платило летающим наёмникам тысячу(!) долларов в месяц, плюс ещё пятьсот «бакинских» за каждый сбитый самолёт.

Однако, демократическая американская общественность не приняла в расчёт их меркантильные интересы и вернувшиеся из Испании лётчики повсеместно считались «красными», подвергаясь на всех уровнях самой лютой обструкции.

К примеру, самый успешный американский асс Фрэнк Тинкер - летчик палубной авиации США, в 1936-м вступивший по контракту в республиканские ВВС Испании и под псевдонимом «Франциско Гомес» воевавший сперва на истребителе И-15, затем на И-16… Этот наёмник сбил восемь франкистских самолётов, в том числе два Мессершмитта-109 и заработав кучу бабла, по завершению контракта вернулся в Штаты.

Однако, там его встретили не особенно то ласково!

Друзья не подавали руки, знакомые при встрече делали вид что не замечают, а при попытке восстановиться в авиацию американского военно-морского флота - начальство выписало «красному» от ворот поворот. В итоге самый результативный на тот момент американский асс впал в депрессию, запил и застрелился.

Случай короче из разряда:

«Деньги – ничто, имидж – всё!».

Так вот, полковник Степанов (случайно или по собственной инициативе, не важно) встретился с ещё одним своим знакомым, ассом испанской Гражданской войны - Джеймсом Линкольном Холт Пеком, имевшим на счету пять франкистских самолётов. У того положение ещё более сложное: ему пришлось покинуть Испанию ещё до окончания контракта, после ультиматума «Комитета по невмешательству179». Разумеется никакие выплаты от Республиканского правительства он не получил, а попытка найти работу в Штатах провалилась из-за подмоченной репутации. И теперь он держится на плаву лишь благодаря писателю Эрнесту Хемингуэлю, с коим подружился в Испании и который нет-нет - да и подкидывает ему что-нибудь на пропитание.

Уже втроём он нашли третьего по результативности американского асса Испанкой Гражданской войны - Альберта Джона Баумлера, позывной «Аякс», лично сбившего пять самолётов противника и один в группе. Того по возвращению в Штаты, восстановили было в Вооружённых силах… Однако, он видимо ещё не навоевался, скучал и изъявил желание поучаствовать в какой-нибудь заварушке180.

Если за это будут хорошо платить, конечно.

Дальше, как в известной песТне:

«Бойцы вспоминают минувшие дни

И битвы где вместе рубились они…181».

Помянули пережившего Халхин-Гол и погибшего уже в нелепой катастрофе Сергея Грицевца - который с тридцатью победами (из которых двадцать четыре в группе) был самым результативным республиканским лётчиком-истребителем в Испании.

Вспомнили испанского асса Андреса Гарсия Лакаллье – одержавшего четырнадцать побед, невесть куда пропавшего после окончания Гражданской войны…

Вспомнили, что многие испанские лётчики перебрались после падения Республики в Советский Союз, например - Мануэля Клавьера, сбивший десять самолётов мятежников…

Как говорится «в процессе» к ним каким-то образом присоединился ещё один «дикий гусь» - Клэр Шеннолт, с 37-го года не вылезая воевавший в Китае, хорошо знавший многих бывших там советских лётчиков-добровольцев, а ныне оказавшийся не у дел и «на мели».

Слово за слово и, последнему пришла в голову идея о создании интернациональной авиабригады - для помощи уже Советскому Союзу в будущей войне с нацистской Германией.

Естественно, не бесплатно.

На следующий же день, полковник Степанов (видимо не найдя в американских супермаркетах рассола) долго не раздумывая, написал письмо лично товарищу Сталину с предложением о создании в советских Военно-воздушных Силах сего подразделения, хорошенько его обосновав с разных сторон.

Примерно через неделю товарищ Сталин (а ныне за него, напоминаю, ваш покорный слуга), это письмо прочёл, затем секунд пять подумал и почесав по обыкновению в затылке, вслух сказал на французско-нижегородской мове:

- А паркуа бы, мать твою и, не пас?

***

Что в Испании, что в Китае советские лётчики часто соприкасались со своими американскими коллегами, оставив довольно много воспоминаний в уже послевоенных мемуарах. Скажем прямо, добрых слов в них мало - от слова «ни одного»:

«Эти люди прибыли вовсе не для того, чтобы по-настоящему воевать и тем более жертвовать собой. Их интересовало другое: высокое жалованье, развлечения. Время свое иностранцы проводили в казино, различных увеселительных заведениях и на кортовых площадках. Разноплеменный отряд волонтеров находился на аэродроме в Ханькоу, и нам приходилось не раз встречаться с его летчиками. Они были одеты в щегольские куртки, ботинки на толстой каучуковой подошве…»182. 

Читая такое, надо учитывать время написание сих воспоминаний – Холодная война, когда про вероятного противника не принято было писать что-либо хорошее - если это конечно, не висящий на фонарном столбе негроамериканец - жертва одетых в белые балахоны расистов из «Ку-Клукс-Клана», или сидящий в тюрьме иль на электрическом стуле коммунист.

Ну и опять же, через наносное презрение к «разноплеменному» сброду - чувствуется лютая зависть к хорошо обутым и одетым американским коллегам, зарабатывающим хорошие деньги и после боевых вылетов - расслабляющихся в кабаках с классными деФками (пускай и косоглазыми), а не на политзанятиях с небритым политруком.

В свою очередь в воспоминаниях американцев, советские пилоты выглядят каким-то роботами-терминаторами, не знающими что такое усталость и «заправляющимися» исключительно водкой:

«… На службе русские демонстрировали примеры железной дисциплины. В отличие от