Дядя Фёдор, пёс и кот. Полное собрание - Эдуард Николаевич Успенский

— Так давайте вашим друзьям и позвоним, — предложил Печкин.

— А что? — вдруг согласился Галкин. — Давайте Коле Баскову позвоним.

Они позвонили Коле Баскову, и Максим говорит:

— Коля, привет. Здесь один товарищ хочет стать миллионером и просит твоей помощи.

— У меня столько нет, — испугался Басков.

— Он не денег просит. Он просит помочь найти правильный ответ. Я ему трубку передаю.

Печкин трубку взял и спрашивает:

— А как его зовут?

— Коля Басков. Коля Басков, и всё.

Печкин свой вопрос задаёт:

— Уважаемый Коля Басков, может, вы знаете: «Кто его раздевает, тот слёзы проливает». Что это такое: лук, боксёр, доходяга или самбист?

— Конечно, лук, — сказал Коля Басков. — И много у тебя, Максим, таких шуток?

— Это не шутка, — отвечает Печкин. — Это четыре тысячи рублей.

— Хорошо, — говорит Галкин. — Поехали дальше. Вопрос на восемь тысяч рублей. «Сидит девица в темнице, а коса на улице». Что это — репа, брюква, остриженная преступница или морковь?

— При чём здесь преступница? — спрашивает Печкин.

— Как при чём? Поймали преступницу, осудили, остригли. Вот она в темнице, а коса её на улице.

— Она что, чужую траву косила?

Галкин от бестолковости Печкина стал выходить из себя.

— Нет. Это коса из волос.

— Не знаю, при чём здесь преступница, а только это морковь. Я с детства помню.

— Отлично, — говорит Галкин. — Следующий вопрос, на шестнадцать тысяч рублей. Как замаскировать железную дорогу? Посадить между шпалами деревья? Построить рядом такую же, но ложную? Покрасить шпалы в зелёный цвет? Напустить туман?

— Давайте ещё раз позвоним вашему другу, — предлагает Печкин.

Но Галкин отказался:

— Возьмите другую подсказку — убрать два неправильных ответа.

— Беру, — говорит Печкин.

Галкин нажал на кнопочку, и осталось только «Напустить туман» и «Посадить между шпалами деревья». Ну, Печкин и выбрал туман.

— Почему вы выбрали туман? — спросил Галкин.

Печкин ответил по-простому:

— Сейчас военные научились много тумана напускать.

А дело было не в военном тумане, а в дымной маскировке.

— Ответ правильный, — сказал Галкин. — На этом заканчиваем.

— Почему? — закричали в зале.

— Потому что это — выездная игра. У нас деньги кончились.

Тут дядя Фёдор и Шарик с Матроскиным спрашивают:

— Дядя Печкин, почему вы сказали, что у вас нет друзей? А мы?

— Какие ж вы друзья, — ответил Печкин, — когда у вас даже телефонов нету.

А профессор Сёмин спросил:

— Игорь Иванович, вам выдали деньги?

— Выдали.

— Так почему же вы считаете это тяжёлым случаем?

— А вы вторую часть этой истории послушайте.

На этом встреча закончилась, и Печкин прекратил дозволенные речи.

История восьмая

Самый тяжёлый случай из жизни почтальона Печкина. В западне

Часть вторая

На следующий вечер снова собрались жители Простоквашино — дядя Фёдор, Шарик, Матроскин и взрослые — профессор Сёмин Эрик Трофимович и почтальон Печкин Игорь Иванович.

Почтальон Печкин продолжил рассказ про свой самый тяжёлый случай:

— И вот, не прошло и года, из телевидения пришёл мне перевод на шестнадцать тысяч рублей. Мы всей семьёй посовещались и решили…

Но профессор Сёмин не дал ему договорить:

— Что ты говоришь, Игорь Иванович? Какая семья у тебя?

— А такая: соседка Пелагея Капустина и пёс мой породы ши-цу-ци, Каштан. Решили, что пора мне мотоцикл покупать.

— Послушайте, Игорь Иванович, — сказал дядя Фёдор. — У вас же велосипед есть хороший. Вам бы не мотоцикл, а что-нибудь более интересное покупать. Водные лыжи например.

— Да, — встрепенулся Печкин, — а где он — мой велосипед?

— Где?

— Не знаю где. Я недавно в Простоквашинск на нём ездил. А обратно пешком пришёл.

— В ремонт отдали? — спросил Шарик.

— Украли, — сказал Печкин.

— Вы бы его к забору цепочкой приковали, — посоветовал Матроскин, — или к калитке. Тогда бы его не похитили.

— А я и приковал.

— Ну и что?

— А ничего. Вместе с калиткой похитили.

— Но ведь велосипед-то не новый, — вмешался Матроскин.

— Точно, — согласился Печкин. — И калитка не новая.

— Может, покататься взяли? — спросил Шарик.

— Ага. Вместе с калиткой.

И Печкин продолжил рассказ:

— А у нас за рекой, вы же знаете, мотель новый построили, «Простоквашинский». Это недалеко, километров пять. Там и машины продаются, и мотоциклы. Пелагея меня туда довезла, а дальше у неё бензин кончился. Она свой мотоцикл домой покатила, а мне сказала: «Обратно ты на своём вернёшься».

— И стал я к мотоциклам приглядываться, — продолжил Печкин. — А пока я приглядывался, я по залу ходил. Там хорошо, светло, как в санатории.

— Надо туда зайти, — сказал профессор Сёмин. — Я люблю, когда чистое обслуживание.

— И я люблю, когда чисто и пыли нет. А там, у окна такие красивые диски для шин лежали! Я пока стоял, ждал своей очереди, один палец в диск засунул, в дырочку. Засунул, а вытащить не могу!

— И что? — спросили потрясённые слушатели.

— Ничего. Я говорю: «Можно я пойду в травмпункт? Там мне помогут палец достать». Они говорят: «Идите, пожалуйста. Только за диск заплатите». А диск весь сверкает и светится, ведь он не просто диск, а от «Мерседеса». Стал бы я в «жигулёвский» диск пальцы засовывать.

Дальше, ребята, опять я — Эдуард Успенский — буду рассказывать. Потому что когда рассказывает Печкин, у него