Сокрытый в Тени Крыла - Вадим Оришин

— Изучив доступную мне информацию, — начал я издалека, — слухи, те крохи знания, что удалось достать.

Солнце подыграло мне, спрятавшись за тучкой, и поселив в кабинете тень, а ветер ударил в окна, так, что стекла слегка зазвенели.

— Собрав все воедино. Обдумав. Меня заинтересовали секреты, которые кто-то очень старательно прячет. Секреты, скрытые в…

В дверь постучались, и Тсунаде вместе с Шизуне слегка вздрогнули.

— Кто там еще?

Дверь приоткрылась, и из-за нее выглянул один из секретарей Хокаге.

— Документы на подпись.

Тсунаде стрельнула в него глазами так, будто готова была убить.

— Неси.

Секретарь неуклюже протопал по кабинету и положил перед Хокаге очередную стопку бумаг, отчего взгляд женщины стал безнадежным, и забрав уже подписанные документы.

— Это все?

— Вон! — рявкнула Хокаге.

Секретарь скрылся, а я, сделав театральную паузу и откашлявшись, продолжил:

— Меня заинтересовали секреты, скрытые в Югакуре, Хокаге-сама, — доверительным шепотом поведал я.

— И что за секрет?

На меня смотрели три пары заинтересованных глаз.

— Что в Югакуре, — снова театральная пауза, — самые лучшие горячие источники из всех, которые можно найти.

— Биджу тебя задери! — Тсунаде устало потерла переносицу, — знаешь, где я видела твои шуточки?

Шизуне нервно хмыкнула, подавив смешок.

— Извините, Тсунаде-сан. Я хотел попросить отпуск. Устал, замаялся, хочу немного развеяться.

— Отправишься вместе со своей подругой?

— Каору? Нет.

Хокаге глянула на меня сквозь пальцы:

— А подруга у тебя не одна? Хм, ладно, не важно. Надолго?

Задумчиво почесал затылок:

— Ну, может неделя, две.

— Неделя, — отрезала Хокаге, — прочь с глаз моих.

— А документ, Тсунаде-сан?

— Какой? — не сразу поняла Хокаге, после чего обреченно выдохнула, шепотом проговаривая какие-то проклятия и кары на тех, кто придумал всю эту бюрократию, но бумагу все же написала, — Вот, доволен?

— Благодарю, — кланяюсь, от всего сердца.

— Удачно отдохнуть, — пожелала мне Шизуне, вызвав тихое ворчание Хокаге.

Еще раз кланяюсь уже ей, и покидаю кабинет. Вот так, разыграл небольшую шутку, и избежал всех вопросов, которые непременно появились бы у Тсунаде, если бы я просто попросил отпустить меня на некоторое время. Что же, можно собираться, и в путь.

Глава 113

Предъявив бумаги на выходе из Конохи, я отправился в первый в этой жизни отпуск. С этим делом вообще ситуация была забавная. Шиноби, начиная с чунинов, имели право взять отгул на несколько дней, и провести их по своему усмотрению. Но бытность шиноби сама по себе сводила на нет необходимость таких отпусков. Чунин или джоунин после каждой сложной миссии и так получили день-два выходных, что было вполне достаточно для отдыха. Разница была лишь в том, что во время законных выходных шиноби мог отдыхать только на территории своего селения, чтобы, в случае чего, быстро вернуться на службу, а во время отпуска мог и убрести куда подальше. В моем случае 'куда подальше' было совсем уж далеким, и располагалось в соседней стране. Вообще, шиноби мог свободно путешествовать только по своей стране, ну, мог навестить союзников. Путешествие в нейтральную страну, что, к примеру, собирался сделать я, не запрещалось, но в определенной степени осуждалось. В случае, если лояльность шиноби стояла под вопросом, такое путешествие могло стать поводом к обвинению в предательстве. Вот и получалась ситуация: в столице Страны Огня заведения, конечно, уровня выше, чем в Конохе, да и то под вопросом, но и цены там выше, а подчас намного, тогда как в самой Конохе шиноби получили скидки. Так что отпуска брали редко, больше обходясь выходными в пределах Конохи.

Мне, так же приходилось соблюдать определенные правила. К примеру — на улице обязательно носить форму чунина и протектор с символом деревни. Разрешалось брать небольшую подработку, но не выше аналога миссий 'D' ранга. Ну, длинный список правил поведения. Например, отвечая на вопрос: 'Кто ты такой?', я был обязан сообщить, что являюсь чунином Конохи, но не обязан был представляться. Так же меня никто не мог заставить снять маску, если таковая имелась. А вот если местные органы правопорядка попросят о небольшой помощи, в определенных рамках, я так же обязан был эту помощь оказать. В конечном итоге, отдыхать дома было проще и легче.

Поправив длинный ворот черной безрукавки, сейчас являющийся такой же маской, какую носит Хатаке, поудобнее перехватив мешок со скарбом, я уверенно потопал вперед. Каору не оказалось дома, так что сборы прошли в быстром темпе. Ее наблюдение пока ощущалось, но по мере удаления от Конохи, слабло.

Когда я почувствовал Миину, слежки на мне уже не было, да и от Конохи я ушел далеко. Вечерело, а вместе с тем и холодало. Холодный ветерок, преследовавший меня весь день, остался, а вот солнце, уже скрывшееся за деревьями, все еще освещало землю, но уже совсем не обогревало.

Девушка ждала меня у входа в какую-то придорожную забегаловку, глядя куда-то в небо и угощаясь саке. Заметив меня, она приветливо улыбнулась, но не искренне.

