100 великих полководцев древности - Алексей Шишов

Вне всякого сомнения, король Пьянха в том походе на Египет продемонстрировал противной стороне высокое искусство командования лодочной армадой с полуголыми, экзотически разукрашенными воинами на борту. Во всяком случае, он стал победителем египтян, которые имели несравненно более высокую военную организацию и лучшее вооружение.

Ставший правителем завоеванного им Египта, Пьянха (по примеру фараонов) оставил после себя большую наскальную надпись. В ней он достаточно подробно описал свой завоевательный поход на страну египтян. По свидетельству этой надписи, эфиопское войско встретило сопротивление только в отдельных номах (провинциях) нильской Дельты, в Мемфисе и Гермопольском номе.

Больше всего хлопот воинственным эфиопам доставил танисский царь (правитель) Тефнахт, который со своими воинами надежно укрылся в болотах Дельты. Король Пьянха почему-то не решился тогда углубиться со своим лодочным флотом в необъятные для глаза тростниковые заросли нильской Дельты. Таким образом, какая-то часть Нижнего Египта им завоевана не была.

В итоге похода короля Пьянху эфиопы более чем на полвека захватили Египет, установив в нем свое господство, прочным которое по многим причинам быть не могло. С первых лет своего правления Пьянхе и его преемникам пришлось столкнуться с частыми вооруженными «возмущениями» местного населения. Опасность их крылась и в том, что во главе восставших стояла египетская знать, хорошо знавшая военное дело и способная командовать воинскими отрядами.

По-видимому, король Пьянха был сильной личностью. Только этим можно объяснить тот факт, что, когда эфиопский монарх удалился к себе в столицу Напату, против завоевателей сразу же выступили отдельные номархи – правители египетских областей. Особенно напряженная для эфиопских войск ситуация сложилась в Нижнем Египте.

Эфиопы до самого своего изгнания с египетской территории чувствовали себя достаточно прочно только в южной части Верхнего Египта. То есть в так называемой Фиванде, непосредственно граничившей с Нубией. Но и оттуда через полвека они были изгнаны силой оружия.

Саргон II

Мастер военной разведки, разграбивший Урарту, Иерусалим и Финикию

Саргон II с жертвенным козленком

После смерти Тиглатпаласара III на царский престол Ассирии взошел его сын-наследник Салманасар V. Свое правление он начал с лишения больших льгот храмовых жрецов, что вызвало ожесточение их против царя. А тот сразу же отправился в большой поход на юг, на государство Израиль. Случилось это в 725 году до н. э.

В решающей битве войско израильтян было разбито, и ассирийцы осадили их столицу Самарию. Однако взять эту неприступную горную крепость они сразу не смогли, и осада затянулась на долгих три года. Ассирийская армия за эти осадные годы терпела большие лишения и несла многочисленные потери.

Пока царь Салманасар V пытался овладеть Самарией, в Ассирии вспыхнуло восстание против него. Это был удачный заговор знати и жрецов, и на престол был возведен младший брат правителя. Достоверное имя его неизвестно, но при восшествии на трон старшего брата он принял имя Саргона II.

Это было сделано, по всей вероятности, по примеру своего прославленного предка Саргона Древнего (Аккадского). Присвоенное имя означало «истинный царь» или «царь законный» и несло в себе строго определенный смысл.

Саргон II решил довершить победой дело Салманасара V. В осадный лагерь под израильской столицей прибыли новые войска. Осадные сооружения ассирийцев были вплотную подведены под большую часть стен горной крепости. Ее защитники, стойко оборонявшиеся уже более трех лет, голодали, испытывая нужду буквально во всем.

Теперь крепостные стены осаждавшие рушили всюду, где только можно было к ним подобраться. Тысячи стрел осыпали защитников стен. Новый царь Ассирии торопил своих военачальников, а те не жалели рядовых воинов. Штурм Самарии следовал за штурмом. Будь крепость расположена на равнине, то она давно бы пала под ударами огромной армии завоевателей, горы же заметно усиливали ее неприступность.

Все же через несколько месяцев Самария пала, и ассирийцы жестоко раправились со всеми, кто находился в ней. Победители привели с собой из похода свыше 25 тысяч пленных израильтян, которых расселили внутри Ассирии и на ее дальних границах. Израиль же превратился в одну из окраинных провинций царства Саргона II.

