G.O.G.R. - Анна Белкина

— Будем принимать крайние меры, — внезапно постановил нерешительный Ежонков, вынимая из внутреннего кармана своей курточки времён Горбачева удостоверение СБУ.

— Куда? — только успел пискнуть Недобежкин. — Не…

Ежонков увереннейшим шагом проследовал к добротной дубовой двери кабинета Соболева и громко постучался в неё своим небольшим кулачком. За дверью висела тишина — кажется, Соболев затаился и делает вид, что испарился.

— СБУ! — громогласно сообщил Ежонков, вызвав в кабинете Соболева шумное шевеление. — Вы обязаны открыть!

«Метод Ежонкова» сработал на славу: Соболев отвалил дверь так тяжело, словно бы она весила тонну и явил из-за неё своё усталое и какое-то измученное лицо.

— Чего вам? — не спросил, а простонал он, повиснув на дверной ручке.

— Нам бы хотелось поговорить с вами про Верхние Лягуши и узнать, почему туда до сих пор не прислали участкового, — железным тоном потребовал Недобежкин, вдвигаясь в небогатый кабинет начальника Краснянского РОВД.

Соболев отполз в сторонку, впуская посетившую его «делегацию». За дверью остался один только Сидоров — он хотел вместе с Хомяковичем увидеть Кошко и поговорить с ним про «типа».

— Ух и вспушат меня за это «СБУ»! — пробормотал Ежонков, прикрывая за собою дверь.

— Чёрт у них там, в Лягушах в этих, понимаете?! — взвыл Соболев так, словно не ел три дня.

— Чёрт? Вы полковник милиции, — напомнил Недобежкин, присев на стул для посетителей. — Какой может быть чёрт?

Соболев выглядел так, словно бы последнюю неделю занимался исключительно тем, что по десять часов в сутки укладывал рельсы. Он сидел за своим письменным столом цвета «орех», ссутулившись и смотрел не на собеседника, а в пол, или на свои ботинки и гундося, как тот Гоха или бомж Грибок, твердил:

— Чёрт… В Верхних Лягушах завёлся чёрт…

— Пора «лечить», — определил Ежонков. — Начинать? — осведомился он у Недобежкина и полез, было к себе в карман за гайкой на верёвочке.

Но Недобежкин шепнул ему:

— Цыц!

А раскисшему Соболеву сказал:

— До свидания, — и широкими шагами последовал к выходу.

Серёгин понял, что это — хитрый ход, чтобы, отвлечь пока внимание «чёрта» — и тоже встал и вышел за Недобежкиным. Ежонков хотел застрять, но был выведен Серёгиным.

Сидоров ждал на улице, а рядом с ним переминался в траве Хомякович.

— Пожалуйста, — запросился Хомякович, когда Недобежкин, Серёгин и Ежонков показались на ступеньках. — Возьмите меня с собой в Лягуши — я должен вам что-то показать…

Глава 20. Экспедиция натыкается на черта

Как рассказал по дороге в Верхние Лягуши Хомякович — разбитую «Самару» Серёгина кто-то из развалин Гопниковского дома утащил. По словам того же Хомяковича оказалось, что её привязали тросом к вездеходу, который катается под землёй, и куда-то утянули вместе с Пегасом. Пегаса потом нашли — его побитая голова торчала из зеленеющей воды озера Лазурное. А вот машина Серёгина исчезла без следа.

— Мы обязательно должны слазить в то подземелье, где вы наткнулись на вездеход, — сказал Недобежкин. — Правда, «Газель» наша не годится для езды по пещерам, но мы можем и пешком.

Услышав «программу» Недобежкина, Сидоров поклялся себе соблюдать «правила Сидорова» — очень уж страшно выглядят во тьме подземелий Горящие Глаза. Когда проезжали по узенькому мостику через Лазурное — увидали среди осоки и ряски голову скульптурного Пегаса — да, действительно, торчит. Тот, кто утащил погибшую «Самару», не пожелал приютить крылатого коня и избавился он него путём затопления в озере.

— Где там ваш Чёртов курган? — осведомился Недобежкин у Серёгина, когда «Газель» миновала мостик.

— Во-он там, на севере, — ответил Пётр Иванович и показал пальцем вдаль, туда, где возвышался над деревьями высокий пологий холм.

— Ага, — кивнул Недобежкин и уверенно повернул микроавтобус туда, к кургану Чёрта.

Едва «Газель» отъехала, как из-под моста выцарапался неказистого вида человек низенького роста, в замаранной тельняшке. Посмотрев немого вслед пылящему по бездорожью микроавтобусу и заприметив, куда именно он направился, человек сорвался с места и побежал в ту сторону, где лежали серые руины развалившегося особняка.

Достигнув высокого холма, Недобежкин нажал педаль тормоза, и «Газель» замерла посреди высоких сорных трав, что покрывали здесь всё.

— Ежонков, — распорядился Недобежкин. — Бери свой компьютер, связывайся со спутником, будем сканировать местные пещеры.

