Антигерой (СИ) - Пожарова Ася

— Стоять, — остановилась. — Если ты, дорогая моя, позиционируешь себя как взрослая, то будь добра отвечай за свои слова.

— Но…

— Молчать, сейчас я говорю. Глеб крутиться как проклятый. Он учится, уже руководит не маленькой компанией, помогает с альянсом, а ты вместо того чтобы ему помочь, только вставляешь ему палки в колеса. Ты думаешь, что ему легко? Что он просто забил на твою важную персону, и прожинает жизнь? Он делает все, чтобы обеспечить жизнь тебе, такую в которой ты себе ни в чем не будешь отказывать. Он ради тебя, отдает все, а ты ведешь себя как глупая малолетка. Ника, я знаю, что ты скучаешь за родителями, знаю, что хочешь внимания. Но поверь, если бы ты вела себя немного иначе, время, которое вы тратите на вечные склоки, могло бы уходить на семейные вечера, на спокойное общение, на совместные походы в кино. Не только ты ему нужна Вероника, он нуждается в тебе, также сильно, как и ты в нем.

Flashback end

— Прием! Земля вызывает Яна, — неугомонная Шахова, все-таки влезла в мое личное пространство, и дернув меня за рукав рубашки, помахала ладонями перед моим лицом.

— Ника, отпусти, — я, с огромным усилием, выдернул свою руку из ее, казалось бы, таких слабых, а нет, в ней силушки о-го-го.

— Ты чего, спишь на ходу? — она заинтересовано заглядывала мне в глаза.

— Я не сплю, задумался, — устало провожу руками по лицу.

— О чем? Или будет точнее о ком? — Ника загадочно дергает бровями. Вот уж, неугомонная девчонка.

— Можно, ты хотя бы в мои мысли лезть не будешь? — я вопросительно приподнимаю бровь.

— Пф, больно надо, — она недовольно отворачивается и принимается клацать ногтями по телефону.

— Ян, что ты думаешь делать дальше, — Ник, который был каким-то загруженным весь вечер, устало провел рукой по волосам.

— Честно, мне даже представить трудно. Сегодня ничего, завтра поедем на базу, будем вместе думать. Нику под тотальный контроль, подругу Белокрыловой тоже. Анфиса пока здесь останется, а дальше посмотрим.

— Тогда на сегодня мы свободны?

— Да, езжайте домой отдохните. Завтра сбор на базе в десять. Можете остаться здесь, — обычно, после этого предложения все расходились по «своим» комнатам в мое доме. Но, на удивление, сегодня все поехали домой. Я созвонился с ребятами из нашей опергруппы, и дал установки на завтра. Сходив в душ, и уже почти умостившись спать, я все-таки вышел из комнаты и заглянул к моей неожиданной гостье. Спит, трогательно сложив ладони под головой, и скрутившись в крохотный клубочек.

Глава 9

Не грусти родная,

скоро снег растает,

Потом рукой подать до мая

мы будем вместе,

обещаю.

POV Ян

Мне показалось, что я только сомкнул глаза, когда с лестничной клетки, послышались странные шорохи. Огнестрельное оружие, которое всегда лежало в тумбочке около кровати перекочевало ко мне в руки. Казалось бы, территория моего дома, одно из самых безопасных мест в городе, но доверять с каждым годом, ве чае и чаще приходится только себе. Приоткрыв дверь, вопросы отпали сами собой. Анфиса, прислонившись к стене и слегка согнувшись крепко держалась за плече. Она, скорее всего, заблудилась в темноте и, касаясь руками стены, искала лестницу.

— Анфиса? Ты чего здесь? — в ответ я получил несколько всхлипов. — Что случилось? — сунув пистолет, за пояс штанов, которые успел натянуть, я подошел к ней ближе. — Сильно болит? — она мне не отвечала, жалась к стенке, и время от времени коротко всхлипывала.

— Да, — слабый писк сорвался с ее губ.

— Пойдем, — подхватив Анфису за талию, я потянул ее к себе в комнату. Усадив на огромную кровать, застеленную черным постельным бельем, я пошел в свою ванну. Дом был построен так, что личная ванна была только в моей комнате, и комнате в которой обычно оставался Ник. В одном из ящиков была аптечка, в которой всегда находилось обезболивающее. Взяв чистые шприцы, ампулу, спирт, ватку, я вернулся к своему «пациенту».

