Ката-Риос - Наталия Затеева

Мужчины еще какое-то время посидели в молчании и тоже разошлись. В свои спальни они вернулись под утро.

Действие алкоголя постепенно проходило и я начала медленно приходить в себя. После всего, что со мной вытворял Мастер, было безумно стыдно. На меня волнами накатывало грызущее чувство вины и раскаяния за свое странное распутное поведение. Шелковые простыни почему-то раздражали разгоряченное тело, казалось, оно чувствовало каждую неровность, и это доставляло нестерпимую боль. Запах мужчины, оставшийся на постели, будил страстные эротические желания. Дыхание было неровным и поверхностным, сердце колотилось как попавший в силки зверек. Странное томление разливалось в груди. Я со стонами металась из стороны в сторону по кровати и никак не могла понять, что же со мной происходит. Так плохо мне не было никогда. Наконец Мастер вернулся, молча лег на постель и, обняв меня, уснул. Стало еще хуже. Между ног болезненно ныло, дыхание сбивалось. Я тихо застонала. Мужчина погладил меня по голове, что-то пробурчал и перевернулся на другой бок.

– Черт! Черт! Кэт, да что это с тобой такое! Почему все тело как скрученная в тугой узел пружина? Может, я отравилась коньяком? Что-то непохоже, симптомы какие-то нетипичные. Меня опять скрутило и я, призывно выгнувшись, томно прижалась всем телом к спине Мастера. Мамочка моя! Да что же это я делаю? И тут до меня дошло. Это же неудовлетворенное желание не дает мне спать! Я как мартовская кошка готова разбудить Мастера и предложить ему себя. Вот это да! Вот так скромница Кэт! Я ведь даже целовалась до сегодняшнего дня всего раза два, да и то не в счет! Просто попробовать хотелось, на что это похоже. А тут.

Реальность холодным душем окатила меня с головой. Я что совсем с ума сошла? Я мазохистка что ли? Меня похитили, держат тут как собаку на цепи, бьют и издеваются. Причем именно этот, лежащий рядом со мной мужчина и есть виновник всех моих бед. Да, лично своими руками он меня не бил, но был почти всегда рядом во время издевательств и даже не пытался остановить Господина. А я сейчас лежу в его постели голая и избитая и хочу его? Я заскрипела зубами в бессильной злобе. Так, Кэт, приди в себя. Надо бежать отсюда, пока все спят, и немедленно.

Я осторожно слезла с кровати. Искать в полной темноте одежду я боялась и поэтому взяла первое, что попалось под руку. Завернулась в рубашку Мастера и на цыпочках, стараясь не звенеть колокольчиками на браслетах, подкралась к окну. Выглянула наружу и с ужасом отшатнулась назад. В ярком свете луны и мерцающих на черном небосводе звезд я увидела бездну. Оказывается, мы находились где-то очень высоко в горах. А там где я рассчитывала увидеть землю, были только острые пики неприступных скал. Я застонала, и, покачиваясь от еще одного нанесенного жестокой судьбой удара, выбралась из спальни в темноту коридора, освещаемого редкими факелами.

Господин никак не мог успокоиться. Он метался по спальне, как запертый в клетке огромный дикий зверь. Что-то не давало ему уснуть, словно магнитом притягивая к спальне Мастера. Наконец, устав сопротивляться, он вышел в коридор.

Недалеко от своих покоев Господин услышал еле-слышное позвякивание колокольчиков. Он резко повернулся на звук, хищно раздувая ноздри и вглядываясь в темноту. В это время пламя факела лизнуло широким огненным языком его руку. Кровь от этого прикосновения как будто вскипела, а в глазах появился и заплясал опасный огонь. Тьма обступила разгоряченного мужчину со всех сторон, нежно лаская и обвиваясь вокруг тела. Черные тени, обняв за плечи, принялись наперебой нашептывать ему свои советы.