Ежонков завозился со своим ноутбуком, а Пётр Иванович повёл Недобежкина туда, где зияла среди травы зловещая чёрная дырка в «подземное царство». Травы запутывали башмаки, словно говорили: «Не идите». Но такие прагматики, как Недобежкин и Серёгин не прислушивались к голосу какой-то травы и вскоре приблизились к дырке. Недобежкин заглянул в неё, отметил, что оттуда тянет сырым промозглым холодом и сказал:

— Нужно лезть… Вы говорите, там начинаются цеха?

— Ага, — кивнул Серёгин. — Наверное, там и был завод «Хозтехник». И ещё — тут подвизается Маргарита Садальская.

— Вот мне ещё ваша Маргарита! — фыркнул себе под нос Недобежкин и крикнул Ежонкову:

— Ты закончил?

Ежонков посеменил поближе и выдал:

— Со спутником нет связи…

— Как это — нет?? — вспылил Недобежкин. — Со спутником всегда должна быть связь — это тебе не «Киевстар»! Дай сюда!

Недобежкин забрал у Ежонкова ноутбук и сам принялся за поиски спутника.

— Чёрт… — проворчал он. — То ли, глушит гадость какая-то…

Недобежкин так и не смог настроить связь и отыскать в космосе спутник.

— Ладно, — Недобежкин сунул ноутбук Ежонкову и поднялся с пня, на котором сидел. — Будем дедовским способом пробираться, раз техника не пашет, — и первым полез в жутковатую холодную пещерку-нору.

Они шли гуськом, и у каждого из них в руке был фонарик. По земляным стенам плясали зловещие тени, а шаги порождали в глубине подземного хода пугающие шорохи. Первым шёл Недобежкин, а замыкающим назначили Серёгина. Сидоров соблюдал «правила Сидорова», Хомякович надоедал разговорами о рыбалке, а Ежонков — молчал. Так они прошли до самой чёрной дыры, в которой гаснут фонарики, куда в прошлый раз скрылся вездеход.

— Спускаемся, — непоколебимо постановил Недобежкин и сделал первый шаг на шершавый металлический пандус, что скрывался в необъятной глубине и вёл в некую тайну.

Сидоров, вполуха слушая россказни неумолкающего Хомяковича про рыбалку и рыбу, почему-то обернулся назад и увидел, что там, за его спиной, сверкают демонические Горящие Глаза…

«Показалось! — решил для себя Сидоров. — Блик от… фона…ри…к…а…». Глаза не исчезли после того, как Сидоров отвёл взгляд в сторону. Чудовище, не мигая, смотрело в самую душу, и его адский взор мигом пробрал до самых костей!

— П… Пётр Иванови-ич, — едва выдавил Сидоров, чувствуя, как его ноги превращаются в холодное желе и подкашиваются сами собой.

На искорёженный ужасом стон Сидорова обернулись все — и Ежонков, и Недобежкин и надоевший своей рыбой дурацкой Хомякович. Горящие Глаза продолжали сверкать дьявольским белым огнём. Кроме того — они приближались, а Сидоров даже видел, как под Глазами вырастают огромнейшие и острые, как бритвы, клыки…

— Чёрт! — пискнул Хомякович и собрался удирать, но Пётр Иванович схватил его за рукав, остановил и предупредил:

— Не беги, потеряешься, — а голос у самого дрожал.

— Руки вверх! — крикнул Недобежкин, выцапав из кобуры пистолет. — Ещё один шаг — и пристрелю!

— Я вас съе-е-ем! — могильным голосом провыл верхнелягушинский чёрт, неумолимо надвигаясь.

Хомякович не выдержал, вырвался из рук Серёгина, разодрав куртку и бросился наутёк неизвестно куда, вглубь пещеры.

— А-а-а-а!!! — раздавался под сводами крик его ужаса. — Меня чёрт заест, зае-ест!!!

Сбежав, Хомякович выронил фонарик. Он откатился и его луч упал на то место, где должен был стоять чудовищный чёрт. Даже Недобежкин застыл, похолодев до кончиков пальцев, когда его взгляду открылось нечеловеческое существо, которое обитало в пещере. Оно было полупрозрачно, и свет фонарика проходил через его невесомое тело и освещал земляную стену. Пётр Иванович тоже достал пистолет, и рука у него тряслась, от чего мушка ходила ходуном. В страхе Недобежкин выпалил в монстра, но все его пули пролетели сквозь него и унеслись в пещерную даль.

— Бежим! — Серёгин дёрнул Недобежкина за рукав. — Его нельзя застрелить!

Все четверо рванули прочь, туда, где был вожделенный выход под «господнее» солнце, что рассеивает адскую нежить. Чудовище гналось за ними и выло, выло…

На бегу Ежонков споткнулся и упал, расквасив себе нос о камень. Спустя секунду он почувствовал, как ледяная рука монстра коснулась его шеи. Верхнелягушинский чёрт схватил Ежонкова за воротник куртки и рывком поднял на ноги, стукнув затылком о стенку пещеры. Земля со стенки осыпалась на голову Ежонкову, и тут же бедняга увидел возле своего лица чудовищные глаза и почувствовал ледяное дыхание.