Битва за рубль. Взгляд участника событий - Сергей Алексашенко

Таким образом, за пять-шесть недель Россия может растерять все то, чего она достигла за четыре года упорного движения вперед, все то, чем может и должно гордиться правительство, все то, что составляет результат экономической политики. В этой ситуации, Банк России считает своим долгом сделать все возможное, чтобы предотвратить такое развитие событий, обеспечить стабильность экономической ситуации и курса национальной валюты.

Ни Президент, ни Правительство не захотели принять эту позицию во внимание[20]. В ответ на столь решительное предупреждение об опасности дестабилизации денежной сферы, по инициативе Минфина был принят известный Указ Президента России (№753 от 22 мая 1996 г.) о перечислении Центральным банком 5 триллионов рублей в федеральный бюджет. Противоречие этого документа закону «О Центральном банке» было настолько очевидно, что собравшийся на экстренное заседание[21] Совет директоров Банка России отказался выполнять требование данного Указа.

Из письма Банка России Председателю Правительства Российской Федерации (27.05.96)

Совет директоров Банка России рассмотрел Указ Президента Российской Федерации от 22 мая 1996 г. № 753 и информирует Правительство Российской Федерации.

Банк России крайне обеспокоен положением, сложившимся с исполнением федерального бюджета в 1996 г.: существенное сокращение поступления налогов в денежной форме и бремя платежей по внутреннему и внешнему государственному долгу не позволяют Минфину России финансировать не только плановые назначения бюджета, но и даже первоочередные платежи федерального бюджета. Вместе с тем, нельзя сказать, что такое положение дел оказалось полной неожиданностью. Развитие событий за последние 13—15 месяцев шло таким образом, что не могло привести к иному положению бюджета. Перечислим наиболее значимые действия последнего года, которые непосредственно воздействовали на бюджет.

• Широкое распространение практики выдачи Минфином России налоговых освобождений, что стало формой «проедания» будущих доходов. Так, только за первый квартал 1996 г. Госналогслужбой принято от налогоплательщиков налоговых освобождений на сумму 16 трлн рублей, которые очевидно были потрачены Минфином в 1995 г. и не были отражены в бюджете прошлого года.

• Отказ налоговых органов от борьбы за получение налогов (практически не было случаев банкротства предприятий за неуплату налогов) и перемещение основных усилий на строительство цепочек налоговых зачетов.

• Принятие декларации о строительстве таможенного союза с Белоруссией и Казахстаном и снятие таможенных границ с этими государствами, что привело к появлению существенного по своим объемам бизнеса, основанного на изъятии ресурсов российского бюджета, связанного с более низким уровнем налоговых и таможенных платежей в этих странах по сравнению с Россией.

• Активное применение Минфином практики выдачи гарантий и поручительств по краткосрочным кредитам, привлекаемым от коммерческих банков, что также не находит отражения в текущем бюджете, а проявляется только в момент проведения расчетов с банками.

• Возложение на Минфин обязанности по одновременному финансированию расходов текущего и прошлого годов, а также расходов, не включенных в бюджет ни прошлого, ни нынешнего года.

• Массированная выдача налоговых отсрочек и налоговых кредитов за счет федерального бюджета различным предприятиям и регионам в текущем году.

• Фактическое принятие Минфином России на себя ответственности за состояние региональных бюджетов, массированная выдача бюджетных ссуд и прямых ассигнований для их подкрепления без какой-либо возможности оказать давление на снижение расходов этих бюджетов.

В результате за последние месяцы Минфин России оказался в состоянии получать налоговых поступлений в денежной форме в сумме, не превышающей 40% расходов федерального бюджета. В январе-марте удавалось находить различные источники финансирования дефицита бюджета: средства от реализации ГКО—ОФЗ на фоне благоприятной по конъюнктуре падающей доходности в январе-феврале, последние два транша кредита МВФ в начале февраля, французский, германский кредиты и первый транш нового кредита МВф в марте – начале апреля, приток средств нерезидентов на рынок ГКО в феврале марте.

Однако уже в конце марта поступающих источников Минфину стало все равно не хватать и последовала серия крупных прямых заимствований Минфина у коммерческих банков, что дестабилизировало рынок ГКО в последней декаде марта. Таким образом, был «подрублен сук», на котором сидел бюджет: поступления в бюджет от реализации государственных бумаг резко сократились. Более того на аукционах 17 и 30 апреля Минфин России оказался не в состоянии погасить основную сумму долга, в результате чего в апреле Банк России выкупил государственных облигаций на сумму более 1,5 трлн рублей с целью обеспечить выполнение обязательств Минфина. Кроме того, в апреле Банк России фактически профинансировал расходы бюджета на сумму более 2,5 трлн рублей, купив на эту сумму государственных ценных бумаг сам или через фирмы – нерезиденты. В начале мая через росзагранбанки Банк России организовал размещение валютных облигаций Минфина на сумму более 300 млн. долларов (1,5 трлн рублей), во второй половине мая Банк России по договоренности с Минфином приобрел ГКО—ОФЗ на сумму 2,2 трлн руб., которые пошли на финансирование бюджетных расходов. Таким образом, совокупная «поддержка» бюджета Банком России только за последние два месяца превысила 8 трлн рублей, что сопоставимо по размерам с месячными доходами бюджета.

В этой ситуации многими правительственными чиновниками в качестве единственного возможного выхода из создавшейся ситуации стало называться еще более активное получение бюджетом денег от Банка России в самой различной форме (покупка алмазов, получение кредитов Правительством под залог валютных резервов Банка России, перечисление несуществующей прибыли Банка России, вложения в рынок ГКО через нерезидентов и т. д.). Однако представляется, что авторы данных предложений не утруждают себя анализом последствий такой политики, или не выходит в своем анализе дальше конца текущего месяца. А на самом деле, реализация предлагаемой политики не только не облегчит положение бюджета и правительства, но и может подорвать в течение месяца все наиболее очевидные успехи экономической политики последних лет – низкий уровень инфляции и стабильность курса рубля. Столь пессимистический прогноз строится на следующем.