— Снимай кофту, — я ожидал чего угодно, но не молчаливого согласия. Она, слегка морщась, стянула с себя серую толстовку. Аккуратный кружевной лифчик, белого цвета, и слегка бардовые бинты ждали меня внизу. Под ее грустным взглядом я набрал содержимое ампулы в шприц, выпустив воздух, я протер спиртом место укола. Я еще не успел коснуться ее острого плеча рукой, когда она уже успела слегка дернутся в сторону, в надежде увернутся от иголки.

— Боишься? — гляну на ее слегка дрожащие руки.

— Боюсь, — тяжело выдохнула.

— Говорят у меня легкая рука, — подмигнул ей.

— Наверно лично с тобой незнакомы, — ну что за идиотка? Находится в плачевном положение, и успевает дерзить.

— Не могу, не согласится. Когда нужно рука у меня что надо, — заняв ее разговором, я за пару секунд, крепко придержав ее свободной рукой, ввел лекарство прямо рядом с раной. Она зашипела от боли. Ее глаза которые были отчетливо мне видны, благодаря свету настольной лампы, заблестели от слез, — Готово, сейчас сменим повязку и можно идти спать.

— Слушай, ты прости, что тебе приходится со мной возиться, — она мужественно терпит, когда я снимаю с нее слегка засохшие бинты, стараясь не причинять ей боли. — Но помни, я тебя об этом не просила, — хмурится, когда я усмехаюсь.

— Помню, я помню, — обработав края раны, я наматываю чистый бинт. На девочку явно подействовало лекарство. Анфиса, склонив голову, на бок, прикрывает глаза, еще секунда и уснет прямо здесь.

— Есть, — поднимаюсь с корточек, на которые мне пришлось присесть в процессе, чтобы лучше видеть рану.

— Спасибо, — рыжая, схватив свою кофту, спешит ретироваться из комнаты, ловлю ее за руку.

— Все будет хорошо, — не знаю, зачем я ей это говорю, наверно не привык, что девчонки смотрят на меня с таким животным ужасом в глазах, и дрожат от страха когда приближаются в радиус ста метров. Мне почему-то захотелось ее расположения, чтобы со мной она общалась также легко как, например, с Ником. Я не снимаю с себя ответственности, и принимаю то, что в большой степени по моей вине, она сейчас страдает, но ведь она виновата ровно столько же, и ненавидеть меня за это просто глупо. Особенно учитывая, что я сейчас главный человек, от которого она зависит.

— Я знаю, — она коротко вздыхает, и тихо прикрыв дверь уходит.

Оставшиеся пару часов, мне не спится. Кручусь в кровати, считаю овец, и вся эта хрень, которая ни черта не помогает. Перед глазами ситуация котороя произошла днем. Черт! Как я мог так протупить? Хочу вернуть время обратно, чтобы если и совсем не знакомится с Анфисой, то хотя бы спасти ее от пули. Что если бы радиус выстрела сместился на несколько сантиметров? Я бы смог простить себе смерть невинного человека, по моей воле?

В конце концов, забив на эти глупые мыли, что клеваи мой мозг как надоедливые дятлы, надеваю спортивные штаны, и спускаюсь в спортзал на цокольном этаже дома. Потратив часа два метел грушу, и тягая метал, я конкретно выдохнулся.

Время поджимает, я спускаюсь на кухню, и принимаюсь готовить завтрак. Обычно я забиваю на это дело, и питаюсь тем, что под руку попадет. Но вспоминая свою гостью, очень хочется, чтобы она не голодала весь день. Не сказать, что я сильно повар, но яичница получается очень даже. Быстро забросив ее в рот, перевожу взгляд на левое запястье, на котором обычно находятся часы, и обнаруживаю, что они остались в комнате. Чертыхнувшись, поднимаюсь на второй этаж, натянув часы. Я не могу противостоять самому себе, и матернувшись под нос, все-таки заглядываю в соседнюю комнату. Анфиса выглядит очень умиротворенно, и по-детски нежно. Длинные, черные ресницы плотно сомкнуты, рыжие волосы волной застелили подушку, а руки, как и вчера, трогательно лежат под щекой. В голову приходит отличная идея.

POV Анфиса

Сладко потянувшись на кровати, и понежившись под учами солнца, которые танцевали по моему лицу, я ощутила уже давно забытое чувство. Когда просыпаешься после длительного сна, без будильников, криков домашних, опозданий, и четкого плана действий на день. Спустив ножки с кровати, рука потянулась к телефону. И я с удивлением, вместо ожидаемого мобильника, обнаружила записку, которая притаилась на краю тумбочки. Написана она была симпатичным, размашистым подчерком, и мне даже не пришлось особо гадать, чтобы понять от кого это послание.