— Я бы предложил составить тебе компанию, но не люблю саке.

Миина поднялась, вылив остатки напитка из маленькой чашечки, кивком указав идти за ней.

— Пойдем.

— Ну, пойдем.

Мы поднялись на второй этаж, где ютилось с пяток комнат, а я из чистого профессионализма пытался ступать так, чтобы не скрипели половые доски. Без чакры не выходило, тихий скрип сопровождал каждый шаг. Когда зашли в комнатку, девушка привычным движением скинула на пол свиток и раскрыла его на неизвестной мне печати. Сложила жест концентрации, набрав достаточно чакры, и приложила ладонь к печати.

— Техника барьера, сфера безмолвия.

По коже пробежался неприятный холодок, и в горле пересохло, к чему почти сразу добавилось легкое головокружение. Мой слух пытался найти привычные звуки, но не находил их. Утихла ночь за окном, и шумные соседи в одной из комнат, утих ветер, и даже биение собственного сердца я слышал будто через вату. Абстрагировавшись от слуха, обвел комнатку взглядом. Стены и потолок красили, наверное, еще до последней войны, почти везде краска облезла, открыв голые старые доски. На полу краска сохранилась, но выцвела, приобретя серо-бурый оттенок. Два старых пыльных футона, обивка которых покрылась торчащими лоскутками нитей, и небольшой столик между ними. Приятное местечко. Пришлось сесть прямо на пол, собирать на себя пыль желания не было, вещи бросил рядом. Девушка села напротив.

— Отличное место для встречи, — с улыбкой проинформировал я Миину о своем мнении.

— Мне тоже нравиться. Снаряжение с собой взял?

Похлопал ладонью по лежащему рядом со мной мешку. Она вопросительно кивнула на жилет.

— Слежки нет, слишком далеко, да и времени с наложения много прошло.

— Хорошо. С чего начать? Твоя подруга или предстоящая работа?

— Начнем с наименее срочного. Что тебе удалось выяснить о Каору?

Миина достала из своего мешка необычного вида флягу с ровным днищем и какой-то свиток небольшого размера. Свиток был разложен на полу и заряжен чакрой, после чего девушка поставила на него флягу.

— Не много. Она уверена, что ее младший брат находится в руках Корня. Именно из-за страха за него она подчиняется Данзо. Ему лично, к слову, за тобой наблюдает один из самых верных его людей, а этой чести удостаиваются немногие.

— Я так понимаю, это не сама Каору, это Корень в целом подыгрывал мне, когда я уничтожал поддельное тело.

— Именно, — кивнула Миина, — Данзо на шаг впереди тебя, не забывай об этом, особенно сейчас. Хорошо хоть, ты догадался ничего не рассказывать девчонке о моем отце.

Нда, глупо бы получилось. В этот момент содержимое фляги начало негромко кипеть, и Миина прервала действие техники. Из сумки была извлечена маленькая чашечка, в которую девушка перелила… чай. А забавная штука.

— Это все по Каору?

Миина немного подумала, и кивнула:

— Да.

— Тогда перейдем к делу. Что Данзо нужно в Югакуре?

— Тебе как? С полной предысторией, или краткое описание? — ухмыльнулась девушка.

— Давай предысторию, не хочется завалиться из-за какой-нибудь глупой мелочи.

Миина кивнула, соглашаясь с моими доводами. Она поднялась, попутно расправляя длинные волосы. Из сумки появилось большое одеяло, которое она бросила на футон, перед тем, как сама расположилась на нем.

— Последняя мировая война закончилась для Югакуре весьма и весьма плачевно. Опытных шиноби не осталось, кланы вырезаны практически подчистую, полный крах. Самый многочисленный из выживших кланов, Ленгму, объединил вокруг себя всех шиноби, каких смог, но Дайме Страны Горячих Источников больше не был заинтересован в содержании какурезато. Деревня лишилась своего статуса, а теперь уже единственный выживший клан пытался понять, чем ему заняться в новой для себя ситуации. Югакуре начала быстро превращаться в обычное поселение, а Ленгму продолжили потихоньку заниматься тем, чем занимались ранее. Исследованиями. Чтобы сохранить хоть какую-то обособленность, клан превратился в закрытую общину. Те, кто мог заниматься полезными для деревни вещами, подрабатывали для клана. Как медики, или недорогая рабочая сила, реже, как охранники, ведь члены клана оставались шиноби. Правда, сейчас люди из Ленгму больше напоминают монахов, чем шиноби, но это все не столь важно. Как я уже сказала, ядро клана, ученые, продолжали работу над тем, над чем занимались до войны. Суть их исследований тебе подробнее расскажет кто-нибудь другой, я всех тонкостей не поняла. Там что-то, связанное с чакрой, ее вибрацией, или чем-то подобным. Нынешний глава клана, Шиоре Ленгму, уверен, что их исследования продвинут медицину на многие десятилетия вперед. Однако Корень интересуется другой стороной их исследований, той, что касается применения результатов их исследований в качестве оружия. Несколько лет назад между некоторыми кланами Конохи, представляемыми, естественно, Корнем, и кланом Ленгму был тайно заключен договор. Корень присылал деньги и некоторые необходимые вещи Ленгму, за что те предоставляли результаты своей работы. В конечном итоге, если исследование обернется успехом, клану будет предложено войти в союз кланов Конохи, и переселиться в деревню на правах полноценного клана шиноби.