Не бояться и победить - Анна Волкова

тебя, ты только их прими»! Этот посыл как нельзя лучше передавал невероятный характер моего брата. Всегда немногословный и деликатный, он первым приходил на помощь в трудную минуту. Так было и с мамой: когда она болела, он помогал ей во всем, был рядом в последние дни ее жизни. Поэтому я могла только гордиться, что в моих жилах будет течь кровь такого прекрасного человека.

И вот настал день, с которого будет вестись отсчет моей новой жизни. Врач пришел, как всегда, рано утром и сообщил, что мы начнем процедуру пересадки костного мозга в 15:00. Я думала, что давно готова к этому событию, но оказалось, что не совсем. Ближе к указанному времени пришла медсестра и начала подготовку: установила на моей тумбочке монитор для отслеживания жизненно важных показателей, подобные стоят обычно в реанимации. Затем она подключила кислород в специальное отверстие над моей кроватью. Эти манипуляции вселили в меня чувство тревоги!

Пришел врач, в руках у него был мешочек с теми самыми спасительными клетками. В этом пакетике умещалось мое будущее, мои надежды и мечты, мое все. Невольно вспомнилась живая вода из детских сказок, ее всегда приносили тогда, когда все остальные средства были бессильны.

‒ А для чего нужен монитор и кислород? — спросила я, устремив на врача испуганный взгляд.

‒ Хочешь мира ‒ готовься к войне, — с улыбкой ответил доктор и повесил пакетик с донорскими клетками на стойку с капельницами.

Затем он ненадолго вышел из палаты, чтобы завершить текущие дела, а я осталась в обществе медсестры.

Тут в моей голове произошло «короткое замыкание», и меня просто прорвало. Слезы покатились ручьем. Даже не знаю, что вызвало такие эмоции… То ли все эти приготовления навели на мысль о серьезной опасности, то ли страх, что организм не примет донорские клетки… Медсестра принялась меня успокаивать, сказала, что такое часто бывает, многие паникуют непосредственно перед процедурой. При этом уверила, что все будет хорошо и монитор с кислородом устанавливают на всякий случай, обычно они не пригождаются. Постепенно меня отпустило. Еще немного поговорив с медсестрой, я успокоилась. Когда пришел врач, стало и вовсе легко и спокойно на душе. Умел он все-таки разрядить обстановку своим шутливым настроением.

И вот медсестра получила команду подключить донорские клетки к системе, и процесс был запущен. Вся процедура должна была занять четыре часа. Я лежала, не отводя глаз от капельницы с бурой жидкостью. Все мысли были направлены на принятие моих новых клеток. Подсознательно внушала себе, что это мои родные клетки и они будут существовать во мне в полной гармонии. Вместе с тем я прислушивалась к своим ощущениям, внимательно следила за реакцией организма.

Четыре часа прошли совсем незаметно, за это время я успела поговорить с близкими, чтобы их немного успокоить, и сама таким образом отвлеклась от переживаний. Когда пакетик опустел, медсестра отключила систему и ушла. Так завершился еще один важный этап моего лечения.

Нужно сказать, что трансплантация любого органа не заканчивается непосредственно на самой пересадке. Это всегда очень сложный и непредсказуемый период. Пожалуй, именно во время реабилитации врач применяет весь свой профессионализм, важно ничего не упустить, все проконтролировать и вовремя принять верные решения.

После пересадки донорского органа всегда необходимо применение иммунодепрессантов, призванных подавлять иммунитет для предупреждения отторжения этого органа. В связи с этим я получила новые пилюли. Их количество и дозировка должны были регулироваться врачом весь период применения данного препарата. Также для профилактики РТПХ я два дня получала очень едкую химию, на которой у большинства пациентов случалась сильнейшая рвота. Врач заранее попросил меня приобрести специальные противорвотные таблетки и инструктировал, когда и как их принять. К сожалению, стандартные препараты здесь были бессильны. Еще с разрешения врача я запаслась несколькими баночками Кока-колы, которая, как известно, хороша в решении подобных проблем. В итоге я вполне сносно перенесла эту химию, преодолев очередной рубеж без особых приключений.

Теперь осталось ждать, когда заработают мои новые клетки. На это отводилось около двух недель.

Каждое утро я просыпалась и первым делом благодарила Господа, что чувствую себя нормально, температура не поднялась, никаких неприятных симптомов не появилось. Да, слабость, но я была вполне в состоянии сама себя обслуживать, ходить раз в день в душ и совершать пятиминутные путешествия по палате.

Аппетита особо не было, но я заставляла себя есть и исправно выпивала две бутылочки белкового питания в день.

Хоть и медленно, но дни сменяли один другой. Все шло своим чередом, и мой врач был доволен тем, как протекает реабилитационный период.

К концу второй недели реабилитации у меня очень сильно разболелась спина, боль была настолько интенсивная, что терпеть ее было практически невозможно. Я сразу написала своему врачу. Ответ пришел неожиданно быстро: «Похоже на приживление костного мозга! Я попрошу медсестру сделать тебе обезболивание». От полученной новости даже боль немного притупилась, а после обезболивания практически прошла.

На следующий день анализы показали, что клетки начали расти. Спина уже не болела, и эндорфины, полученные от прекрасной новости, подарили мне неожиданный прилив сил. За окном лето окончательно вступило в свои права, и я широко открыла окно во втором блоке своей палаты. В помещение ворвалась волна чистого, ароматного воздуха. Я села на широченный подоконник, обняла колени руками, закрыла глаза и вслушалась в звуки природы. Шелест листьев, птичий переполох, капель, напоминающая о недавнем дожде… Все в этом дне было прекрасно. Слезы счастья катились по моим щекам и дальше по растянутым в широкой улыбке губам. Мне хотелось пережить этот момент очень тихо, чтобы не спугнуть свое счастье.

Жизнь после трансплантации

Я пробыла в больнице в общей сложности три недели. Врач сообщил мне, что после удаления катетера можно ехать домой. Чемодан был собран молниеносно, и я уже сидела на низком старте в ожидании медсестры. Похожее состояние у меня было каждый раз в роддоме, когда я ждала выписки с малышом: огромный путь пройден, впереди еще много сложностей, бессонные ночи, но сейчас ты победитель, и этим все сказано!

Удалить катетер ‒ пятиминутное дело, и вскоре я уже выходила через те самые двери, которые были барьером между стерильной и просто чистой зонами отделения. Я уже знала, что на ближайшие месяцы маска на лице станет неотъемлемой частью моей жизни. Ну и пусть, недавняя пандемия научила относиться к этому совершенно спокойно.

Мой врач никогда не заставлял себя долго ждать и уже летел ко мне со списком лекарств, которые будет необходимо