Святая Русь (Энциклопедический словарь русской цивилизации) - О Платонов

Он и верует единой Троицы,

Единой Троицы неразделимыя:

Потому тот царь над царями царь.

Пусть тяжела русская судьба, полон скорбей и теснот путь служения "святорусского" - верность своему долгу не остается без небесного воздаяния. Эта мысль характерна для духовного стиха. Особенно показательно, что подтверждения берутся из реального исторического опыта народа:

По тому ль полю Куликову

Ходит сама Мать Пресвятая Богородица,

А за ней апостоли Господни,

Архангели-ангели святыи...

Отпевают они мощи православных,

Кадит на них сама Мать Пресвятая Богородица.

К Матери Божией на Руси отношение испокон веку было особенно трепетным и ласковым - не зря называли Русскую землю Домом Пресвятой Богородицы. Ощущение этой особой близости, особого почтения и одновременно дерзновения не могло не отразиться и в духовной поэзии. "Вся тоска страдающего человечества, все умиление перед миром божественным, которые не смеют излиться перед Христом в силу религиозного страха, свободно и любовно истекают на Богоматерь, - пишет современный исследователь. - Вознесенная в мир Божественный... Она, с другой стороны, остается связанной с человечеством, страждущей матерью и заступницей".

Самые нежные и трогательные слова посвящает Ей певец, обращаясь к Ней в дерзновении искренности и простоты, как к собственной матери - ласковой и близкой:

Мать моя - Матушка Мария,

Пречистая Дева, Пресвятая,

Свет Мати Мария,

Пресвятая Богородица,

Солнце красное,

Пречистая голубица,

Мати Божжа, Богородица,

Скорая помощница,

Теплая заступница,

Заступи, спаси и помилуй...

Мир, освященный кровью Христа, освящен и слезами Его Матери:

А Плакун трава всем травам мати.

Почему Плакун трава всем трава мати?

Мать Пречистая Богородица

По своем по Сыне по возлюбленнем,

По своем по Сыне слёзно плакала.

А роняла слезы на землю пречистыя,

А от тех от слез от пречистых

Зараждалася Плакун трава - травам мати.

Событиями Священной истории обусловлена жизнь мира. Не только земля и растения, но и человеческое общежитие - его устроение и бытие - укоренены в мистической библейской первооснове. Русское общество четко и ясно признавало эту связь, освящая сословное деление как деление единого для всех религиозного долга, а сами сословия - как церковные послушания, разные пути "израбатывания" спасения души:

От того у нас в земле цари пошли

От святой главы от Адамовой;

От того зачались князья-бояры

От святых мощей от Адамовых;

От того крестьяне православные

От свята колена от Адамова.

Это благоговейное отношение к миру земному вовсе не означает, однако, его идеализации. Чуткая народная совесть безошибочно определяет грех искажение, искривление Божественного порядка вещей - как первопричину мирских неустройств:

От Кривды земля восколебалася,

От того народ весь возмущается;

От Кривды стал народ неправильный,

Неправильный, злопамятный:

Они друг друга обмануть хотят,

Друг друга поесть хотят.

При свете церковного вероучения видней и собственные изъяны, собственное недостоинство:

Дает нам Господь много,

Нам кажется мало:

Ничем мы не насытимся...

Очи наши - ямы,

Руки наши - грабли,

Очи завидущи,

А руки загребущи.

Особенной укоризны заслуживает уклонение от исполнения своего религиозного долга:

Вы за хрест, за молитву не стояли,

Господней вы воли не творили,

Господни заповеди нарушали,

Земных поклонов не кладали.

Однако нравственное несовершенство человека исправимо. Путь исправления - путь христианского подвижничества, путь православной аскезы. При общей целомудренной строгости народной жизни аскетические подвиги вызывают у певцов особое уважение, описываются с особой любовью. В описаниях "пустынного жития" - на удивление (для постороннего взгляда) поэтичных и ласковых - отражается богатейший благодатный духовный опыт русского благочестия, монашеского и мирского, внешне различный, но единый в сокровенных, таинственных глубинах мистической жизни Церкви. Так идет спасаться в девственную пустыню младой царевич Иоасаф:

Научи меня, мать пустыня,

Как Божью волю творити,

Достави меня, пустыня,

К своему небесному царствию.

Красота пустыни - главная тема стиха. В некоторых вариантах он так и начинается: "Стояла мать прекрасная пустыня". Однако красота эта безгрешная, духовная, неземная:

Тебя, матерь пустыня,

Все архангелы хвалят...