В его государстве не было спокойствия. Ассирийскому войску пришлось снова идти в поход по землям Сирии и Палестины, где произошли сильные восстания местного населения во главе своей знати. Есть предположения, что к этим мятежам «приложил руку» соседний Египет, чей фараон неблагоразумно не желал видеть на своих границах сильного в военном отношении соседа.

Особенно упорное сопротивление оказал портовый Тир, финикийский город-крепость. Расположенный на островке, он выдержал долгую осаду. Ассирийцы упорствовали, и тирскому царю пришлось признать себя побежденным. Он подчинился царю Саргону II и уплатил ему огромную дань.

После этого Саргон II вышел победителем в большой битве при Рафии. Ассирийская армия под его умелым командованием разгромила здесь полководца Ганнона, князя филистимской Газы, и египетские войска. Они были посланы фараоном на помощь своим бывшим финикийским владениям и городу Газе на Синае. На берегах Нила всерьез опасались вторжения ассирийцев в Египет и поэтому попытались поставить перед ними заслон на южной окраине Палестины.

В ассирийской надписи о сражении при Рафии говорится, что правитель Саргон II «схватил Ганнона, царя Газы, своей собственной рукой» и принял дань от фараона, «царя Египта» и царицы собейских племен Аравии. Это свидетельствует о том, что фараону пришлось откупаться, чтобы не быть наказанным вооруженной рукой за свою помощь городу-государству Газе.

Иудейский царь в Иерусалиме спас свою страну от нашествия саргонской армии только тем, что выразил покорность ассирийцам и послал их монарху огромную дань. Она состояла из 300 талантов серебра, 30 талантов золота, драгоценных камней, мебели из слоновой кости, изделий из дорогих пород деревьев, царских дочерей и придворных служанок.

Ассирийское господство на всей сирийской территории от границ Малой Азии до пределов Египта и Аравии установилось окончательно только после покорения городов Кархемыша. В последующие годы уже никто из правителей Сирии не решался поднять мятеж против «истинного царя» Саргона II.

После этих побед царь Саргон II решил повести борьбу со все усиливающимся государством Урарту, благо его армия была отмобилизована и воодушевлена одержанными победами. Более того, к границе на севере вели хорошо обустроенные дороги. На седьмом и восьмом годах своего правления Саргон II нанес урартцам два сильных поражения, пройдя с огнем и мечом через всю их страну.

Сведения об этой победоносной войне Ассирии против Урарту дошли до нас в сухом, деловом тексте летописи и в велеречивом, почти поэтическом письме, «адресованном» верховному ассирийскому богу Ашшуру. Саргон II говорит в них, что во время этой войны он «покрыл» своими войсками вражеские «страны», «как туча», «как саранча», налетел на них, «как ураган».

Известен маршрут похода ассирийской армии в войне против Урарту. Она сперва двинулась в «страну Манна», расположенную к юго-востоку и к югу от озера Урмия. Это государство, о котором сохранились крайне скудные сведения, после собственно Урарту являлось одной из крупнейших среди так называемых «стран Наири».

В том успешном походе ассирийцы достигли тех далеких стран, которых «ранее никто не видел, не слыхал их названия, податей их не принимал». Вполне возможно, именно в «стране Наири» или где-то на ее границах армия Саргона II настигла отступавшее урартское войско и нанесла ему окончательное поражение.

Победная наскальная надпись говорит, что победители из этого похода возвратились с огромной добычей из металлов – золота, серебра, меди и изделий из них. Было захвачено много медного оружия урартских воинов – мечей, кинжалов, копий, щитов. Ассирийцы увезли с собой статуи царей Урарту – Сардура, Аргишти и Русы, посвященные богу Холду. Добычей стали и огромные сокровища большого города Мусасир; угнано много скота и свыше шести тысяч пленных.

Урарту был нанесен такой сильный удар, что государство долгое время не могло оправиться от него. Поражение урартцев оказалось настолько тяжелым, что их царь Руса, не переживший позора военного краха, покончил жизнь самоубийством.

Теперь царь Саргон II мог пойти на завоевание Вавилона, которому долгое время удавалось сохранить немалую самостоятельность, умело пользуясь смутами и распрями в соседней Ассирии. На сей раз Вавилония сама первой начала враждебные действия. Ассирийская армия не замедлила выступить в поход под командованием своего монарха. Случилось это спустя четыре года после войны с Урарту.