"Виктор Глухов-агент Ада". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

– Господа, вы находитесь на режимном объекте. Назовите себя.

– Это неважно, – ответил Прокс. – Позовите Фрау, у нас ее дочь.

– Одну минуту, – невозмутимо ответил военный, и экран покрылся рябью.

– Как ты вышел с ними на связь? – спросила Исидора.

– Просто. Уже час как в боевой рубке корабля горит вызов с той стороны, и я подозреваю, что это Фрау, – ответил Прокс.

Экран снова мигнул, и на нем появилось изображение Марты. Прокс даже вздрогнул, а Исидора вскрикнула.

– Что? – довольная произведенным эффектом спросила Марта. – Вы увидели свою знакомую?

– Да уж, сходство поразительное, – произнес Прокс.

– Ну, это понятно, ведь Марта – это я. А вы, как я поняла, уже знаете, что на корабле, который вы захватили, есть тело и оно ожило…

– Вы не мама Марты? – ошеломленно спросила Исидора.

– Мама? – спросила женщина с улыбкой, но улыбка сразу сошла с ее лица. – Конечно мама, но не та, о которой вы думаете.

– Я что-то запуталась, – призналась Исидора. – Кто вы?

– Вы назвали меня Фрау, и я и есть Фрау.

– А кто же… это тогда? – Исидора с небольшой заминкой указала на девушку.

– Это тело, которое было предназначено для меня, ребята, – громко рассмеялась Марта на экране. – Шикарное, правда? – добавила она, подмигнув.

Прокс уже пришел в себя и активировал телепорт. Мина исчезла, но этого никто не заметил, все смотрели друг на друга. Исидора посмотрела на девушку, прищурилась и посмотрела на женщину на экране.

– Правда, знатно сработано, – произнесла Марта на экране спокойным голосом. – Вы захватили куклу и думали, что поймали Фрау. Ха-ха. Наивные вы люди… – Она не договорила, яркая вспышка на экране закрыла все, а потом экран погас.

– Ну, вот и все, – облегченно произнес Прокс, – кто бы она ни была, с ней покончено.

– В каком смысле? – напряженно спросила Элизабет.

– Я не знаю, кто из вас кто Марта, – ответил Прокс. – Но эта женщина погибла от ядерного взрыва. Я отправил к ней телепортом ядерный заряд, и он сработал внутри ее обители, там никто не остался жив, это я могу утверждать со всей серьезностью…

– Вот как, – улыбнулась Элизабет. – Занятно, вы облегчили мне задачу. Теперь мне не надо прятаться и опасаться ее мести, а вам пора прощаться, простачки.

Она взмахнула рукой, и в ее руке появилась шаровая молния.

– Магичка, – прошептал Прокс и, не тратя времени, кинул под ноги девушки амулет.

Яркая вспышка оранжевого цвета разрушила заклятие, и Элизабет попробовала собрать новое, но ей не удалось. Прокс успел выхватить игольник и всадил десяток игл в голову Элизабет. Та под градом стрел затряслась, руки ее упали, и она опустилась на колени, затем повалилась навзничь.

– Ты ее убил? – испуганно спросила Исидора.

– Да, иначе она убила бы нас. Помнишь, я тебе говорил, что мы не проверили девушку, а в ней камень с запасом элеронов в тысячу единиц, она нас испепелила бы.

– А как?.. – пораженно воскликнула Исидора.

– Что как? – спросил Прокс, подошел к лежащей на полу девушке и еще несколько раз выстрелил ей в сердце. – Как я узнал про жаргонит? Я увидел в магическом зрении ее ауру и использовал амулет хаоса, он действовал пять секунд, но этого хватило, чтобы разрушить заклятие и убить эту тварь. И я догадываюсь, кто скрывался за всем этим.

– И кто? – растерянно спросила Исидора.

– В теле девушки была матрица матери Марты, ей только подкинули немного памяти ее дочери. И тут и там была одна и та же женщина. А Марта действительно была только куклой. Негодный объект отвлечения внимания. Ну и закрутили они, я даже до сих пор не могу сообразить все толком…

– Но зачем ей два тела?

– Марта должна была в случае провала умереть, и на ее месте должна появиться вот эта Элизабет, – он указал на тело в луже крови на полу. – Марту раскрыли, и теперь ее внешний вид мог ее выдать.

– А кто мог ее видеть? Она же… – Не зная, что сказать, Исидора развела руками. – Она же пряталась от всех.

