Страсть огня - Карина Демина

как звери, если захотят, — улыбнулся парень, но пронзительную зелень его глаз улыбка не тронула.

— Я уже узнала, что северянам очень многое под силу, то, что не подвластно простым смертным, — кивнула Алия.

— Не всем северянам, — возразил воин, — только Инным.

— Но, разве весь северный народ не является Инным? — девушка удивлённо приподняла красивые тёмные брови.

— Нет, конечно, нет, — покачал светловолосой головой парень. — Девочки, например, никогда не рождаются Инными, только мальчики и далеко не все. Великая честь, когда в какой-либо из наших семей рождается Инной. Все такие дети воспитываются и обучаются отдельно от обычных малышей.

— Но почему? — вновь удивилась Алия.

— Потому, что у них судьба и жизнь другая и очень отличается от остальных. Они должны многое уметь и знать. Инные-это рождённые защитники, воины, готовые сражаться и умирать, если нужно, за свой народ, за свою землю.

— От кого защищать? — спросила девушка с неподдельным интересном глядя на Инга, — кто захочет придти на земли Великого Севера, зная, что там лучшие воины всех Континентов и суровый климат?

— Есть от кого, — долго помолчав, ответил Инг и словно тень набежала на его красивое лицо.

— Но всё же мне…

— Алия…я сомневаюсь в праве ли всё рассказывать тебе. Спроси лучше своего мужчину, — перебил парень.

— Да, конечно. Прости, Инг, я, наверно, задаю много вопросов и кажусь очень болтливой, — смутилась девушка.

— Совсем нет, Алия, — парень посмотрел в её глаза, — ты мне красивой кажешься. Очень. Самой лучшей.

— Но Инг… — Алия растерялась, глянув в потемневшие глаза воина и, впервые увидев в них такое отчаяние, смятение и бурю, поражённо умолкла. Она отметила, что он похудел за эти дни и очень осунулся, а мягкие черты лица заострились.

Инг смотрел как ветер играет огненными прядями её волос, струящимися водопадом до колен, прихваченными сегодня только лентой, тонул в тёмной синеве её очей. И Алия вдруг поняла всё и удивлённо распахнула большие глаза.

— Алия, — хрипло начал он и поднял руку, чтобы заправить ей за ухо выбившуюся прядь.

— Нет, — девушка сглотнув, отвернулась к морю, — я люблю Хаука и ничего не изменится. Никогда. Он — мой единственный.

— А ты? — рука воина безвольно повисла вдоль тела, так и не коснувшись её.

— Что- я?

— Ты. Единственная у него?

Девушка резко развернулась к парню.

— Что ты хочешь сказать?

— Спроси у него, Алия. И если тебе не понравится ответ, просто знай, что я всегда буду ждать тебя. Я просил вахнута отдать мне тебя, но..

— Я что вещь, которую можно просто передать, то одному, то другому? — её глаза стали почти чёрными, он слышал как неистово билось её сердце.

— У него ты рабыня, бесправная и да, как вещь, которую можно и отдать, и продать, и подарить, — его слова били наотмашь, больно, до ран, до крови, потому, что прав, потому, что это и было её действительностью, — Я просил Хаука отдать мне тебя в жёны. Я хотел видеть тебя своей женой, Алия, и матерью моих детей.

Инг попытался взять её руку, но девушка тут же выдернула её.

— Замолчи, прошу, — всхлипнула, прикрыв глаза, длинныне, тёмно-каштановые ресницы отбрасывали тень на её побледневшие щёки. — Я никогда не смогу быть с другим, только с ним. Оставь это, забудь. И лучше сейчас.

— Я не могу забыть тебя, Алия, — опустив светловолосую голову, ответил Инг, — в том то и дело, я пытался, боролся с собой, как мог, но… это… это сильнее меня, — он вытер тыльной стороной лоб, — Я никогда не причиною тебе боли, Алия. Ты всегда можешь рассчитывать на меня.

Он развернулся и, не глядя больше на девушку, ушёл.

Буря поднималась на море. Ветры смущения бушевали в душе Алии.

Глава 11

После ветра и мороза было Любо мне погреться у огня. Там за сердцем я не уследила, И его украли у меня.

Ах! не трудно угадать мне вора, Я его узнала по глазам. Только страшно так, что скоро, скоро Он вернет свою добычу сам

(А.Ахматова "Украденное сердце")

Что-то больно скреблось по самому сердцу, червь сомнений ползал по её душе, отравляя недавнюю безмятежность, пытался подточить хрупкую радость. Алия стояла на носу корабля, свинцовые тяжёлые облака неслись над ней, тёмные волны разбиваясь, осыпали её ледяным дождём, ветер пробирал до костей. Но она не чувствовала холода, терзающего её тело, углубившись в раздумия над тем, что говорил ей Инг. Она обязательно спросит Хаука и он всё объяснит ей, и ещё посмеётся над её придуманными страхами и глупыми фантазиями. За две недели проведённые с ним Алия поняла, что жизнь может играть яркими и разными красками, а не быть только серой или чёрной. Алия была счастлива, не смотря на все обстоятельства по которым она оказалась у северян, несмотря на трудности плавания, к которому она не была привычна. Она чувствовала себя любимой и защищённой. Но Инг…Почему он говорил ей это, о чём намекал? Она спросит Хаука, обязательно, спросит, чтобы избавиться от всех сомнений и гордо держать голову перед всякими говорунами.

Вдруг большие руки обхватили её плечи и горячий поцелуй обжёг шею. — Ты совсем холодная. Разве моя огненная девочка умеет мёрзнуть? — тёплое дыхание коснулось уха. — Ты забыл, Хаук, я родилась и выросла там, где всегда тепло. — ответила Алия, поворачиваясь к нему и глядя в мужественное лицо своего мужчины.

Своего ли?опять вылезло и оскалилось ядовитое сомнение. — Пойдём, — Хаук, взяв ледяную руку девушки, повёл её в каюту. Он почувствовал что настроении Алии изменилось и не понимал причины.

— Почему ты так долго была на палубе, Алия, почему не пришла сюда, ты не привычна к холоду, как мы, и можешь заболеть? — хмуря тёмные брови, спрашивал мужчина, сжимая её всю в своих объятиях, и согревая своим горячим телом.

— Не хотела вам мешать. И я размышляла, Хаук, и не почувствовала как замёрзла.

— Ты мне никогда не помешаешь, Лисичка. Запомни. И какими такими мыслями была занята твоя прелестная головка, что ты потерялась во времени и забыла обо мне? — он ревниво глянул, растирая её плечи, ладони, согревал их тёплым дыханием.

— Хаук, я думала о том, что так мало знаю о тебе, почти ничего, — Алия обхватила его лицо своими ладошками и заглянула в прозрачную голубизну уже таких любимых глаз.

Хаук заметно напрягся. Он подошел к столу и, взяв огромный кувшин горячей воды, вылил его в таз. Деловито скомандовав" Сними обувь",он усадил девушку на кровать и, поместив её ноги в воду, сам сел рядом, растирая ладонью узкую девичью спину. Хорошо,