Спасательный круг (СИ) - Гейман

— Ну как тебе такое лекарство от кошмаров? — усмехнулся Майкл, игриво сжимая её ягодицы.

— Ммм…не дразни, нам скоро вставать. Неплохое лекарство, — она приподняла личико и невинно чмокнула его в губы. — Теперь всегда буду тебя будить.

— Смотри, змеёныш, я увижу, если ты начнёшь меня обманывать.

— Не сомневаюсь, дядя Майкл.

* * *

Корди потягивала из трубочки коктейль синего цвета, демон заморочился. «А почему нет, малыш? Поможет расслабиться. Или боишься?» — нагло ухмыльнулся Астарот, когда она сказала, что попкорна и так достаточно. Он и сам не ожидал, что её окажется так легко взять на «слабо», однако ведьма попыхтела, попричитала, но, не желая казаться слабой и зашуганной, согласилась. Ежу понятно, что коктейли с алкоголем, но Делию это очень быстро перестало смущать. Даже если она расслабится, в состоянии какого-либо опьянения демон её не тронет, в этом она твёрдо убедилась. Неужели на неё так повлиял его поступок, когда он отказался от неё, буквально на всё готовой? А если бы никто не подсыпал ей афродизиак, не выводил Астарота на драку с Барбело, она бы сейчас лежала бы так же, облокотившись спиной на его грудь, смотрела бы с той же весёлой улыбкой кино? Корделии было бы проще, будь ответом «нет». Однако так уверена в этом девушка уже не была.

— Маленькая, ты какая-то напряжённая, — послышался сзади его низкий бархатный голос. — Может, нужно было добавить больше рома и меньше сока? — брюнет нежно поднялся пальцами по её рукам, останавливаясь на плечах, начиная лёгкий, ненавязчивый массаж.

— Нет, с ромом, по-моему, уже перебор, — Делия прикрыла глаза, отчаянно борясь с желанием улечься головой на его торс, — мы же хотели расслабиться, а не напиться. — Её щёки были красными, а кожа горячей. То, как сильно она обмякла под его пальцами, говорило о том, что ей уже достаточно алкоголя.

— Тоже верно. Ты уже хорошенькая, — ухмыльнулся демон, аккуратно убирая стакан из её рук.

— Неправда, — запротестовала ведьма, нахмурившись и потянулась за жидкостью, но наглая рука, обхватившая талию, не позволила ей сдвинуться с места. — Отдай! Там осталось меньше половины, — этого как раз хватило бы ей, чтобы перестать зацикливаться на всяких «правильно-неправильно» и спокойно смотреть фильмы.

— Делия, боюсь, если ты выпьешь ещё хоть чуть-чуть — вырубишься, в лучшем случае. Ты, может, и не похожа на сильно пьяную, но дало тебе неплохо. Так что не надо меня обманывать, котёнок, — мужчина обвил хрупкое туловище поперёк, опустил подбородок на маленькое плечико и в таком положении заглянул в её слегка блестящие глазки. Блять. Верхняя пуговичка бежевой рубашки расстегнулась и обнажила острые ключицы, куда то и дело падал его взгляд. Если Верховная расслабится ещё немного, она определённо позволит к ним прикоснуться, это плюс. Однако, он не священник и не ангел, чтобы сдерживаться и не попытаться зайти дальше, это минус. В отличие от неё, он пил чистый вискарь, а её близость в купе с напитком, отдавались не только в голове, но и гораздо ниже.

— Не ожидала от тебя такого занудства, — девушка надула губки и устремилась глазами в экран.

— Это забота, Делия, — демон прошёлся носом по её шее, упиваясь резковатым ароматом розовых пионов, которые она сегодня проверяла в оранжерее, что вроде как, называлась библиотекой, но кого это волновало, и откинулся на подушки, оставляя руки на её боках. Это почти сексуальная поза, чёрт возьми, она спиной между его ног, а если приподнять её и усадить чуть выше…твою мать!

— Тигрёнок, тебе не холодно? — спросил брюнет, надеясь на положительный ответ. Может, если укрыть её, станет легче.

— Нет, — отвечает она, не отрываясь от просмотра.

Какая у неё узкая ровная спина, какая осанка, какие изгибы… Да разве ж это нормально, так мучиться?! И в какой момент они поменялись ролями, и она стала здесь хозяйкой? Демон уже было хотел отойти под предлогом, что попкорн кончается, как ведьма вскидывает руками, резко хлопая его по икрам.

— Ты чего психуешь? — удивлённо восклицает чёртик, отвлекаясь от своих пошлых фантазий.

— Потому что это идиотский конец! — вскрикивает ведьма, и он хихикает. Какая возмущённая и обиженная.

— Что не так? — брюнет возвращается к ней, прижимаясь, утыкаясь лбом в спину, сам пьяный от её близости и готовится слушать.

— Почему она всё бросила и вернулась? Да ещё и извиняется перед ним.

Они смотрели «Дьявол носит prada», и её решительно не устраивало, что главная героиня, так долго строившая свою карьеру, выковавшая в себе стержень и стремление идти вперёд, променяла всё, к чему стремилась, на отношения с человеком, который её ни капли не поддерживал всю дорогу, и серенькую жизнь.

— Потому что думает, что поступила некрасиво по отношению к нему, что бросила его и забыла, к тому же, изменила, — спокойно раскладывает по полочкам брюнет. Он разделяет её позицию, но ему интересно посмотреть с другой стороны на героиню и на саму Делию.

— Что значит, изменила? Он сам с ней порвал. У неё была цель, мечта, и она так старалась… А он, как только начало получаться, стал её обвинять в недостатке внимания и глупо обижаться, как дитя. А друзья? Разве так поступают нормальные друзья? Подарки дорогие берут, а потом ещё и обвиняют в том, что она якобы изменилась и стала неестественной. Это чистый абьюз, знаешь. Похоже на: «мы не можем выбраться из однообразного болота, и ты сиди с нами». У неё так глаза горели, а её молодой человек только плевался. Это ужас какой-то, ужасная концовка! — её руки летали в воздухе, бровки свелись к переносице, дыхание сбилось. Как же мило она сейчас выглядела.

— Корди, солнышко, забей на справедливость, её нет. У главной героини низкая самооценка, и ей проще остаться с ним, принимая его обиды за заботу, чем подвергаться осуждению со стороны друзей и открыться чему-то новому. На тебя чем-то похожа, — смеётся демон, когда она поворачивает голову на него и яростно смотрит.

— Да пошёл ты.

Наверное, было в этом зерно правды. Она тоже воспринимала Астарота, как измену, несмотря на то, что Майкл уже трахал Амелию. Она тоже никогда не решалась на какие-то разительные перемены и умело убеждала себя в том, что, например, Фиона своими унижениями проявляет беспокойство и заботу, тоже винила себя в поведении Майкла. И то, что она так злилась на несчастный, пусть и культовый, фильм, говорило о том, что она давно начала всё осознавать.

Интересно, то, что она проникается Астаротом, говорит, что она плавно перетекает от одного абъюзера к другому? Хотя ведь