Трудничество - вот самое постоянное выражение, которым народ отмечает православную аскезу. "Трудник, трудничек, тружданик, труженик, тружельник" так именует народ подвижников. "Со младости лет Богу потрудитися" - жаждут герои русских духовных стихов. Их подробное исследование еще ждет своего часа. И все же в области религиозно-нравственной, в области народного самосознания их свидетельство беспрекословно - к моменту расцвета духовной поэзии русский народ ясно и безоговорочно сознавал смысл своего существования в том, чтобы "Богу потрудитися", то есть привести свою жизнь в возможно более полное соответствие с Заповедями Божиими и промыслительным Его смотрением о земле Русской. Вместе с героями своих любимых песен всю свою надежду в этом святом деле возлагает народ на помощь свыше:

Я надеюсь, сударь батюшка,

На Спаса на Пречистого,

На Мать Божию Богородицу,

На всю силу небесную,

На книгу Ивангелия...

Надежда эта и доныне помогает народу нашему претерпевать скорби его нелегкого, исповеднического пути...

МитрополитИоанн(Снычев)

ДУША, божественная основа человека, его жизненное начало, вместилище духовной потенции и способности к духовно-нравственному совершенствованию, по учению Нового Завета. Душа бессмертна и не умирает вместе с телом. Душа есть сам человек, его личность, но эта личность может быть бессмертна, только если душа будет спасена. Забота о спасении души - главное в жизни человека. Оттого как человек прожил свою жизнь, душа либо спасается, либо обрекается на вечную погибель и соответственно идет либо в рай, либо в ад. После Страшного суда душа соединяется с воскресшим телом.

В понятиях Святой Руси душа резко противопоставляется телу: "Чистота духовная паче телесной", "Телу простор - душе теснота", "Что телу любо, то душе грубо", "Душа прохладу любит, а плоть пар", "Плоть грешна, да душа хороша", "Грешное тело и душу съело", "Душе с телом мука".

Для русского человека душа, душевные качества - главное в жизни. Об этом свидетельствуют народные пословицы: "Душа всему мера", "Душа меру знает", "Душа не принимает; с души прет, скидывает", "Душа душу знает", "Душа с душою беседует", "От души рад", "Мы с ним живем душа в душу", "Душа заветное дело". О человеке, который совершил неблаговидный поступок, говорили: "Покривил ты душой. Не пожалел ты души своей", "У него тело без души, бездушное тело, бездушный человек". Понятие души у русского человека тесно связано с понятием сердца (см.).

Одухотворение души видно во всех сторонах ее жизни - мысленной, деятельной и чувствующей (Феофан Затворник). Душа человека есть недоступное хранилище его помыслов: если сам он таит их, то ни коварный глаз, ни предупредительный взор дружбы не помогут проникнуть в сие хранилище (А.С. Пушкин). Сущность души есть творчество (Б.П. Вышеславцев). Душа или покоряется природным склонностям, или борется с ними, или побеждает их. От этого - злодей, толпа и люди высокой добродетели (М.Ю. Лермонтов).

О. Платонов

"ДУША ХРИСТА", русская икона, известная также под названием "Христос Распятый Серафим". По словам пророка, "Он предал Свою Душу на смерть" (Ис. 53: 12). Пригвожденные ко кресту руки и ступни Серафима изображены по земному облику Спасителя, распятого на Голгофе, тогда как тело покрыто по колени белоснежными крыльями Серафима. Лик Его юношеский, на голове корона, вокруг головы сияние.

Средняя перекладина креста покоится на херувимах, на ней надпись: "ИС. ХС". Конец креста водворен в каменистую Голгофу. Бог Отец держит крест распятого Христа Ангела, как на иконе "Почи Бог в День Седьмый" после совершения Искупительной Жертвы. Бог Отец в митре и архиерейском облачении "по чину Мельхиседека, царя правды, царя мира" (Евр. 7: 2). Мельхиседек, по библейскому тексту, вынес Аврааму хлеб и вино и этим является ветхозаветным прообразом Евхаристической Жертвы.

Бог Отец и крест с распятым Христом Ангелом покоятся на звездном небесном фоне четырехугольника, который в связи со вторым треугольником образует "звезду предвечности". По четырем углам эмблемы Евангелистов, на полях иконы солнце и луна, как полагается на изображениях распятия. На самом верху Райские двери с херувимом, которые откроются для Спасителя, Царя Царей.

Следует отметить, что Христос изображен серафимом, а не другим ангелом из девяти чинов, потому что отличительное свойство серафимов, по учению Церкви, есть "Премудрость Божия" и служит подтверждением Христа Ангела на иконе "Софии Премудрости Божией".