2. Валтасар. Таис. Харчевня Королевы Гусиные Лапы. Суждения господина Жерома Куаньяра. Перламутровый ларец - Анатоль Франс

75

…орфические гимны и басни вроде Эзоповых. — Орфические гимны, приписывавшиеся легендарному певцу Орфею, играли большую роль в таинствах в честь древнегреческого бога Диониса, начиная с VI в. до н. э. Позднее, в III–IV в. н. э., получило распространение учение мистической секты орфиков; александрийские ученые много занимались собиранием и изучением «орфической литературы». «Эзоповы басни» — народные обличительные басни древней Греции, творцом и зачинателем которых считается легендарный поэт VI в. до н. э. Эзоп.

76

…три божественных ума: Иисус Галилеянин, Василид и Валентин. — Василид и Валентин (II в. н. э.) — главные представители александрийского гностицизма, религиозно-философского направления, соединявшего христианскую теологию с неплатонизмом и пифагорейством. Гностики были ярыми врагами материализма и расчистили почву для средневекового церковного мракобесия.

77

…этого сына боготворят под именами Гермеса, Митры, Адониса, Аполлона и Христа. — Христианство, при своем возникновении, впитало в себя элементы существовавших тогда восточных религий (в том числе митраизм); прообразами Христа были умирающие и воскресающие боги других религий, в том числе античные Адонис и Гермес (считавшийся, между прочим, проводником душ умерших). Здесь мы снова встречаемся с излюбленной мыслью А. Франса о совпадении различных религиозных культов.

78

Он истинный сын божий. Но он не вечен, раз он имел начало. — Это утверждение, означающее в сущности отрицание божественной природы Христа, было главным догматом арианства, осужденным как ересь Никейским собором.

79

Афанасий (IV в.) — александрийский епископ, фанатический противник ариан, боровшийся против них всю жизнь.

80

… второй Платон. — Имеется в виду философ Плотин (см. прим. к стр. 159)[42].

81

…безумец предается неистовству, как Аякс… кровосмесительница повторяет преступления Федры… — По греческому мифу, герой Аякс, сын Теламона, оскорбленный тем, что доспехи погибшего Ахилла были присуждены, как достойнейшему, не ему, а Одиссею, впал в безумие от ярости: целую ночь он неистовствовал и перебил стадо быков, приняв их за своих врагов и обидчиков. Безумие Аякса стало сюжетом трагедии Софокла «Аякс». Федра — молодая жена царя Тезея, которая полюбила своего пасынка Ипполита, была отвергнута им, оклеветала его перед отцом и, узнав о его гибели, покончила с собой. Федра — действующее лицо трагедии Еврипида «Ипполит».

82

…делаешь из прекрасной девушки отвратительную Медузу. — Медуза — одна из трех горгон, чудовище в женском обличье, со змеями вместо волос и с таким страшным лицом, что всякий, взглянувший на нее, превращался в камень (греч. миф.).

83

…ненависть, какую иные из учеников Павла-ткача питают… — Имеется в виду один из легендарных основателей христианства апостол Павел, который, по преданию, в юности изучал ткацкое дело.

84

…со священными кошницами Цереры… — Церера (или Деметра) — богиня земледелия (ант. миф.).

85

Когда Евноя, мысль бога, сотворила вселенную… — Евноя, или Эннойя — символ творческой мысли верховного божества в гностических системах первых веков христианства. Сказание об Евное в «Таис» находится в преемственной связи с образом Эннойи в «Искушении святого Антония» Флобера.

86

…во время одного из своих превращений, божественная Елена жила у Симона Волхва. — Симон Волхв — основатель гностической секты симониан или елениан (существовала еще в III в. н. э.). По преданию, он выкупил в Тире из притона женщину по имени Елена и возил ее с собой, выдавая за воплотившуюся мысль бога — Евною, а самого себя объявил воплощением бога в трех лицах.

87

…костер… разгорелся ярче Сарданапалова… — По преданию, последний ассирийский царь Сарданапал, осажденный в своем дворце врагами, поджег дворец и погиб вместе со своими женами и сокровищами.

88

Клянусь Поллуксом и его сестрой… — Согласно греческому мифу Елена Прекрасная была дочерью Зевса и Леды, а следовательно, сестрой близнецов Кастора и Поллукса.

