Любить друга отца (СИ) - Ульянова Таня

Решила не говорить о своих предположениях Матвею и для начала сделать тест на беременность.

Умывшись холодной водой и кое-как приведя себя в чувство, я вышла из ванной. Матвей уже был собран на работу, стоял на кухне, попивая кофе.

— Вик, — заметив меня, он поставил чашку, а его взгляд стал встревоженный. — Ты бледная какая-то…

Он подозрительно смотрел на меня, сложив руки на груди.

— Просто не выспалась, — попыталась соврать я. — Я когда не высплюсь, всегда бледная и уставшая.

Тепло попрощавшись в любимым, позвонила Тане и попросила сходить со мной к ее врачу, чтобы удостовериться в отсутствии или наличии беременности.

Жутко волновалась, тряслась, понимая, что очень рано, но дороги обратно уже не было.

— Поздравляю, голубушка, — дружелюбно улыбнулась женщина лет сорока на вид. — Вы беременны. Срок четыре недели.

Первые секунды от услышанного у меня пропал дар речи, а потом накрыло волной радости. У меня будет ребенок. Ребенок от любимого мужчины, и это подарок судьбы. Только если бы я знала, что ждет меня уже завтра, я бы отодвинула радость в дальний ящик.

***

Утро следующего дня началось с легкого пробуждения рядом с самым родным и любимым человеком. Оставив нежный поцелуй на губах Матвея, я тихо встала с кровати и, надев халат, направилась на кухню готовить праздничный завтрак.

Шумного торжества сегодня не будет. Поедем к Тане с папой, а остаток вечера проведем вдвоем.

— Доброе утро, — послышался над ухом нежный шепот, заставивший меня вздрогнуть.

Медленно повернулась к нему, тут же обнимая за шею.

— С Днем Рождения, любимый, — оставила нежный поцелуй на его губах, но ему этого оказалось мало.

Посадив меня на стол, он стал жадно целовать, словно не мог насытиться поцелуем.

— Кажется кто-то опоздает на работу, если не потерпит до вечера, — засмеялась я, даже не подозревая, что вечера не будет.

Нехотя отпустив меня, любимый нежно улыбнулся и, оставив очередной поцелуй на моих губах, пошел в душ.

Хоть мне и не хотелось его отпускать, Матвей все же уехал на работу, аргументируя это тем, что даже несмотря на праздник дела никто не отменял.

***

О беременности я решила сказать ему вечером. Мне казалось, он будет рад хоть страх и присутствовал. Я боялась, что он будет против ребенка…

Стараясь отогнать от себя дурные мысли, я навела в доме порядок, наготовили вкусностей на вечер и стала украшать комнату к романтическому ужину.

Неожиданный звонок в дверь заставил меня вздрогнуть. Даже не подозревая, кто пожаловал к нам в дом, я спокойно прошла к двери.

Стоило мне посмотреть в глазок, удивление накрыло меня с ног до головы. На пороге нашего с Матвеем дома стояла Лариса собственной персоной с довольной улыбкой на лице.

Неуверенно открыв дверь, я на несколько секунд в ступоре замерла, уставившись на незваную гостью.

— Что ты здесь делаешь? — был первый вопрос, который сорвался с моих губ.

Нагло пройдя в дом, Лариса осмотрелась и, повернувшись ко мне, лучезарно заулыбалась.

— Да вот пришла пожелать вам с моим бывшим мужем счастья, — изучающе блуждая по мне взглядом, проговорила женщина.

Она пришла пожелать счастья? Это что-то новенькое.

— Не смотри ты на меня, словно на врага народа, — засмеялась она. — Пойдем лучше чайку выпьем, у меня к тебе разговор есть.

Тяжело вздохнув, я закрыла за ней дверь и направилась на кухню, совершая самую огромную ошибку в своей жизни.

— Чай или кофе? — стараясь сохранять спокойствие, проговорила я.

— Кофе, пожалуйста, — вежливо проговорила она.

В ее голосе играли нотки самодовольства, от чего по телу пробежали мурашки.

Спокойно, Вика. Ты просто накрутила себя до чертиков… Все хорошо. Тебе нельзя волноваться.

Поставив перед ней чашку с кофе, я заварила себе чай и села напротив нее.

— Лариса, о чем ты хотела поговорить? — последовал мой сдержанный вопрос, прозвучавший достаточно напряженно.

