Заря империи - Сэм Барон

— Защищай нас, Эсккар. Я ношу твоего ребенка. Теперь ты должен защищать нас обоих.

Он поднял ее подбородок вверх и посмотрел ей в глаза так, как делал это в ту первую ночь.

— Ты беременна? А когда ты собиралась сказать мне об этом?

— Если бы Орак пал, то необходимости в этом не было бы. Я не хотела, чтобы ты беспокоился о чем-то еще. До рождения ребенка еще несколько месяцев, но я уверена, что беременна. Аннок-сур со мной согласна.

Она снова повернулась, все еще оставаясь у него в объятиях, но теперь смотрела на поля. Густые тени скрывали трупы, разбросанные по равнине. Если не считать тусклого мерцания за горой, тьма была почти полной. Эсккар знал, что сегодня у алур мерики горит гораздо меньше костров.

— Нужно столько всего сделать, Эсккар. Ты должен командовать солдатами, заняться деревнями вверх и вниз по реке, преодолеть сопротивление тех, кто станет сопротивляться, и готовиться к следующему переселению варваров.

Она вздохнула.

— Нужно пригнать назад скот и привезти зерно с другой стороны реки. Снова будут вестись сражения, Эсккар, но в будущем ты станешь только командовать, но не сражаться сам. Больше никогда. За все то время, что мы вместе, я никогда не просила у тебя ничего для себя, но это ты мне должен обещать. Большой меч должен остаться в ножнах.

Это может оказаться не так уж и плохо, решил Эсккар, внезапно вспомнив ужасающую схватку в лагере Алур Мерики. Он стареет. Даже у степных народов суровые бои ведут молодые. Он заставил себя не думать об этом.

— Я оставлю сражения другим, — наконец сказал он, но не смог скрыть сожаления. Оно прозвучало в его голосе. — Но я буду держать меч рядом, на тот случай, если он понадобится.

Он глубоко вздохнул.

— А тебе придется решать, как править Ораком, какие обычаи вводить, какие указы принимать, какие семьи включить в высшее сословие и отметить, как нам набрать достаточно золота, чтобы платить солдатам, оплачивать восстановление Орака и все остальное, что нам потребуется. Я понимаю, что для сохранения власти потребуется не меньше работы, чем для ее завоевания. Да, Трелла, тебя ждет много дел.

Теперь солнце окончательно село. Тьма перед ними простиралась до самых гор. Когда Трелла заговорила, ее вопрос удивил Эсккара.

— А как бы ты назвал нашего ребенка, если родится мальчик?

Он думал мгновение, потом пожал плечами.

— Я знаю только варварские имена, а они не подходят для нашего сына, который станет править Ораком после нас. А деревенские имена для меня все едины. А ты какое имя бы выбрала?

— Я бы хотела дать имя в честь своего отца, поскольку я ему стольким обязана. Его звали Саргат. Если ты позволишь, то мы могли бы назвать нашего сына в память о нем.

Эсккар, все еще пытавшийся привыкнуть к мысли, что он станет отцом, глубоко задумался над ее просьбой. Даже среди жителей деревни выбор имени сыну являлся обязанностью мужа, и к ней нельзя бы относиться легкомысленно. Но имя отца Треллы не показывало качеств вождя. Это было обычное имя, которое использовали многие.

Эсккар знал, что некоторые имена обладают собственной силой, как и определенные слова влияют на людей. Сам он не отдавал предпочтения никакому имени, но тем не менее…

— Саргат… это хорошее имя, но простое и часто встречающееся. У нашего сына должно быть имя, которое свидетельствует о силе и власти.

Он снова задумался. Имени Саргат не было в его родном языке, но если бы ему пришлось его перевести…

— А если мы назовем его Саргон? Этого имени я раньше не слышал, и мне кажется, что оно несет в себе силу. Это окажет честь твоему отцу?

— Саргон, — повторила она, произнося странное имя вслух, словно прислушиваясь, одобряют ли его боги. — Саргон. Да, это прекрасное новое имя, и оно также окажет честь моему отцу. Мы назовем сына Саргон, и его дед, и его отец будут им гордиться.

— Саргон, который будет править деревней Орак, — повторил Эсккар.

— Нет, Орак уже не деревня. Он разросся в нечто большее. Это город, со стеной и смелыми людьми для ее защиты. Это город, сила которого будет увеличиваться и который станет славным. Впервые жители деревни и фермеры объединились и противостояли варварам. Кто знает, что мы сделаем в будущем?

— Значит, у него должно быть свое имя, новое имя, как и у нашего сына, — предложил Эсккар. — Может, мы придумаем название и для Орака?

— А ты можешь выбрать новое название для Орака? Название, которое заставит забыть о старой деревне, а будет напоминать о тебе и твоих победах?

Эсккар долго молчал, думая о названиях различных мест. Трелла, как и всегда, не торопила его.

— Когда я был мальчиком, мы провели часть лета далеко на севере, у маленького ручья, который мы называли Аккад. Это было последнее счастливое время с моей семьей. — Он улыбнулся, вспоминая те далекие времена. — Как тебе Аккад в качестве нового названия нашего города?

— Аккад… Аккад. Эсккар из Аккада… Саргон из Аккада. Да, это название несет в себе силу, как и твое имя, Эсккар. Но давай пока не говорить другим, какое новое название мы придумали для Орака. Новое название должно появиться в свое время, когда все увидят, чего мы добились.

Значит, город Аккад появится через несколько месяцев. Или когда Трелла сочтет, что поселение готово к этому. Эсккар понимал, почему она так поступает. За последние несколько месяцев в деревне произошло слишком много перемен, и предстоят новые. Лучше, если люди будут приспосабливаться к ним постепенно. Это мудрое решение.

Подул прохладный ветерок и нарушил тишину. Воздух на мгновение показался чистым и свежим. Эсккар услышал, как телохранители внизу переминаются с ноги на ногу. Они не поднимались наверх, чтобы не мешать Эсккару с Треллой, но явно с нетерпением ждали, когда смогут присоединиться к веселью.

— Раз завтра у нас столько работы, ты сегодня ночью, может быть, найдешь время, чтобы доставить удовольствие мужу?

Его руки пошли вверх от ее талии к груди и сжали ее, наслаждаясь ощущениями. Он прекрасно чувствовал ее тело сквозь тонкую одежду. Желание было таким же сильным, как в их первую ночь. Ее тело, запах ее волос, даже ее улыбка все еще возбуждали его.

— Или ты уже забыла об обязанностях жены?

Она откинула голову назад, накрыла его руки своими и прижала их к себе.

— Нет, господин, я жду, чтобы доставить тебе удовольствие.

Говорила она тихо, и голос звучал так же соблазнительно, как и в их первую ночь, только теперь он звучал более счастливо, чем когда-либо раньше.

Эсккар покачал головой, думая о загадочности женщин.

— Иногда я задумываюсь, девочка, кто был господином, а кто рабом.