Спасательный корабль - Гарри Гаррисон

— Не думаю, что до этого дойдет.

— Конечно, нет, потому что вы поможете нам. Америка и раньше бывала единственным бастионом, защищавшим свободный мир, и мы без колебаний возьмем на себя эту ношу опять. Только мы можем гарантировать мир на земле.

Да, подумала Марта, как во Вьетнаме, в Лаосе, Гватемале, но не решилась сказать этого вслух.

Самолеты вновь пронеслись над ними, делая круг далеко над Зундом. Бакстер глотнул кофе и посмотрел на часы.

— Полагаю, вы хотите вернуться домой и собраться. Вы, наверное, приглашены на сегодняшний большой прием в честь «Галатеи»? Ваш муж имеет отношение к этому проекту. Что он там делает?

Это был вопрос, ответ на который она знала — он увидел, как напряглось ее лицо. Пауза затянулась.

— Ну, Марта, — сказал он с улыбкой. — Вы ведь не станете на их сторону?

Это предположение прозвучало почти шутливо, словно и мысли такой нельзя было допустить всерьез — принять сторону дьявола, а не бога.

— Он капитан корабля, — ответила Марта, уже не сомневаясь, на чьей она стороне.

Только потом она скажет себе, что в любом случае этот факт скоро стал бы достоянием общественности, об этом так и так узнали бы все. Но это будет потом. А сейчас она сделала выбор.

Бакстер ничем не выдал своего торжества, просто кивнул головой, как будто она сказала что-то само собой разумеющееся. Он посмотрел в окно и вздрогнул — она впервые видела на его лице признаки искреннего, живого чувства. Она проследила за его взглядом и внезапно вся похолодела.

— Это «Галатея», — произнес Бакстер, показав на приземистое судно, появившееся в проливе. Она кивнула, не сводя глаз с корабля. — Хорошо. Теперь вам нет смысла нас обманывать. Нам тоже кое-что известно. У нас есть снимок этой малышки, сделанный с большой высоты. Вчера вечером она была в Эльсиноре, а теперь зачем-то приплыла сюда. Наверное, за далет-двигателем. Она должна пришвартоваться рядом с дворцом. Там вы сможете рассмотреть ее поближе, и не исключено, что вас пригласят подняться на борт.

Повернувшись к Марте, он уставился на нее немигающим взглядом, который говорил: «Вы знаете, что делать, если это произойдет». Марта не выдержала и отвела глаза первой. Она чувствовала, что уже вступила в сделку. Выбрала, на чьей она стороне. Хотя до сих пор не могла понять, как же это произошло.

Над головой опять промчались ревущие истребители, в проливе появились торпедные катера и со всех сторон окружили «Гала-тею», неуклюже переваливавшуюся на легких волнах.

— Останавливается, — сказал Бакстер. — Интересно, почему бы это... — Вдруг его глаза округлились, и он привстал со стула. — Нет! Они же не собираются...

Но они собирались. Торпедные катера направились к берегу, самолеты улетели прочь.

Легкая, как воздушный шар, «Галатея» поднялась из воды. Она ненадолго повисла в воздухе, привязанная невидимой нитью, а затем стала стремительно подниматься вверх, все быстрее и быстрее, и через мгновение исчезла в облаках.

Марта достала носовой платок и скомкала его дрожащими руками, не зная, плакать ей или смеяться.

— Вот видите, — услышала она полный презрения голос Бакстера, который, казалось, доносился откуда-то издали. — Они даже вам солгали. Вся эта история с королевским приемом — сплошное вранье. Они всех надули и смотались под шумок.

Она встала и вышла из кафе, не желая больше ничего слушать.

Глава 17

— Я действительно не могу этого сделать, — сказал Арни. — Здесь полно людей, у которых это получится гораздо лучше. Профессор Расмуссен, например. Он в курсе всей нашей работы.

Ове Расмуссен покачал головой.

— Я бы с удовольствием, Арни. Но только ты сможешь сказать все так, как надо. Честно говоря, это я предложил твою кандидатуру.

Арни очень удивился и бросил на него укоризненный взгляд, чуть ли не обвиняя в предательстве. Но вслух ничего не сказал. Он повернулся к расторопному молодому человеку из аппарата правительства, который прилетел на Луну, чтобы обговорить все подробности.

— Я никогда раньше не выступал по телевидению, — сказал ему Арни. — И я не привык публично говорить неправду.

— Никто и не собирается вас об этом просить, профессор Клейн, — возразил молодой человек, открывая свой кейс и вынимая папку с бумагами. — Мы просим вас говорить только правду. После вас кто-нибудь расскажет о положении на базе со всеми подробностями и безо всякой лжи. Не надо говорить неправду, но какие-то детали можно просто опустить. Работа на Лунной базе еще не совсем закончена, но, если вы скажете, что она близится к завершению, это не будет тяжким грехом. Этот корабль стал теперь частью базы, рядом с ним склады для оборудования, а строительство ведется круглые сутки.

— Он прав, — спокойно заметил Ове. — Обстановка в Дании все время ухудшается. Вчера было совершено нападение на Институт атома. Полная машина людей, одетых в полицейскую форму. Они вломились в здание и, когда их обнаружили, завязали перестрелку с войсками. В итоге — четырнадцать убитых.

— Террористические рейды, как в Израиле. — Арни отрешенно смотрел перед собой, в глазах его застыла давняя боль.

— Это совсем другое, — быстро возразил Ове. — Ты не можешь винить себя за то, что произошло. Но ты можешь предотвратить дальнейшие преступления. Ты понимаешь меня?

Арни кивнул, молча глядя в окно. Изрытая лунная равнина простиралась до горизонта, но большая часть неба была закрыта почти отвесной стеной гигантского кратера. Неподалеку желтый бульдозер рыл широкую траншею. Голубой дымок из выхлопной трубы исчезал в вакууме, едва успев появиться. За сиденьем водителя был прикреплен комплект из шести больших кислородных баллонов.

— Хорошо, я согласен. — Арни наконец решился и выбросил этот вопрос из головы. Он показал на водителя, одетого в черножелтый скафандр и прозрачный шлем. — Были еще проблемы с утечкой кислорода из скафандра? — спросил он, когда чиновник из госаппарата исчез за дверью.

— Иногда бывает немного, но мы следим за ними и сразу же ремонтируем. Внутри поддерживается давление в пять фунтов, так что никакой серьезной опасности нет. Хорошо, что нам вообще удалось раздобыть эти герметичные скафандры. Уж и не знаю, что бы мы делали, если бы англичане не продали нам остатки оборудования, когда свернули свою космическую программу. Но как только у нас все будет готово, американцы и русские начнут отпихивать друг друга локтями, предлагая свои скафандры в обмен на... как это называется?

— Участие на паях.