Безумие.Боль (СИ) - Ирина Разумова

-Так-то лучше. Не придется отвлекаться, на то что бы держать тебя – конечно не придется. Зацеплена за этот крючок, уткнулась носом в дверь.. о каком сопротивление может идти речь?

-Варвар! Это будет изнасилование!

-Никогда! Ты знаешь, что стоит мне начать, как ты еще и просить будешь в итоге. Не пытайся отрицать. Это не меняется, в моих руках ты похожа на воск. Мягкий и податливый, принимающей любые формы. – Продолжая говорить, он тем временем сдернул с меня штаны, заставляя поднять ноги, что бы снять окончательно, после чего на какое то время отступил. – Помнится, здесь были какие-то твои вещи?

-Что? А какая разница? – что еще пришло в голову этому сумасшедшему ?

-От этого зависит, в чем ты поедешь обратно. Так как? Все забрала или что то осталось?

- У меня не было желания забирать вещи, которые пропахли тобой и этим домом.

-Придется тебе все же ими воспользоваться. – Его голос слышался в отдаление. Слегка повернув голову, я смогла увидеть, как он роется в ящике, явно, что то выискивая. Когда он вернулся, я ощутила прикосновение металла к коже.

-Что ты делаешь?

-Не беспокойся, убивать тебя не собираюсь. - Звук разрезаемой материи и прикосновение стали, а через минуту, моя кофта повисла на рукавах, полностью обнажив спину.

-Жаль портить, но освобождать тебе руки в данной ситуации явно неразумно. – Теперь я ощущала ножницы, а это были именно они, вдоль правой руки. Несколько движений, и вот открыта уже и грудь. Пару щелчков, и я полностью обнажена. – Так-то лучше. Я всегда любил твое тело.

Бросив ножницы на пол, Лука обхватил мою грудь обеими руками, прижимаясь ко мне всем телом, давая ощутить его возбуждение. Наклонив голову, провел губами по шеи, слегка укусив за плечо, в то же время слегка пощипывая соски. Легкая боль, в момент, когда он потянул за них, при этом ощущая, как его язык выводит узоры на шеи, обводит мочку уха, после чего прихватывает её зубами.

-Уверен, ты уже готова для меня – и в подтверждение своих слов, одна его рука, скользнула вниз. Проверяя, лаская, возбуждая еще больше. В то же время, он продолжал свою игру с моей грудью.

- Да моя, девочка. Горячая, влажная. Для меня. – И тут он убрал руки. Я слышу, шорох одежды. Через мгновение, он прижался ко мне. Его кожа буквально обжигает меня. Руки, вновь ласкающие грудь. Чувствую, как языком проводит по шеи, и вот уже опускается вниз, по спине. Против воли, я прижимаюсь к двери плечами, невольно выгибаясь. Задерживается на пояснице. Лаская одной рукой клитор, вторая удерживает меня. Подводя к грани. И в самый последний миг отступает.

- Не так быстро. Ночь будет долгая.

Что он еще задумал? До меня доносится какой- то шорох. Ищет цепи и кандалы? Я ошиблась, но не намного. На мои глаза легла темная ткань.

-Я хочу, что бы ты только чувствовала. Гадала, где будет следующее прикосновение. – опять шорох, его пальцы ослабляют ремень и наконец-то я могу опустить руки. Берет за плечи, отводит от двери, скрип, в следующее мгновение он подхватил меня на руки и куда-то понес. Поднимаемся по лестнице, по всей видимости в спальню. Остановился, слышу как поворачивается ручка двери. Через несколько мгновений Лука положил меня на кровать. Руки полностью освобожденные от ремня, вновь заведены вверх. Мягкая ткань охватывает запястья.

- Я бы оставил твои руки свободными, да боюсь, тебе придет очередная глупость. Например: попытка убежать, в чем мать родила. Да и так удобнее. Ты полностью в моей власти. Беспомощная.

-Решил напоследок поиграть? Чем же тебя не устраивает Анна? Не думаю, что она откажет мужу, в такой малости. Вот и развлекайся с ней. А меня оставь в покое.

-Ты правда хочешь, что бы я сейчас ушел, оставил тебя в таком виде? – он издевается?

-Нет, я хочу, что бы ты развязал меня и отвез домой.

-Утром.

-Нет. Послушай меня, пожалуйста. Остановись. – Кажется, он остановился напротив кровати. Я ощущала себя очень странно. Лишенная зрения, со связанными руками, полностью раздетая. Вся в его власти. И мне было страшно. Нет, конечно, я знала, что он не собирается вырезать ремни из моей кожи. Или стегать меня кнутом. Страшно было из – за другого. Что скрывать, я действительно хотела его. Всегда. Везде. Но если сейчас, это ночь закончится сексом, я никогда более не смогу отмыться. Не найду сил взглянуть в глаза Александра. И даже хуже, моя будущая жизнь превратиться в кошмар. Так как помимо Александра, рядом будет Лука. И при каждой нашей встрече, я буду помнить, что в ночь, накануне свадьбы, я была в его руках. А так же о том, что потом, стоя у алтаря, я обманывала будущего мужа, клянясь в вечной верности и любви. Все эти мысли проносились в моей голове. Заставляя оказать сопротивление. Попытаться достучатся.

-И что же ты хочешь мне сказать такого важного? – насмешка чувствовалась даже в голосе. Но он, по-прежнему не двигался. И судя по звуку, действительно стоял напротив меня.

-Лукас, между нами было очень много всего. Ты сам говорил, что пора закончить эту историю. Она длится почти десять лет. Последний месяцы, нам удавалось держаться подальше друг от друга. Мне уже нечего скрывать. Сейчас, я полностью в твоем распоряжение. Но пощади. Я умоляю тебя. Не о ласке, а о снисхождение. Ты прав. Да, мое желание все такое же сильное, как и все эти годы. Ничто не может его остудить. Но если сейчас я уступлю, неважно сама или под твоим давлением, это сломает мне жизнь окончательное. Завтра, я не смогу принести клятву любви и верности твоему брату. Просто не посмею. Когда в моих мыслях будут царить мысли о твоих ласках. Это не угрозы, не шантаж. Мне ли не знать, что подобное применять к тебе бесполезно. Но это прошение о помилование. Не казни. Тебе это так легко. Я всегда была слаба. Почти всегда проигрывала, но никогда ранее не молила отпустить. Теперь я уже и на это готова пойти.

После моих слов в комнате установилась тишина. Я не видела его лица, и не могла понять, насколько мои слова затронули его. Оставалось лишь молиться. Надеяться на снисхождение. Кажется, за последние минут 5 слова «мольба, снисхождение, помилование» заполнили пространство между нами, как мебель, дом старьевщика. Но это было так. Спустя 10 лет после нашего знакомства, ему удалось сделать, то чего никогда не было раньше. Я действительно молила его. Надо сказать спасибо этой повязки. Слезы, которые я ощутила во время своего призыва, впитывались в ткань, не давая пролиться по моему лицу. Это было бы, совсем мелодраматично.

Не знаю, сколько прошло времени, с момента как я перестала говорить. Мне казалось, что годы. Возможно лишь секунды. Но Лукас все молчал. Не двигался, не говорил. Или я настолько погрузилась в свои мысли, и не слышала, как он просто ушел?