Фантастика 2025-129 - Денис Старый

— Дальше интереснее, — улыбнулся я, повышая тон. — Третья стадия! Социальное употребление. На этом этапе человек употребляет только по праздникам или в компании с друзьями. Всё остальное время он может без труда обходиться без спиртного.

Асакура Джун замолчал, осознав, что до его стадии мы до сих пор не добрались.

— Четвёртая, Джун-кун, — продолжил я. — Привычное употребление. Вот здесь и начинается прямой путь к алкоголизму. Теперь наш будущий алкоголик начинает выпивать время от времени. К примеру, после работы или на выходных. Особые поводы уже не нужны. Мозг понимает, что это — удовольствие. Лёгкий дофамин, для получения которого не нужно даже трудиться.

— Остановись, Тендо-кун, мне не по себе, — поёжился Асакура Джун.

Но я не стал его слушать.

— Пятая стадия. Чрезмерное употребление или злоупотребление. Толерантность к алкоголю растёт. Для получения удовлетворения нужно пить всё больше и больше. Баночка пива может сопровождать досуг такого человека каждый вечер. По сути, это называется бытовым пьянством. Но оно уже начинает приближаться к полной психической зависимости.

— Я на пятой стадии… Да? — прищурился Асакура.

— Нет, Джун-кун, — помотал головой я. — Шестая стадия. Синдром зависимости от алкоголя. Вот здесь уже начинает развиваться физическая зависимость. Судя по тому, что я вижу, ты находишься между пятой и шестой. И поверь, с шестой уже возврата не будет. Дальше будет только хуже.

— Я никогда не слышал о такой классификации… — вздохнул невролог.

— Она редко используется, зато наглядно показывает, как быстро алкоголь завладевает жизнью человека. Не столько даже быстро, сколько незаметно.

— Но… — Асакура достал трясущимися руками бутылку воды из своей сумки и сделал жадный глоток. — Если я прямо сейчас начну лечиться и откажусь от алкоголя, я смогу вернуться на первую стадию?

— Нет, Джун-кун. Тот, кто начал принимать спиртное, уже никогда не вернётся ниже третьей стадии. А если развилась физическая зависимость, то излечить человек практически невозможно. Только увести в ремиссию, но и она может быть не вечна.

— Всё, Тендо-кун, я понял. Хватит рассказывать страшилки, — твёрдо произнёс Асакура Джун. — Я готов лечиться. Говори, что мне нужно делать?

— Для начала скажи, тебе уже приходилось испытывать абстинентный синдром? — поинтересовался я.

— Это ты про похмелье, что ли?

М-да, жаль, что невролог не знает разницы между двумя этими понятиями.

— Нет, Джун-кун. Похмелье — это состояние, которое возникает после злоупотребления алкоголем. И ты с ним хорошо знаком. Абстинентный синдром — это комплекс симптомов. Они мучают человека, который долгое время употреблял алкоголь, а потом резко от него отказался. Такое наблюдается только у тех, чей организм уже «сроднился» со спиртом.

— Мне кажется… Как-то я испытывал нечто подобное, — произнёс он. — Но такое было всего раз.

— Значит, я угадал. Твой организм на грани. Ты почти развил физическую зависимость. И после сегодняшнего дня, уж поверь, абстинентный синдром будет мучить тебя ещё очень долго.

— Весь отпуск пойдёт коту под хвост, — вздохнул он. — Но ведь есть какие-то препараты, которые могут смягчить симптомы?

— Разумеется, есть, — кивнул я. — И я распишу тебе максимально подробную схему, но только при одном условии.

— Готов пообещать тебе всё, что угодно. Хочешь, машину свою отдам? — воскликнул невролог.

— Сдалась мне твоя машина, — рассмеялся я. — Нет, Джун-кун, просто дай мне слово, что больше пить не будешь. Я помогу тебе справиться с этой болезнью, но мне понадобится твоя полная отдача.

— Обещаю, дружище, больше никаких баров, — кивнул он.

— И никаких ноль целых и три десятых промилле! — напомнил я.

— Да мне даже думать об этом больно, — усмехнулся невролог.

— Тогда возвращайся в отель, я вечером привезу тебе все препараты, начнём лечение. Сейчас мне нужно срочно в стационар, — поднимаясь с дивана, подытожил я.

— Ты и здесь себе уже успел найти срочные дела? — удивился Асакура. — Ну ты даёшь…

Джун отправился в отель, а я прошёл в терапевтическое отделение, где меня уже ожидал Сидхарт Рам Рави. Рядом с ним около ординаторской стоял сам брахман Манипур. Видимо, таким лицам как он, дозволяют даже во врачебную зону входить. Что, на мой взгляд, не очень правильное решение.

— Намасте, господин Манипур Кирис, — кивнул я. — Арджуна уже госпитализировали?

— Да, доктор Кацураги, — ответил за брахмана Сидхарт, не отрывая взгляда от бумаг, что лежали на стойке около дежурной медсестры. — И общий анализ крови уже готов. Я не хочу пугать господина Кириса, но…

— Говорите, как есть, доктор Рави, — попросил Манипур. — Я уже давно настроен на худшее.

— Тогда пусть доктор Кацураги оценит анализы сам, — Сидхарт протянул распечатку мне. — И сравните их с прошлыми, которые мы делали полгода назад.

В крови Арджуна Кириса была полная рассинхронизация всех клеток крови. Эритроцитов крайне мало, у парня тяжёлая анемия, которую не купировали уже давно. Либо пытались купировать, но положительных результатов не достигали. Тромбоциты — клетки крови, ответственные за свёртываемость, зашкаливали. Их было слишком много, а если сравнить с предыдущим анализом крови, то их количество возросло вдвое.

Лимфоцитарная формула, отражающая состояние иммунной системы, тоже была совсем неоднозначной. Я начал понимать, почему у Арджуна подозревали лейкоз. И всё же это не он.

— Да, показатели значительно ухудшились, — заключил я. — Придётся корректировать их в течение следующих суток.

— Суток? — не понял Сидхарт. — Я думал, мы кладём его на две недели минимум!

— Не получится, — помотал головой брахман. — Мы с доктором Кацураги собираемся улучшить состояние моего сына, а после он отправится в небольшую поездку.

— В поездку? — оторопел Сидхарт. — Ему противопоказаны любые поездки! При всём уважении, господин Кирис, доктор Кацураги, вы что с ума сошли?

— Следите за языком, доктор Рави, — просипел брахман.

— Так нужно, — коротко ответил я. — Вам придётся мне довериться, доктор Рави.

— Господин Арджун Кирис всегда был моим пациентом. И на мне лежит ответственность за его здоровье. Я не могу допустить его до поездок. Настаиваю на том, чтобы он остался на две или три недели в стационаре.

Чёрт… Он ведь испортит весь наш план. За эти три недели в стационаре Арджуна уже точно не станет. Нужен весомый аргумент, который поможет мне убедить