Дверь в стене - Alexandrov_G

А теперь посмотрите ещё раз на карту-приложение к соглашению Сайкса-Пико. Претендуя на "Армению" Россия оказывается на расстоянии протянутой руки от единственного доступного на тот момент Англии источника нефти.

Что бы вы сделали на месте англичан?

158 (3)

У меня завалялось ещё несколько карт, а жадность не позволяет пропадать добру, так что давайте перевернём ещё один камушек, это уведёт нас от нефти на одну главку в сторону, но раз уж мы взялись вникать в причины и следствия, то сорвём ещё один покров.

Вот мы убедились в важности для циклопа Британской Империи такой безделицы как нефть. Однако была и ещё одна причина, коловшая англичан гвоздём и заставлявшая их не позволить России влезть в регион поглубже.

В 1907 году, когда Британия убедилась, что ожидания её не обманывают и что дело плавно, но неуклонно идёт к "большой войне", то первым и вполне ожидаемым телодвижением циклопа стало следующее - англичане захотели "формализовать" свои отношения с Российской Империей. До этого им была выгодна некая расплывчатость отношений, их затуманенность, но если вы обнаружили, что предположения ваши come true и в главные претенденты на узурпацию мирового господства выдвинулась Германия, то вам следует не только "упорядочить" ваши отношения с естественными противниками Германии, но и "снять все вопросы" с ними.

Следствием стало то, что в августе 1907 года был заключён англо-российский договор, подведший под былыми разногласиями черту.

Вкратце договор был вот о чём:

- сторонами было признано, что Тибет находится под суверенитетом Китая и что Петербург и Лондон не пытаются вмешиваться во внутренние отношения Лхасы и Пекина.

- Россия признаёт, что Афганистан находится в пределах британской сферы интересов, а Англия взамен отказывается от прямой аннексии Афганистана.

- и третье и самое главное - обе стороны не только признают незавиcимость Персии, но они эту самую независимость ещё и гарантируют, но при этом Персия делится на три зоны - на британскую сферу влияния, на российскую сферу влияния и на нейтральную центральную зону. Независимость, гарантии и три зоны. Ещё раз - независимость, гарантии и при независимости и гарантиях - три зоны. Как это может быть? Да вот так как-то… Белый человек - сложный человек. И сознание у него такое же.

Вот карта:

Из этой карты сразу видна не только серьёзность намерений сторон, но и их честность. В тех, естественно, рамках, которые задают предел смыслу слова "честность" в том случае, когда мы берёмся рассуждать о взаимоотношениях не двух человеков, а двух государств.

(Где-то повыше упоминалось о невзгодах начала ХХ века на бакинских нефтепромыслах, вылившихся в беспорядки, стачки и поджоги, что повлекло за собою и определённые потери в финансовом смысле. После чего официальный Петербург попробовал искать тех, кого нынче принято именовать "инвесторами", за рубежом. Однако желающих бежать с мошной в Закавказье, где, зажав кинжал в зубах и взвизгивая, пляшут лезгинку и, обходясь без всякого Эдисона, освещают этот праздник жизни посредством парочки зажжённых нефтяных скважин, не нашлось, что было понятно. Может быть даже и ожидаемо, поскольку, воспользовавшись как предлогом отсутствием притока валюты, Российская Империя, прикинувшись простушкой, ухватилась за проект трубопровода из Баку в направлении Персидского Залива, где тёплое море уже было, а никакой нефти ещё не было. Этакий асиметричный и упрощённый аналог Багдадбана, только в Петербурге думали не о нефти и не о деньгах, а о сопутствующем процессу строительства физическом "присутствии" на местах. Так вот англичане всё это дело немедленно поломали со словами "мы к вам не лезем, и вы к нам не лезьте". Этот пример позволяет понять, что такое "честность" в глазах государства.)

А теперь возьмите две карты, ту, что прилагалась к англо-российскому соглашению от 1907 года и другую, ту, которая прилагалась к Sykes-Picot Agreement и сложите их вместе. Попробовали? Я вам это дело облегчу, вот что у вас получится:

Замечательная картинка! Осталось теперь совместить серенькое на правой карте с жёлтеньким на левой. Потрудитесь, совместите. Серенькое, северная Персия, это то, что у РИ вот уже почти десять лет есть, а жёлтенькое она желает к серенькому присовокупить. Слить вместе, невзирая на какие-то там границы, потому что есть нечто границ сильнее.