— Вик, я, когда уезжала отсюда, забыла папку с документами, — встревоженно проговорила она, смотря на меня невинным взглядом. — Слушай, не могла бы ты посмотреть? Я без нее как без рук…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ни о чем не подозревая, я встала из-за стола и направилась на второй этаж в поисках документов. Я перерыла все, но никакой папки так и не нашла, поэтому вернулась на кухню ни с чем.

— Ты извини, конечно, но я не нашла папку, — виновато проговорила я, присаживаясь за стол и делая несколько глотков чая.

— Ну и ладно, — довольно улыбнулась женщина. — Значит я ее все-таки забрала.

Далее последовал душещипательный рассказ об их семейной жизни с Матвеем, как сильно она его любила, как дорожила их отношениями, и в какой-то момент я поняла, что что-то не так.

У меня неожиданно начала кружиться голова. Ноги стали ватными, стало тяжело контролировать тело.

Даже в таком состоянии я смогла рассмотреть победоносную улыбку на лице Ларисы, которая ничего хорошего не значила.

— Зря ты стала на моем пути, дорогуша. Надеюсь, ты успела сказать Матвею прощай, потому что с этого момента не видать тебе его больше, как собственных ушей.

И все… Это были последние слова, которые разрушили все, во что я верила и чем жила. Эти слова стали крайней точкой отсчета моего путешествия в омут ненависти и боли.

***

Я медленно открываю глаза, но яркий дневной свет заставляет зажмуриться. Что со мной? Где я?

Кое-как начав контролировать тело, я приподнялась на локтях. И, если бы не противный ком в горле, я бы закричала от ужаса. Я лежала полностью обнаженной в нашей с Матвеем постели, а рядом лежал довольно улыбающийся Роман, такой же обнаженный, как и я.

— Тебе понравилось, малышка? — довольно улыбается он, проводя холодными пальцами по моей обнаженной спине.

Я даже среагировать не успеваю. Дверь в комнату неожиданно открывается, входит Матвей, но тут же замирает, смотря на меня и Романа.

Глава 18

Вика.

Я даже среагировать не успеваю. Дверь в комнату неожиданно открывается, входит Матвей, но тут же замирает, смотря на меня и Романа.

Замерев, смотрю на Матвея не в силах произнести и слова. Сердце бешено колотится в груди. В висках оглушающе колотит.

— А у тебя хороший вкус на баб, — встав с кровати, проговорил Роман и стал одеваться.

Без эмоций подойдя к нему, Матвей что есть силы ударил мужчину кулаком в лицо несколько раз и отойдя на пару шагов перевел свой взгляд на меня.

Я так и сидела на кровати полностью обнаженной со слезами на глазах, смотря на любимого человека…

Как назло в память врезается небольшой кусок воспоминания, от которого меня пробивает крупной дрожью.

— Не трогай меня… — шепчу еле слышно, пытаясь оттолкнуть от себя мужчину.

Тело не слушается, словно парализовано. Я только и ощущаю на своем теле чужие руки, которые властно избавляют меня от одежды.

— Матвей… — шепчу я, закрывая глаза.

Голова жутко кружится, меня начинает мутить.

Мужчина нависает надо мной, накрывая мои губы грубым поцелуем.

— Сегодня я буду Матвеем.

Тяжело дыша, смотрю в его глаза. Слезы медленно катятся по щекам, но мне плевать.

— Выслушай… Пожалуйста… — умоляюще шепчу я, но его лицо лишь искажается в злой гримасе.

Он медленно подходит ко мне, останавливаясь в нескольких сантиметрах.

— Ну что, натрахалась? — шипит он, хватая меня сзади за шею и с силой притягивает к себе. — Натрахалась? Шлюха ты, Вика! Убирайся из моего дома, чтобы я тебя больше никогда не видел!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Слезы обжигающими каплями скатываются по щекам, заставляя задыхаться от боли. Сердце гулко колотится в груди, словно в последний раз.

Грубо отпустив из крепкой хватки, он еще раз окидывает меня презрительным взглядом и молча выходит из комнаты.

Тело начало меня слушаться, на подкашивающихся ногах я кое-как встала с кровати, лихорадочно натягивая на себя одежду. Только сейчас до меня дошло, что Роман уже ушел, но мне было глубоко плевать на него.