89

Трактаты Метродора. — Метродор Младший — главный ученик философа Эпикура; отрывки из его сочинений хранились у Плутарха, у Сенеки, у Климента Александрийского.

90

Их звали. Мариями… Тех же, которые работали, звали Марфами… — Эти имена связаны с эпизодом из евангелия: при посещении Иисусом Христом дома сестер Марии и Марфы одна из них, Марфа, стала хлопотать по хозяйству, другая же, Мария, оставалась подле Христа, погруженная в благоговейное созерцание его.

91

Евфорбия (греч.) — молочай.

92

…божественный Констант, блюститель чистоты христианской веры… — Констант (323–350) — третий сын императора Константина, в 333 г. провозглашенный цезарем в Риме; ревностный сторонник решений Никейского собора, нетерпимый к арианству.

93

Хилиархи (греч.) — начальники над тысячей воинов.

94

«Харчевня королевы Гусиные Лапы» и «Суждения господина Жерома Куаньяра» были созданы во второй половине 80-х — начале 90-х годов прошлого столетия. Анатоль Франс приближался к своему пятидесятилетию, имея за собой четверть века литературной работы. Романы «Преступление Сильвестра Бонара» и «Таис» принесли ему широкую известность. В течение тринадцати лет (1883–1896) он писал очерки из парижской жизни для журнала «L'Univers illustre», в течение семи лет вел отдел литературной критики в газете «Temps» (1886–1893). Сотрудничество в периодической печати вовлекло Франса в водоворот общественно-политической и литературной жизни.

Эпикуреец-скептик, антиклерикал, поклонник античности, писатель, в начале творческого пути близкий к литературной группе «парнасцев», Анатоль Франс до конца 80-х годов стоял в стороне от передовых общественных движений своего времени.

Общественно-политическая борьба во Франции на рубеже 80-х и 90-х годов разбудила во Франсе писателя-борца, определила его идейную эволюцию влево.

Хотя этот поворот Франса совершился в конце 90-х годов, уже после написания книг о Куаньяре, все же в них ярко отразилась начавшаяся ломка мировоззрения художника, который, освобождаясь от буржуазных предрассудков и убеждений, пришел в конце концов в лагерь демократии и социализма.

«Харчевня королевы Гусиные Лапы» и «Суждения господина Жерома Куаньяра» открывают новый, второй период в творчестве Анатоля Франса (К книгам о Куаньяре примыкают «Рассказы Жака Турнеброша» (1908). Новеллы, вошедшие в этот сборник, публиковались в периодической печати в 90-е годы.). Для этого периода характерно прежде всего выдвижение на первый план жанров обличительных (философский роман, сатирический роман, сатирическая новелла); одним из важнейших средств разоблачения буржуазной действительности становится публицистика, которая у Франса представлена не только в виде самостоятельного жанра (статьи, речи, памфлеты), но и составляет органический элемент его новелл и романов, пронизывает их от начала до конца. Лучшие произведения Франса этого периода обращены к современности, построены на актуальной социально-политической проблематике, которая — это следует специально подчеркнуть — вторгается и в изображение прошлого, в частности в книги о Куаньяре.

В книгах о Куаньяре нетрудно найти следы прямого влияния философских повестей Вольтера. Французский критик Э. Фагэ не случайно заметил, что «Харчевню» мог написать лишь человек, знающий «Кандида» наизусть.

Философская художественная проза служит у Франса целям критики современной ему социальной действительности; писатель выносит здесь обвинительный приговор государственной машине классового общества, колониальной политике, бесчеловечности буржуазного суда, ханжеской буржуазной морали. Под видом борьбы со средневековой схоластикой, аскетизмом и мракобесием писатель выступает против реакционной идеологии конца XIX в., утверждает веру в разум и любовь к жизни. Именно острый социальный критицизм Франса имел в виду М. Горький, когда писал по поводу бесед в «Харчевне королевы Гусиные Лапы»:

«Всегда все то, о чем рассуждал аббат Куаньяр, о чем говорили у „Королевы Педок“ („Королева Педок“ — Королева Гусиные Лапы.), обращалось в прах, обнажая непрочные, часто уродливые каркасы бумажных истин».