– Ее могли видеть многие. И скоро ее изображение будет во всех экранах на всех планетах. Чтобы что-то хорошо спрятать, нужно поставить это на виду, – ответил Прокс. – Просто и красиво. Я, если честно, отдаю должное ее уму. Скорее всего, Марта не пряталась, а занимала небольшую скромную должность среди людей. И она из сына сделала точную копию себя. А когда мы раскрыли это, ей нужно было исчезнуть, но не так, как случилось. А здесь осталась ее копия, которая нас хотела убить. Мы ей в этом подыграли и сделали всю работу за нее. Подозреваю, возможно, это было частью ее плана.

– И что нам делать? – спросила Исидора.

– Нужно убыть на Суровую и там разбираться с этим кораблем, – ответил Прокс. – Отчет о гибели Марты мы отправим Вейсу, пусть они дальше занимаются проблемами Синдиката. Нет больше ни самой Марты, ни ее дочери…

– Есть дочь, – ответила Исидора, – и она в капсуле, мы можем вернуть ей ее нейрограмму.

– Ты сумасшедшая! – пораженный ее словами воскликнул Прокс.

– Нет, Эмиль, послушай…

– Нет, нет, я даже слушать это не хочу. Марта опаснее ядерной бомбы.

– Но Эмиль…

– Я в рубку и не хочу ничего об этом слышать, – закричал Прокс и, открыв створки двери, выскочил из помещения.

Исидора метнулась вперед, словно тень, разрываемая вихрем эмоций.

– Эмиль, выслушай меня!

– Молчи! – Прокс резко отмахнулся, закрывая уши руками и отворачиваясь к капитанскому креслу. – Нам нужно улетать, немедленно! – Его голос звучал резко, но в нем проскальзывала тревога.

Исидора, не отступая, осторожно убрала его руки и открыла уши.

– Послушай, – ее голос дрожал, но в нем звучала настойчивость. – Нам нужна эта кукла. У нее есть информация обо всех ячейках Синдиката. У нее остались связи, и мы не можем позволить себе упустить такой ресурс.

Прокс усмехнулся, его взгляд стал ледяным.

– Ты уверена, что сможешь ее контролировать? – В его словах сквозила ирония, смешанная с опасением.

– Конечно, – Исидора ответила твердо, но в ее голосе проскользнула нотка неуверенности. – У нее будет блок на предательство или причинение вреда.

– Она узнает о нем? – Прокс прищурился, его взгляд стал острым, как лезвие. – Зная тебя, я уверен, что ты расскажешь ей все.

Исидора замерла, ее лицо стало серьезным.

– Да, расскажу, – ее голос стал тверже. – Но это плата за ее жизнь, и мы не будем менять ее облик.

Прокс тяжело вздохнул, его плечи опустились. Он закрыл глаза, словно пытаясь отгородиться от происходящего.

– Делай как считаешь нужным, – произнес он, его голос звучал устало, но в нем не было сопротивления. – Я поведу корабль.

Исидора улыбнулась, ее лицо озарилось светом надежды. Она подошла к Проксу, нежно поцеловала его в щеку и, не говоря больше ни слова, вышла из боевой рубки. Ее шаги эхом разнеслись по кораблю, оставляя за собой ощущение, что это еще не конец.

Глава 3

Открытый космос. Пределы системы Валора

На корабле царила безмолвная ночь, но Вейс бодрствовал, словно в клетке из своих мыслей. Уже вторые сутки прошли с тех пор, как исчезла Марта вместе с двумя агентами из Закрытого сектора. Отряд спецназа застрял на промежуточной станции, не в силах продолжить погоню. Путь был лишь в одну сторону, а искин, управлявший портальной площадкой, внезапно взорвался, словно предупреждая о грядущих бедах.

На военных базах возле планеты кипела напряженная работа: обыски и аресты следовали один за другим. Но это были лишь мелкие звенья в цепи Синдиката, не те, кто стоял у руля. Вейс не знал, где сейчас скрываются Марта и те двое странных людей из княжества, что согласились помочь ему. Он сидел в тишине, потягивая скотч, и курил сигару. Его мысли метались, как тени на стенах, что скачут в отблесках раздуваемого ветром огня камина.

Операция, которая казалась такой тщательно спланированной, обернулась крахом. Если Марту не найдут, вина падет на него. Это будет конец – окончательный и бесповоротный, без возможности спрятаться даже на Материнской планете, где его все равно найдут. Вейс знал, что за налет на планету и ее санацию кто-то должен будет ответить. Его обвинят в некомпетентности, и такие, как он, в случае провала не выходят на пенсию – их путь ведет к суду и скорой смерти. Комитет не станет защищать его. Они сами попадут под удар. Начнется разбирательство, и тогда… Он боялся об этом даже думать. Он отчаянно надеялся, что беглецы дадут о себе знать. Ждал, трясясь от страха, но не теряя веры в чудо.