Обратный отсчет: Распад - Токацин

обойти секретность? Наверное, знаешь. Не сложнее, чем украсть деньги. Сделай!

Салех уже отодвинулся на самый край — дальше было некуда. Он покосился на руку сармата и слабо качнул головой.

— Тебя не заподозрят. «Читалка» — моя, — криво ухмыльнулся Гедимин. — А я не выдам.

Кажется, он неправильно понял Салеха, — тот вздрогнул и качнул головой снова, уже решительнее.

— Нет, — еле слышно сказал он.

— Почему⁈ — Гедимин сам не заметил, когда его пальцы сжались на чужом плече, только увидел, как Салех стремительно бледнеет. — Ты умеешь? Умеешь?

Он встряхнул человека — несильно, как ему показалось, но рыжая голова мотнулась так безвольно, что Гедимин, испугавшись, разжал пальцы. «Осторожней, амбал, он и так едва живой!»

— Нет, — твёрдо сказал Салех. Его губы мелко дрожали. Он прижал ладонь к помятому плечу и снова повторил:

— Нет.

— Зря ты так с Джедом, — протяжно вздохнул Лоренц. За его плечами стояли Джитту и Винсент. Когда они все успели подойти так близко, Гедимин не заметил — и в очередной раз мысленно назвал себя слепым и глухим идиотом. «Лиск за такую бдительность убил бы…»

— Понимаешь, Салли? — Лоренц с ухмылкой заглянул ему в глаза. — Так отвечать не надо. Надо быстро сделать то, чего он хочет, и улыбнуться. Вот так.

Салех нервно облизнул губы.

— Я не хочу никого обидеть, — тихо сказал он. — Я… не могу этого сделать.

— Врёт, — уверенно сказал Лоренц. — Тюремные блокировки обойти он может. Выпотрошить банк — как шипучку открыть. А найти для Джеда какую-то дурацкую книжку — нет? И что так, а, Салли? Пальцы слиплись, или извилины перепутались?

Он покосился на Винсента, и тот придвинулся к дивану почти вплотную. Гедимин недовольно посмотрел на него, потом перевёл взгляд на вжавшегося в угол Салеха.

— Не можешь или не хочешь?

Салех шумно сглотнул.

— Не хочу, — тихо ответил он. — Я не хочу, чтобы вы тут… ещё что-нибудь взорвали. Вы меня можете побить…

Лоренц громко фыркнул.

— Побить⁈ Это мы тебя можем побить. Джед просто убьёт. Джед, правда, отвернись ненадолго! Зачем тебе пачкать руки?

— Верно, — буркнул Винки, глядя на Салеха с недобрым прищуром. — Сами справимся. Вот механик отойдёт, и мы с ним потолкуем…

Гедимин, сузив глаза, резко вскинул руку, отделяя бойцов от съёжившегося хакера.

— Не трогайте его, — угрюмо сказал он. — Ладно. Не хочешь — не надо.

Лоренц хмыкнул, озадаченно глядя на сармата.

— Я не хотел никого обидеть, — еле слышно пробормотал Салех, глядя в пол.

— Тебя не тронут, — пообещал Гедимин, мрачно глядя на Лоренца. — Ни эти, ни другие. Будешь настраивать мне сеть?

Салех поспешно закивал.

— Только это, — прошептал он. — Больше ничего. Я не хочу…

— Тихо, — буркнул сармат, досадливо щурясь на экран «читалки». «Кучу времени потратил впустую! Ладно, хватит возни с „макаками“. Буду дальше читать про станции на Сатурне.»

Когда через пятнадцать минут он нехотя отвёл взгляд от закрывающихся страниц, Салех всё ещё сидел рядом — тихо, не шевелясь, и, как показалось Гедимину, даже дышал через раз. Встретившись взглядом с «механиком», он вздрогнул и виновато улыбнулся.

— Не бойся, — мрачно сказал Гедимин, отдавая ему «читалку». — Я не буду ничего взрывать. Мне нужны книги для работы. Книги не взрываются.

Рука Салеха, протянутая за смартом, мелко задрожала, и он, снова побледнев, резко мотнул головой.

— Я читал про вас. Я… я не буду. Делайте что хотите.

— Закрывай канал, — буркнул сармат, отворачиваясь. Он досадливо щурился и пытался выкопать в памяти убедительные слова, но ничего не получалось. «Хватит, Гедимин. Книги действительно не взрываются,» — он тяжело вздохнул. «Когда-нибудь ты отсюда выйдешь.»

03 февраля 22 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

— Во двор, — сказал Гедимин сержанту Матейке, подставляя запястья под наручники. Тот хмыкнул.

— Опять? — подтянув к себе сармата, он зазвенел браслетами, защёлкивая их от локтя до кисти. — Что-то часто ты туда ходишь. Про космодром вообще забыл. Что вы там готовите, а? Бунт решили устроить?

Он ткнул Гедимина стальной «клешнёй» в плечо — несильно, но неприятно. Гедимин досадливо сощурился. «Верно. Это подозрительно…»

— Ты вечером выпить не можешь? — буркнул он, выходя из камеры. «В самом деле,» — щёлкало в мозгу, — «я давно не выходил на космодром. Уже больше недели. Завтра… да, завтра надо туда выбраться. Выходить во двор реже. Через день, например. Досадно…»

— Я за тобой присмотрю, — пообещал Матейка, снова пихнув сармата в плечо. — Чтоб было тихо, понял?

«Может, попросить Салеха…» — мысль мелькнула и тут же была с досадой оборвана — Гедимину жалко было упущенного времени и недочитанных новостей с Земли, но лезть с открытой сетью в камеру или на космодром означало выдать и себя, и Салеха. «Ничего. Успею. Он тут до мая. А библиотеки всё равно закрыты.»

09 февраля 22 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

Свежевыкрашенные барки выстроились в ряд на краю космодрома. Гедимин ещё помнил, как они выглядели сразу после покраски — без единой подпалины на корпусе, яркие, жёлто-синие. Если не приглядываться, можно было подумать, что в Кларк наконец завезли новые корабли. С тех пор барки сделали по паре вылетов, хотя по-настоящему горячая пора ещё не наступила, и их борта покрылись выцветшими пятнами, а кое-где и оплавленными полосами — при входе в плотную атмосферу защитные поля не всегда удавалось удержать. Сармат покосился на табло — в нём уже появились первые рейсы на спутники Юпитера. «Скоро планеты сблизятся,» — думал он, глядя на полупустые скамейки вдоль терминалов космопорта. «И тогда тут будет негде сесть. Жаль всё-таки, что Прожиг запрещён. Будь у них портальная станция, не нужно было бы