Право любить тебя - Екатерина Аверина

Тоже включаюсь в работу. Просто сидеть и ждать у меня нет ни сил, ни времени. Будто кто-то все время пинает, подгоняет вперед.

Под утро с гудящей головой падаю на диван в кабинете. Меня моментально отрубает, но даже во сне работа: запросы, вопросы, старые документы и фотографии.

Просыпаюсь от хлопка двери. Резко сажусь и ловлю приличные вертолеты. Со скрипом впиваюсь пальцами в кожу дивана, пережидаю.

— Доброе утро, Виктор Сергеевич. Принести вам кофе? — интересуется секретарь.

— Чай принеси, от кофе уже тошнит. И пожрать что-нибудь организуй.

— Бутерброды могу сделать. Будете?

— Все буду, неси.

После быстрого завтрака принимаю отчет от дежурного капитана. Он передает дела новой смене, и работа продолжается.

Разосланные ночью запросы обрабатываются с разной скоростью. Ответы на одни приходят сразу, другие придется ждать пару дней. Бесит, что зацепиться мне все еще не за что. Я уверен, что ответ скрывается там, в связи Гаджиева с семьей Эльки. Не мог мужик покончить с собой, зная, что дочь у него так серьезно больна. Ну не мог! Не бросил бы он ее. Мутно там все. Надо проводить повторную экспертизу, но уже нашими силами.

Быстро собираюсь.

— Уехал к полковнику. Меня сегодня уже не будет, — предупреждаю секретаря.

Доезжаю до «стекляшки», спускаюсь на нижний уровень. Олька улыбается мне, цветет вся. Наверное, жених ее, наконец, назначил дату свадьбы. Я потом спрошу, не до них сейчас.

— Оль, доложи, — прошу ее.

— Вы неважно выглядите, Виктор Сергеевич.

— Устал, — облокачиваюсь о стену, закрываю глаза.

— Минут десять придется подождать, — сообщает девушка.

Сажусь в кресло, пытаюсь поспать эти десять минут. Олька толкает в плечо. Быстро растираю ладонями лицо, просыпаюсь, иду в кабинет. Отчитываюсь о проделанной с ночи работе, о том, что нашел, и что мне нужно от полкана.

— Ты уверен, майор?

— Уверен, товарищ полковник. Связан старший Садыков с Гаджиевым. И так же уверен, что дети его не знают и половины о своем отце, и тем более об Алихане. Оттуда надо копать. Если экспертиза подтвердит мои подозрения, у нас уже будет повод принять Алихана, а дальше мы его своими средствами раскрутим. Через бизнес мы его не возьмем. Мои ребята там все уже вдоль и поперек перерыли. Придраться вообще не к чему.

Мы обсуждаем еще несколько «интимных» деталей предстоящей операции. На руках у меня оказываются приказы об эксгумации тела отца Садыковых, о проведении повторной экспертизы, а также приказы о повторных задержании и допросах бывших членов банды Гаджиева.

— Не умеешь ты отдыхать, Виктор, — смеется полкан, опуская весь официоз. — Я тебе отпуск подписал, а ты опять погряз во всем этом.

— Откуда мне было знать, что жизнь преподнесёт такой подарок, и мой личный враг сам появится на горизонте.

— Ты главное рассудок не теряй от желания ему отомстить. Все тихо, все секретно. Иначе он исчезнет так, что мы его долго не выкурим.

— Обижаете, товарищ полковник.

— А ты не обижайся, не баба, — смеется он. — А сейчас приказываю отдыхать. Иначе толку от тебя никакого. Язык, вон, еле ворочается уже.

— Есть отдыхать, — устало отрываю задницу от стула.

— Иди уже, майор.

А я и иду. До машины и домой отсыпаться. Голова свежая нужна, и Элю пугать своим видом не хочется, у нас ведь скоро второе свидание.

Глава 13

Элина

В окно с самого утра бьет теплое солнце. Я раздвинула шторы, подставила ему лицо и закрыла глаза, нежась в ярких весенних лучиках. В груди и животе порхают проснувшиеся от спячки бабочки. И мне даже не страшно от того, что Виктор потерялся и перестал писать после наших посиделок в машине. Знаю, он обязательно придет в галерею сегодня. А то, что пропал… Так бывает, я ведь не могу привязать его к себе на двадцать четыре часа, у него есть работа, наверняка семья. Скучать по нему приятно, это совсем не болезненное, а какое-то невероятно щемящее сердце чувство.

Иду на кухню, включаю любимую музыку и накрываю на стол. Равиль выходит из своей комнаты и с подозрительным прищуром смотрит на меня. А я влюбилась… По уши! Вот так с лету, по щелчку. Раз и все. Пропала.

— Давно не видел такого блеска в твоих глазах. — Брат присаживается за стол. — Что произошло?

— Все хорошо, погода замечательная, я себя отлично чувствую и увижусь сегодня с девочками с курса.

— Тебя так радует поход в эту галерею?

— Меня радует все в целом, Равиль. Мне, правда, стало легче. В груди ничего не сдавливает и не болит голова, нет температуры, а там такое солнце за окном. Ты видел?

— Если бы я не был уверен в том, что у тебя никого нет, подумал бы, что ты влюбилась.

— А разве у меня есть такая возможность? — ставлю перед ним кружку с кофе. — Вы с отцом не оставили мне шанса испытать это чувство,