'Фантастика 2025-62'. Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

сейчас проживает около семидесяти тысяч евреев. Политически верно будет спасти их.

7-я и 9-я танковые армии наступают на южном направлении, к Бреслау — в настоящий момент идёт штурм двух «фестунгов» — Ченстохова и Катовице. Последнюю обороняют ослабленные немецко-чехословацкие войска — часть чехословацких дивизий переброшена в Словакию, защищать… собственно, всю Словакию.

Наступление в Чехословакии, необходимое для ликвидации угрозы флангового удара, также идёт по плану — взяты Кошице и Жилина, а войска 8-й и 4-й танковых армий движутся на юг.

4-й танковой армии, находящейся у Кошице, приказано взять Мишкольц и развивать наступление вглубь Венгрии, а 8-я танковая армия, находящаяся у Жилины, получила приказ идти на Братиславу.

Достойного сопротивления чехословацкая армия оказать не в состоянии, так как этому сильно мешают советские господство в воздухе и тотальное превосходство в артиллерии.

Чехословакии стало не до контрударов по наступающей в Германии Красной Армии — поднят вопрос о существовании…

Ужгород и Мукачево, потерянные в самом начале войны, освобождены, а 11-я танковая армия, при поддержке 115-й и 117-й горнострелковых дивизий, наступает в Трансильвании, уничтожая отчаянно сопротивляющиеся румынские соединения, уцелевшие после разгрома в ходе операции «Скрипач».

«Румыния — это страна, которая уже проиграла», — подумал Борис Михайлович. — «Впрочем, как и Болгария. Удары, что сейчас наносятся по ним — это добивание».

В Болгарии боевые задачи практически выполнены: 22-й танковой армией взяты Плевен и Фердинанд, а горные перевалы по всему фронту на Балканах занимают горнострелковые части Красной Армии. Сопротивления болгары почти не оказывают, так как для них уже всё закончено.

«Как только Красная Армия подходит к какому-либо населённому пункту, голову сразу же поднимают коммунисты и социалисты», — подумал Шапошников. — «Сидели всё это время, готовились…»

Он считал избранную Немировым стратегию неоднозначной — все эти «Кёнигсберг-69», орудующие в ближних тылах противника и занимающиеся откровенным душегубством, а также подпольные ячейки и движения, начинающие действовать в нужный момент.

Это очень эффективно, иногда даже слишком, но Борис Михайлович такую войну не одобрял и не одобряет.

«Это спасает жизни красноармейцев», — вспомнил единственный аргумент, приведённый генералом Немировым. — «С этим даже не поспоришь».

В конце концов, он прав: каждый застреленный, зарезанный, подорванный или отравленный противник — это спасённый красноармеец, который ещё повоюет и приблизит победу.

«София не за горами, а это окончательное поражение Болгарии, отречение короля, учреждение Советов…» — вернулся Шапошников к рапорту. — «Тьфу… Опять политика…»

Ещё один политический момент, который следовало обдумать — Турция.

Верховный Совет СССР воспринял пропуск итальянского флота в Чёрное море как грубое нарушение дипломатических договорённостей.

И теперь Турция находится в очень щекотливом положении: на востоке Красная Армия, с севера неожиданно могучий Черноморский флот, а на западе тоже Красная Армия. Только на юге никого нет, но это помогает слабо.

Президент Инёню затаился, сидит в тишине и надеется, что всё обойдётся, но что-то подсказывало генералу Шапошникову, что Верховный Совет принял всё произошедшее очень близко к сердцу…

«Если бы это было единственное, что Верховный Совет воспринял очень близко к сердцу», — подумал Борис Михайлович. — «Микоян не один раз за последний месяц поднимал вопрос геноцида армянского народа в 1915−16 годах. В Армянской ССР тематика актуальная. Думаю, и это туркам припомнят».

Он вновь поймал себя на мысли, что начинает размышлять, как политик и это ему не понравилось. Он не хотел расставаться с тем простым и понятным маленьким мирком, в котором он жил с первого дня службы ещё в Русской Императорской Армии. Там всё было понятно, кто есть кто — очевидно, ни о какой политике размышлять не приходилось, говорить — тоже, поэтому жизнь там была проще и милее Шапошникову, чем та, которой он живёт сейчас.

Сейчас, пока на фронте нет неразрешимых проблем, есть время думать о политике, следуя совету товарища Немирова, а вот если бы Красная Армия сейчас проигрывала и отступала, у Шапошникова вообще бы не возникла никаких внутренних конфликтов, связанных с политическими вопросами. Так было в Империалистическую войну — он воевал и побеждал, не думая ни о чём отвлечённом.

«Наверное, я просто скучаю по молодости…» — пришёл он к выводу, вновь концентрируясь на тексте рапорта.

Тематика резко перешла к финальной части — Норвегии.

В этой части операции «Фрунзе» задействована 14-я общевойсковая армия, 4-я и 7-я бригады СпН, а также 19-я и 23-я горнострелковые бригады. Поддержку оказывают ВВС СССР, развернувшие аэродромы на границе с Норвегией, а также Северный флот ВМФ СССР.

Ввиду того, что Кригсмарине больше не хотят покидать укреплённые порты и ограничены подводными операциями, Северный флот действует очень смело, пусть иногда и напарывается на вражеские подводные лодки.

Благодаря этой смелости удалось высадить морской десант в районе Киркенеса, пока норвежская армия упорно удерживала печенгскую дорогу. Также в тылы норвежцам был высажен воздушный десант — это был 1-й воздушно-десантный корпус, под командованием генерал-майора Глазунова.

В Германии воздушных десантников не применить, слишком уж сильна система ПВО, а уже сформированный род войск нужно было использовать, поэтому Шапошников решил, что надо всё проверить в относительно безопасных условиях.

Результаты высадки Борис Михайлович оценил очень высоко, но не только он — Верховный Совет тоже был впечатлён, что усилило личный авторитет Шапошникова среди нардепов.

Впервые в истории были применены авиадесантируемые САУ АСУ-57, почти полностью изготовленные из дюралюминия и весящие всего четыре с половиной тонны — сбрасывали их специальные Пе-11.

Для 10–12 тысяч контингента немецко-норвежских войск у Киркенеса, такое количество войск было избыточно, чрезмерно избыточно, но это была «обкатка» воздушно-десантных войск и генерал-майор Глазунов очень просил, чтобы высадился весь корпус, так как очень важно понять перспективность нового рода войск.

«Ну, АСУ-57 точно не сопрут», — подумал Шапошников, вспомнив о ещё одном неприятном инциденте.

Новейшие танки Т-24АМ, прошедшие успешно боевое крещение в Литве, на Западном фронте понесли потери от тяжёлых зенитных орудий Люфтваффе. И четыре экземпляра были очень оперативно утащены немцами себе в тыл.

«Скоро характеристики нового основного боевого танка будет знать весь Вермахт…» — поморщился Шапошников.

Командующий 3-й танковой армии, генерал-лейтенант Василевский, мгновенно получил строгий выговор, сразу же после собственного доклада о собственном промахе. Но генерал Немиров, как говорят, по просьбе товарища Сталина, сразу же снял строгий выговор и велел впредь не реагировать так остро на потерю основных боевых танков, не являющихся сверхсекретными.

«За потерю „Града“ или „Спиралей“, конечно, строгим выговором не отделаться», — подумал генерал армии.

Впрочем, немцы раздобыли и «Град», и «Спираль» — по сообщениям от нелегальной агентуры.

«Ещё одна