Остаться человеком - Карлаген

Женщина-монстр улыбнулась, призывно облизывая губы. От неё исходило некое, почти мистическое очарование, от чего даже Высюк, любящий тереть хитин, не мог оторвать от неё свои двадцать шесть глаз.

Какой-то манящий аромат разнёсся по пещере, после чего женщина, нет монстр с внешностью прекрасной женщины, с лёгким придыханием произнесла: «Совокупление?»

Шесть Высюков, исходя слюной подошли ближе, седьмой, будучи сильнейшим держался.

- Нет, оргия! – смачно чавкнув гоблин устремился на встречу своей изменившейся партнёрше.

Гарганча улыбнулась в ответ своей новой, чарующей улыбкой. Она больше не простой монстр, а нечто куда более жуткое, ведь у неё есть, чего нет у большинства монстров. У неё есть её молодой, только что проснувшийся разум. Женщина-Чудовище улыбнулась. Её разум проснулся от силы пару недель назад, но уже женщина понимала, чего хочет, ведь обрывки памяти многих жертв всё ещё хранились в её памяти. За это время, она пережила сотни жизней своих жертв, и не думала останавливаться, ведь ещё многое предстояло узнать. Одну вещь Гарганча поняла точно, из всех чудовищ есть твари, что хуже всех. Мерзкие монстры, убивающие всех подряд, несущие хаос, разруху и запустение. Мерзкие твари из тварей, дай им только расплодиться, и они загадят всё вокруг, да к тому же, эти твари плодятся как бы не похлеще гоблинов. Эти твари вызывали у Гарганчи суеверный страх и тихое восхищение, но главное бывшая многоножка решила для себя, что хочет стать одной из этих тварей, ведь эти жуткие чудовища зовутся людьми.

***

В погребе, среди бочек и кувшинов вина сидел старик в видавшего видах одежде. В прошлом добротная одежда пропахла потом, замаралась в грязи и навозе. Осунувшееся лицо охотника дрожало, у мужчины болели старые шрамы, и сердце пережившее болезненные для него потери. Рыцарь-Охотник, могучий воин третьего шага… Губы старика задрожали, после чего он нервно пригубил вина из кубка. Смешно, он старый пень был на грани третьего шага больше десяти лет, и вот он смог прорваться, в тот самый миг, когда жуткая тварь принялась убивать его учеников. Ради чего всё это? Ради чего?!

Старик с силой бросил кубок в стену. Он третьего шага! Теперь он на равных может сражаться против большинства оборотней, но есть ли в этом смысл?

Какой смысл в силе, когда никого защищать? Какой в ней смысл, когда нет родных и нет живых учеников? Что делать, когда ты одинокий старик, пускай и крепкий телом? Ты даже крепче, чем был до этого, но какой в этом смысл? Охотники должны сражаться, защищать людей, истреблять нечисть, для некоторых это и вовсе семейное дело. Но как это делать, когда опускаются руки? Как идти дальше, когда неудачи бьют и по самому дорогому? Воистину, не должны молодые умирать раньше дряхлых стариков, ведь именно ради этого он стал охотником... И как теперь найти силы, чтобы взглянуть в глаза опасности?

- Вильгельм, тебе стоит привести себя в порядок, - голос мага, носящего черную мантию звучал осуждающе.

Старик криво улыбнулся, утирая свою запачканную бороду.

- Ойвинд, приятель, ты ведь знаешь, мы охотники не особо жалуем вас магов? Сложно понимаешь ли уважать безумцев из-за которых в мир проходят новые монстры! Нас вы тоже особо не любите, оно и понятно... Но что поделать?... Эта охота маг, не должна была закончиться так. Наш отряд далеко не сильнейший, но враг привычный. Мы не выяснили слабость его проклятия, но примерно вычислили размеры стаи. Максимум нас ждало два, возможно три десятка обращённых и пара Альф. Мы имели все шансы одолеть их самостоятельно, но я осторожен Ойвинд, даже пригласил тебя, как черного Мага! Вместе мы бы без потерь вырезали это гнездо... Но что теперь? Откуда взялась та тварь? - Вильгельм закашлял, и вновь пригубил вина.

- Как уже говорил раньше - не знаю. Мои навыки в магии прорицания не настолько хороши, чтобы это понять. Тварь устроила нам знатную подлость, но мы живы Вильгельм, а значит можем отомстить, - Ойвинд, с некоторым сочувствием смотрел на охотника. Простые смертные обычно те ещё идиоты, но к этому простому охотнику маг успел почувствовать уважение, и тем более было видеть сильного человека, что превращался в старую развалину.

- Ты пойми маг, потеряй я там руку, ногу или даже глаз, я б утерся и пошёл дальше. Но это были мои ученики, не гоже старику вроде меня терять всех, - Вильгельм вновь поднёс вино к губам, но с некоторым усилием всё же отказался от глотка.

- Вильгельм, я подготовил многое, для обучения тут одарённых детей. Местный лорд Рауд мой друг, так что с местом проблем не будет, пускай в моём распоряжении пока лишь дом. Как думаешь, может тебе стоит открыть собственную школу охотников на чудовищ тут?

- Это неожиданно слышать от мага, в чём твой резон, северянин? - охотник отставил кубок с остатками вина и глубоко вздохнул.

- Видишь ли Вильгельм, мы Маги привыкли делиться знаниями, и думаю моим ученикам будет полезно ознакомиться с подходом охотников. К тому же места тут опасные, так что кандидаты в ученики для тебя найдутся, - Ойвинд слабо улыбнулся.

- Маги, что делятся знаниями, эко ты завернул, вы ж хрыщи старые хрен чем просто так поделитесь, - кряхтя и шатаясь старый охотник поднялся.

- Охотничек ты секреты с начальными знаниями не путай, - маг карикатурно спародировал стариковское ворчание.

- Хех, ладно волшебная борода буду учить магиков да простой люд охотничьему ремеслу, коль поганой метлой не прогонишь, всё равно назад мне дороги нет, - старик нервно усмехнулся, после чего устало опустил плечи.

Ойвинд не стал трогать охотника, что шатаясь покинул винный погреб.

- Воин третьего шага, охотник-ветеран и просто опытный дед, боится вернуться на континент из-за неудачи, - лицо Ойвинда исказила кривая улыбка. Мужчина вспомнил свою учебу и магов, что заполучили свою черную мантию не благодаря своим выдающимся навыкам, а просто получая готовые подогнанные под них Сигилы от подкованных в магии предков. Маг вспомнил лодырей, что игнорировали тренировки, и развивались просто глуша подходящие зелья. Ойвинд вспомнил некоторых охотников, что были третьими-четвертыми сыновьями влиятельных смертных, их родители с помощью Алхимии и дорогих наставников протаскивали бездарностей до третьего шага пути Воина, и с помощью золота занесённого кому нужно, усаживали своих лодырей на важные места. И такие уроды чувствуя свою ничтожность готовы смешать с грязью любого честного служаку.

- Воистину, Худшие из чудовищ - люди.