Что-то темное и страшное поднялось из глубин души, погребая под собой сознание Господина. Кто-то другой стоял теперь в темноте коридора. Глубоко запрятанное воспоминание слегка шевельнулось и, наконец, выплыло на поверхность.

Круглая комната… Шесть кресел… Занято только пять, шестое пустуют… В центре комнаты плавают в воздухе, перемигиваясь, разноцветные галактики… Черноволосая женщина издевательски хохочет, глядя ему прямо в глаза… Четверо мужчин разговаривают на повышенных тонах…

– Я не отдам ее, она моя!

– Ты не можешь владеть ей единолично! Она должна принадлежать всем четверым! Мы равны!

– Я не отдам ее, она любит только меня!

– Она полюбит всех вас, как полюбила я! - злобно бросает ему в лицо женщина.

Круглая комната… Четверо разгоряченных обнаженных мужчин… На жертвенном камне в забытьи лежит измученная девушка… Внезапно она приходит в себя, и бескровные губы шепчут, - Ты предал меня, любимый…

Тонкая почти прозрачная рука поднимается для удара… Слабые пальцы стиснули кинжал… Отчаянно зовут на помощь колокольчики на браслетах и яростным светом разгораются драгоценные камни, украшающие их… Удар, и девушка вонзает себе в сердце смертельный клинок… Резко оборвался звон и потухли, став тусклыми камни… Остывая, стекленеет обвиняющий дымчато-синий взгляд девушки, не сумевшей простить предательство и позор… Холодно смотрят на четырех мужчин равнодушные желтые глаза змеи… Радостно хохочет черноволосая женщина…

В ужасе, оттого что наделали, застыли четверо мужчин и только горький тоскующий крик разносится бесстрастным эхо, - Вернись, Кэт, любимая, прости…

Господин с силой тряхнул головой, отгоняя только что увиденное, - Она сводит его с ума! Уже и видения начались! Эта девчонка каким-то образом воздействует на его сознание, рождая чувство вины. Он больше не допустит этого. Это не первая и не последняя жертва, положенная на алтарь их желаний. Она выполнит предначертанное и умрет! Пророчество свершится! Живые боги будут править этим миром!

– Так, а теперь куда? - дороги я не знала, поэтому решила идти наугад. А если кого-нибудь увижу, то спрячусь, пережду опасность и опять займусь поисками выхода.

Крадучись я шла по коридору, позвякивая браслетами. Острые камешки впивались в босые ноги, так что я невольно ойкала и морщилась от боли.

– Далеко ли собралась, красавица?

Я взвизгнула и понеслась вперед, пытаясь скрыться в темноте переходов. Сзади раздавался громкий издевательский хохот. Коридор, точно живой петлял и изгибался, помогая мне уходить от преследователя. Ветер свистел в ушах, огонь факелов слился в одну светящуюся линию. Но силы были неравны. Мой преследователь догнал, схватил за волосы и больно дернул назад. Я не удержалась на ногах и, нелепо взмахнув руками, со всей силы впечаталась в твердую грудь Господина.

Он резко развернул и прижал меня спиной к холодной шершавой стене. Нарочито медленно приблизился и с шумом втянул расширившимися ноздрями воздух, - Х-мм, девочка, я чувствую запах твоего желания, не за этим ли ты шла поздней ночью, сбежав из кровати не сумевшего удовлетворить тебя мужчины? Нужно помочь, маленькой, глупой девочке? - покрывая быстрыми жалящими поцелуями и одновременно нежно покусывая шею, жарко шептал Господин. Внезапно он крепко обхватил мое горло, и медленно сжимая начал приподнимать меня над полом. Я вцепилась обеими руками в его пальцы и с ужасом глядела в эти дикие, ставшие из серых черными, глаза. Вторая рука Господина больно сжала мои ягодицы. Он с силой раздвинул коленом мои ноги и навалился на меня всем телом. Его губы терзали мой рот. От его ритмичных движений каменная кладка больно царапала спину.