О праве войны и мира - Гуго Гроций

также меры принуждения сторон к заключению справедливого мира[1092] (Молина, спор 103, Quando inter: Эгидий Регий, «О сверхъестественных действиях», спор 31, сомн. вопр. 4, 72). Таков был некогда обычай у галльских друидов[1093], согласно сообщению Диодора и Страбона. Мы читаем также, что франкские короли предоставляли своим вельможам решение вопросов о делении их королевства.

IX. Или даже с помощью жребия

Третий способ есть решение споров жребием[1094]. Это в такого рода делах предлагал Дион Хризостом в речи второй «Против судьбы» и много раньше – Соломон (Притчи, XVIII, 18; Фома Аквинский, II, II, вопр. 95, ст. 8, и Каэтан, толк. на это).

X. Может ли быть дозволен поединок во избежание войны?

1. Со жребием граничит поединок, избегнуть которого, по-видимому, не всегда возможно, если двое, спор между тем иначе вовлечет целые народы в тягчайшие бедствия[1095], готовы решить дело оружием, подобно тому как некогда спор о Пелопоннессе решили Гилл и Эхем (Геродот, «Полигимния»), об области близ Инаха – Гиперох и Фемий (Плутарх, «Греческие вопросы»), об Элиде – этолиец Пирехм и эпеец Дегмеп (Страбон, кн. VIII), об Ибе – Корбис и Орсуа (Тит Ливий, кн. XXVIII). Ибо хотя это для самих противников и не столь «похвально, тем не менее поединок может быть допущен государствами как наименьшее зло. У Ливия (кн. V) Меций обращается к Туллу с такой речью: «Прибегнем к тому способу, согласно которому без великого поражения, без большого кровопролития народам возможно решить, кто над кем будет повелевать». Страбон (кн. VIII) утверждает, что таков был древний обычай у греков; а у Вергилия[1096] Эней заявляет, что было бы правильно разрешить подобным способом спор между ним и Турном.

2. Среди прочих обычаев древних франков[1097] Агафий горячо восхваляет этот обычай в книге первой; его собственные слова (поскольку они замечательны) я здесь приведу: «Если, например, между царями возникнут спорные вопросы, то выстраиваются войска в боевом порядке, чтобы разрешить спор оружием, и выступают друг против друга. А как только войска заметят друг друга, они, отринув гнев, предпочитают прибегнуть к соглашению и побуждают царей предпочесть вести спор правовыми доводами. Если же те этого не пожелают, то лично выходят друг против друга на поединок и решают дело, подвергаясь сами опасности. Ибо ведь ни справедливости, ни добру, ни отечественным установлениям не подходит из-за личной неприязни колебать или же разрушать государства.

Таким образом, они немедленно распускают войска и, восстановив мир, безопасно ведут между собой переговоры, устранив причины возможных бедствий. Столь велики забота подданных о справедливости и любовь к отечеству, у царей же столь кроткий и покладистый нрав».

XI. Владелец имеет преимущество при сомнении в ту или другую сторону

И хотя в сомнительных случаях обе стороны вынуждены изыскивать меры, дабы избегнуть войны, но в особенности к этому обязан тот, кто нападает, а не тот, кто защищает свои владения[1098]. Дело в том, что положение защищающего свой владения имеет преимущество не только по внутригосударственному, но и по естественному праву (L. in pari. D. de R. I.; Витториа, «О праве войны», 27 и 30). Основание этого мы уже приводили в другом месте из «Проблем», приписываемых Аристотелю. И здесь нужно добавить, что тот, кто уверен в правоте своего дела, но не имеет достаточных документов, с помощью которых мог бы доказать неправомерность владения фактического владельца, не должен начинать войну, потому что ему не принадлежит право принуждать другого отказаться от владения (Лессий, «О справедливости», гл. XXIX, спорн. вопр, 10; Молина, спор. 103, in secundo vero; Лорка, на II, II, 3, спор 53, 4).

XII. Если же ни та, ни другая сторона не являются владельцем, то в таком сомнительном случае вещь следует поделить

Когда же право сомнительно и ни та, ни другая сторона не является владельцем или же обе владеют на равных основаниях, тогда следует признавать неправым того, кто отвергает предложение о разделе спорной вещи (Лорка, на II, II, вопр. 40, спор 53; Сото, V, de Instltut. iur., XLL, ст. 7).

XIII. Изъяснение с помощью подробных расчленений вопроса о том, может ли война быть справедливой для обеих сторон

1. На основании всего изложенного можно разрешить поднимаемый многими вопрос о том, может ли война быть справедливой с обеих сторон (Коваррувиас, с. peccatum, 10, 6; Альциат, «Парадоксы», II, 21; Фульгозий. на L. Vdelust.; Пикколомини, «Гражданская философия», кн. VI, гл. 21; Альберико Джентили. кн. I, гл. 6). Принимая во внимание все, что составляет главные побудительные причины войн, нужно различать разнообразное значение слова «справедливость»[1099]; справедливым ведь называется что-нибудь или по своей причине или по своему следствию. Справедливым по своей причине называется опять-таки что-либо или в особом смысле слова, или же в том всеобщем смысле правоты, которая подходит под соответствующее наименование. Особый смысл, в свою очередь, включает то, что относится к деянию, и то, что относится к самому деятелю; ибо иногда говорится, что деятель поступает справедливо, поскольку он не прибегает к несправедливости, хотя бы содеянное им и не было справедливым. Правильно различает Аристотель «поступать несправедливо и совершать что-либо несправедливое» («Этика Никомаха», кн. V, гл. 10 и 11: «Риторика», кн. I, гл. 13).

2. В указанном особом значении слова «справедливость», принятом в отношении самого действия, война как борьба не может быть справедливой с обеих сторон, потому что нравственная способность по самой своей природе не может быть самопротиворечивой, например как действие и противодействие (Августин, «О граде Божием», кн. XV, гл. 5; кн. XIX, гл. 15; Коваррувиас, с. peccatum, 10, 2). А ведь возможно, что ни та, ни другая из воюющих сторон не поступят несправедливо. Никто не поступает несправедливо иначе как заведомо совершая несправедливый поступок; многие же этого не сознают. И с обеих сторон можно справедливо, то есть добросовестно, участвовать в споре. Ибо в области права, как и в действиях, служащих источником права, многое обыкновенно ускользает от внимания людей (Витториа, 32; Суарес, «О законах», кн. III, гл. 18; Альфонс де Кастро, «О силе уголовных законов», кн. I, гл. 1 и 3).

3. Согласно обычному пониманию справедливым называется то, что свободно от какой-либо вины действующего лица. Многое происходит без права и все же является свободным от вины вследствие неизбежного неведения лица. Примером здесь могут служить те лица, которые не соблюдают закона, оставшегося им неизвестным не по их вине после его опубликования и по истечении достаточного самого по себе срока для ознакомления с ним. То же может случиться в судебных спорах, если каждая из сторон или одна из них свободна не только от несправедливости, но и от всякой иной вины, в особенности же когда каждая из сторон или одна из них участвует в споре не от своего,