Есть народ.

И тогда он тоже был. Назывался и называется этот народ - курды.

И по этой причине мы с вами и писали упоминаемое в те годы применительно к договорам слово "Армения" в кавычках. Потому что в данном случае название - понятие географическое, а смысловое наполнение - этническое. Вот карта расселения курдов:

Карта современная, но большой роли это не играет, курды народ очень старый и ареал расселения курдов остаётся неизменным вот уже как минимум несколько сот лет.

И соглашение Сайкса-Пико, помимо написанного на бумаге, имело ещё и проговоренность словами, ту самую проговоренность, к которой государства зачастую относятся куда ответственнее, чем к скреплённой подписями бумаге. И, согласно достигнутой договорённости, французы кроме своей "зоны" получали ещё и влияние в среде арабов шиитов, англичане получали в своё распоряжение арабов суннитов, а русские получали (хотели получить) - курдов. (И если мы вспомним, откуда прилетел в Тегеран "аятолла" Хомейни, и борьбу 50-х годов между Англией и СССР за влияние на курдов, то становится понятным, где берёт начало кончик вьющейся верёвочки и куда уходит корешок.)

Претендуя на "Армению", РИ претендовала не так на территорию (хотя и на территорию тоже), как ещё и на право "играть" народом. На такое же точно право, по которому играют сегодня США не только теми же курдами, но ещё и пуштунами, белуджами и много, много кем ещё.

И Россия хотела того же самого, но только сто лет назад.

И всё это в непосредственной близости мало того, что от жемчужины британской короны, но ещё и от живительного для англичан источника нефти.

Ну и чего же вы от англичан хотите?

Они и сделали именно то, что сделали бы вы, окажись вы на их месте.

Кидая взгляд через плечо из нашего высокого сегодня на лежащую в столетней низине даль, видно, что России следовало либо тщательнее маскировать свои истинные намерения, либо, что было более реалистично, демонстративно отказаться от продвижения к югу. Не идти ни на какие договорённости, как бы соблазнительно они ни выглядели. Это давало РИ шанс на выживание. Американцы оказались дальновиднее и терпеливее. Когда англичане ещё до начала Первой Мировой предложили полковнику Хаусу Иерусалим, тот тут же отказался. Уже в Версале, когда Россия выпала из числа не только игроков, но и претендентов, Англия предложила "Армению" и "черноморские проливы вкупе с Констанинополем" Америке, которой пришлось бы, находясь за океаном, "присутствовать" в регионе, противостоя французским, итальянским, греческим, русским и непосредственно турецким интересам, замиряя одновременно "горцев", а Англия в этой каше выступала бы в роли арбитра. Американцы данайский дар отвергли с понимающей усмешкой. "Ищите дураков у себя под боком."

159

Собственный бок это нечто очень нам близкое и осязаемо приятное. Но помимо гладких боков, понимаемых когда в личном, а когда и в разделочном смысле, существуют понятия мало того, что отдалённые, но ещё и возвышенно величественные. Существует то, что для русского сознания значимо уже просто потому, что некое событие имеет приписываемое ему самим же сознанием "всемирно-историческое значение."

Для тех из нас, кто возрастом постарше, эти три слова превращены в некое клише в силу многократного и с течением времени всё менее тщательного прожёвывания далеко не одним лишь мыслительным аппаратом. "Привыкли руки к топорам."

С тем, что одни события оказывают на нашу жизнь влияние большее, чем другие, спорить невозможно. То, что Аннушка проливает масло, имеет конечно важное и несомненно всемирно-историческое значение для некомпозитора Миши Берлиоза, а отданный приказ о сбросе на Нагасаки Толстяка, в железных боках которого не было ни единой унции лишнего жира, имел не менее конечное значение для нескольких десятков тысяч человек, среди которых наверняка имелась парочка композиторов-песенников. И дело не в том, что Миша был литературным персонажем, в конце концов на скрижалях чтимой нами Истории высечены имена целой кучи персонажей именно что литературных. Корень проблемы в другом - в известности.

Если мы не знаем о некоем событии, то одно лишь это печальное обстоятельство, порождаемое нашим неведением, лишает нас возможности осуществить приятный процесс градации. Мы не можем выставить оценку событию если мы о нём ничего не знаем.