«С.Л.К.-10» Иллюзия победы. Часть вторая (СИ) - Фабер Ник

Мощный импульс буквально подбросил «Шерхана» с земли, заставив «Шиву» отшатнуться в сторону. Всего на мгновение, но он потерял равновесие и промахнулся. Вместо того, чтобы пройти через грудь и добраться до кабины пилота, лезвие виброклинка врезалось левее, лишь краем зацепив её.

Правая часть обзорных экранов разлетелась осколками по всей кабине. Острые кусочки впились в её тело, но Лата не обратила на них внимание, с криком бросив свой доспех вперёд.

Ускорители даже не думали отключаться, Всё сильнее насаживая «Шерхана» на то, что осталось от клинка. Обезглавленный, лишённый руки и обгоревший мех столкнулся с «Шивой».

А левая рука прижала последний оставшийся у неё «пробойник» к тому месту на спине, за которым скрывалась кабина пилота.

Взрыв кумулятивного заряда оторвал «Шерхану» кисть, но это уже не имело значение. Это всё равно было в стократ лучшего того, что случилось с Абалом.

Кумулятивный импульс прошёл через точно такую же усиленную броню. И, как и в прошлый раз, он рассеялся значительно раньше, чем успел бы выжечь всё внутренне пространства коксита «Шивы».

Но это не означало, что он не достиг цели.

Прошло почти два года. Но никто так и не подумал о том, чтобы исправить этот небольшой конструктивный недостаток, допущенный ещё при постройке первого прототипа.

Пятидесятимиллиметровая прослойка из вспененного теплоотводящего материала, которая прикрывала кабину пилота от избыточного тепла в случае перегрева реактора.

Когда кумулятивная струя «пробойника» добралась до этой прослойки, то её пористая структура привела к преждевременному рассеиванию кумулятивной струи. Сработала, как защита. Да, она не могла погасить её полностью, но смогла частично ослабить её эффект.

Вместо того, чтобы пробить броню, внутренний корпус кабины и изжарить всё внутри, мгновенно убив пилота, она лишь разошлась в пространстве, создав зону избыточного высокого давления. Вся левая внутренняя часть кабины лопнула с такой силой, словно по ней ударили огромным плоским молотом.

Осколки дисплеев и фрагменты корпуса взорвались прямо внутри. Точно так же, как это произошло с этим самым доспехом два года назад во время сражения за базу «Багран».

Тогда эта машина была там. И сидящий внутри неё человек тоже, пусть в тот день они так и не встретились.

Словно сама судьба свела их, повторяя случившееся в тот день события.

Абал закричал, когда кости левой руки и ноги сломались, словно сухие ветки. Как и несколько ребер с левой стороны. Вся левая сторона кабины разлетелась шрапнелью, раня его тело, под шум аварийных систем доспеха.

В ушах стояли надрывающиеся вопли бьющейся в агонии электроники, сигнализирующих о критическом сбое работы реактора. Ядро постепенно выходило из-под контроля и начинало перегреваться. Хашмитские инженеры так и не смогли довести эту технологию до ума. Проклятый перегрев реактора не давал ему возможности нормально маневрировать в последние пять минут боя.

Едва соображая из-за боли от переломов, Абал ударил правой ладонью по кнопке аварийной остановки ядра. Долгую секунду он был уверен, что опоздал и приготовился встретить ослепительную, обжигающую смерть. Но этого так и не случилось. «Шива» лишь замер на месте неподвижной статуей вместе с обхватившим его «Шерханом», когда питание ядра отключилось.

Лишённые питания системы стабилизации более не могли поддерживать искалеченную машину на ногах. Оба огромных доспеха рухнули на землю и очередной удар встряхнул израненное тело Абала так, что тот заорал от боли.

Первая же попытка выбраться наружу закончилась неудачей.

Левая рука и нога не слушались, отказываясь двигаться и вспыхивали болью при каждой попытке пошевелиться. Абал кое как смог расстегнуть ремни и комбинезон. Достать из кобуры на правом бедре пистолет.

Снятый шлем упал на пол кабины. Упавший на землю неподвижный доспех лежал сейчас на правом боку. Шипя от боли, он вывернулся из кресла и кое-как, достал до кнопки аварийного открытия кабины.

Приводы люка питались от собственных аккумуляторов на тот случай, если ядро заглохнет и пилоту нужно будет выбраться наружу. Стоило ему открыться, как в лицо раненому хашмиту ударил свежий, божественно прохладный и пропахший дымом и гарью воздух с запахом раскалённого металла.

С трудом, стиснув зубы от боли, Абал прополз по стенке кабины и попытался осторожно выбраться наружу. Левая нога совершенно не держала вес тела и мгновенно подкосилась. Стоило ему только опереться на неё, как он тут же рухнул на землю, шипя от боли такой сильной, что у него потемнело в глазах. Пистолет выпал из его руки и ударившись о броню упал на землю в нескольких метрах от него.

Кое как, он перевернулся на спину, привалившись правым плечом к почерневшей броне «Шивы». Стальной гигант замер в неподвижности безжизненным изваянием. «Шерхан» лежал рядом, сжимая его в объятиях своей единственной руки. Две боевые машины замерли упав на землю, словно гротескная и уродливая пародия на влюблённых, не желающих расставаться друг с другом даже после смерти.

Откуда-то сбоку раздались тихие шаги. Шорох подошв по земле.

Абал попытался кинутся к оружию, но его пальцы так и не дотянулись до него. Сверху их придавил ботинок, не давая ему схватить последнее средство к спасению.

Подняв глаза, Абал увидел стоящую над ним худую девушку.

Растрепанные и мокрые от пота светлые волосы липли к лицу, а свисающие пряди колыхались на ветру, что нёс в себе запахи едкого дыма от полыхающих на базе пожаров.

Пальцы Латы сжали рукоять пистолета, направив ствол ему в лицо. Она смотрела на него, тяжело и глубоко дыша.

— Ну, что? Пришла поиздеваться? — хрипло спросил Абал и через боль выдавил из себя усмешку. — Порадоваться победе? Или хочешь рассказать мне, о том, что я убил кого-то дорого для тебя? Да?

У него всё ещё оставался нож, в ножнах на жилете. Если он успеет дотянутся до него, то…

Выстрел снёс ему голову.

Лата всё ещё стояла, глядя на лежащего у её ног мертвеца. Пальцы вцепились в пистолет так, словно это была единственная реальная вещь во всей этой проклятой вселенной.

Пустота.

Она ожидала, что в этот самый момент почувствует всё, что угодно. Свободу. Торжество от свершения мести! Радость! Всё, что угодно! Хотела, чтобы смерть этого ублюдка наконец освободила её…

А вместо этого у неё осталась лишь пустота. Холодная и лишённая всякого смысла.

Смерть ничего не изменила.

Жизнь, которую она забрала, ничего не изменила. Не принесла желанного спокойствия.

Лата упала на колени прямо в лужу растекающейся по земле крови, оставшись наедине со своей местью, от которой не было никакого толка. Только что, она своими собственными руками совершила то, к чему так стремилась…

…и в ужасе поняла, что больше ничего и не осталось. Совсем. Это осознание ударило по ней больнее, чем весь прошедший бой.

— Прости меня, Вим, — прошептала девушка, стоя на коленях рядом с трупом Абала. — Я была такой дурой. Мне так… так жаль.

Пистолет выпал из её пальцев и упал на землю.

Она знала, что должно вскоре произойти.

Ей сообщили по связи, что рейнцы отступают и хотят взорвать базу. Но она понятия не имела о том, сколько времени у неё осталось. Да и какой в этом толк. Она всё равно не успеет убраться отсюда.

Да и хочет ли она этого? Теперь, когда в её жизни действительно не осталось ни единой цели на горизонте.

Почему-то в этот момент она вспомнила последний их разговор. Лата улыбнулась. Что толку сокрушаться над этим сейчас. Она сможет извиниться и позже, когда они снова встретятся.

Поднявшись на ноги, девушка просто побрела по полю, шагая посреди разбитой техники.

Она не хотела находится рядом с «Шерханом» или трупом этого ублюдка. Хотелось просто пройтись, чтобы не сидеть и не ждать, когда всё закончится…

Резкий порыв ветра едва не сбил её с ног. Земля вздрогнула, когда алый мобильный доспех опустился на ускорителях в нескольких метрах прямо перед ней.