Три родинки на левой щеке. Часть III. Перешеек (СИ) - Таня Рысевич

Он опять взял на себя вторую ночную вахту, сославшись на то, что выспался днём.

Воспользовавшись тем, что было ещё светло, Лина вскарабкалась на возвышение неподалёку от лагеря. Отсюда открывался прекрасный вид на море. Это был вовсе не холм, а, скорее, скала, верхний слой которой от ветра давным-давно превратился в песок и дал возможность прорасти местной колючей растительности. По почти отвесным склонам карабкались извитые низкорослые можжевельники. Лина встала у края и посмотрела на то, как из-под её ноги с шуршанием осыпался вниз клочок земли. Здешняя высота её не пугала. Даже если упасть, скорее всего, зацепишься за кусты, да и до подножья скалы недалеко. Совсем не то, что бездонные пропасти в окрестностях Ледаса, края которых образованы гладкими, покрытыми лишь пёстрым лишайником, лбами.

У её ног на ветру трепетали колосья ковыля. Лина присела и погладила пальцами нежный пух на жёсткой ости. Как давно она не видела ковыль! Здесь росло едва ли несколько травинок, но дома, в графстве Рун-Кай, можно было видеть целые поля ковыля, похожие на бескрайнее золотисто-серебристое море. Лина прикрыла глаза и увидела эту степь как наяву. Совсем скоро они дойдут туда. Домой. Ну, как скоро. Где-то через месяц, если расчёты Дона верны. А они наверняка верны.

Лина снова обратила взгляд к морю и увидела поодаль от себя одинокую фигуру. Это был Маиран, который, медленно, прихрамывая, шёл к морю. Сердце выдало дробь. Вот отличная возможность застать его одного. Осталось только не упустить.

Лина прошлась вдоль края и увидала в одном месте скалистый уступ, почти свободный от растительности. До него было примерно два человеческих роста. «У меня получится», — решила Лина, — «а если не получится — я просто отобью себе пятки и впредь буду осторожнее». Главное не зацепиться за кусты, растущие выше уступа.

Не тратя время на дальнейшие размышления, Лина глубоко вздохнула, на миг прикрыв глаза и, взяв несколько шагов разбега, спрыгнула вниз.

В последний момент воздух под ней будто бы сгустился большой мягкой подушкой и приземлилась она так, будто прыгнула с невысокой ступеньки. Сердце бешено колотилось — Лина не жаловала такие трюки. Это Марко любил сигать с крыши на крышу, пугая её. Лина присмотрела ещё один уступ ниже себя (до него было даже дальше) и прыгнула вновь.

Всего потребовалось три прыжка, чтобы достичь основания скалы. Лина быстрым шагом, почти срываясь на бег, пошла вслед за Маираном, пытаясь отдышаться.

Они чуть не разминулись в этом колючем редколесье, а, когда, наконец, встретились, получилось так, будто она преградила ему путь. Воин остановился, удивлённо уставившись на неё.

— Я видел тебя наверху, — сказал он, оборачиваясь на ту вершину, откуда начался её путь, — практически только что.

— Я спрыгнула, — объяснила девушка.

Маиран дёрнул головой и улыбнулся. Его это, похоже, позабавило.

— Никогда бы не подумал, что ты спрыгнешь с такой вышины, если только от этого не зависит жизнь дорогого тебе человека.

— Маги воздуха могут себе это позволить, — Лина улыбнулась в ответ.

— Не страшно бродить одной сейчас, когда нас могут в любой момент настичь?

— Если кому и не стоит ходить одному, так это тебе, — с укором напомнила Лина.

Маиран едва заметно нахмурился.

— То есть ты спрыгнула с той высоченной скалы, чтобы охранять меня?

— Не совсем, — Лина сдержала так желанный сейчас глубокий вдох, — я хотела кое-что тебе сказать.

— Я слушаю, — Маиран как будто немного расслабился.

Рядом с тем местом, где стоял Маиран, очень удачно торчал из земли обломок скалы. Лина залезла на него. Теперь их глаза были почти на одном уровне и ей не приходилось задирать голову. Лина взяла Маирана за плечи и развернула к себе — пусть не юлит и смотрит прямо.

— С тобой всё время что-то происходит, — начать говорить было сложнее, чем спрыгнуть со скалы, — что-то нехорошее. И я с каждым разом всё больше понимаю, что если ты умрёшь раньше, чем я сделаю это — то я буду жалеть всю оставшуюся жизнь.

Лина наклонилась вперёд и поцеловала Маирана. Его сухие, жёсткие, обветренные губы дрогнули, но он не ответил. Не то чтобы он был обязан, но Лина отстранилась, чувствуя, как кровь приливает к щекам. В общем-то, она не спросила, хотел ли он этого. И не хотела спрашивать.

Маиран смотрел на неё, замерев. Это было бесконечно долгое мгновение.

— Я даже не буду делать вид, что не мечтал об этом, — негромко, спокойно, проговорил воин, — с того самого дня.

Он сделал маленький шаг вперёд, преодолевая то несущественное расстояние, которое ещё разделяло их и крепко обнял Лину. Вот теперь это был настоящий поцелуй.

Лина высвободила руку и зарылась пальцами в волосы Маирана. Его рука скользнула по её шее.

Ей стало легко и светло на душе. От того, что всё получилось. От того, что она смогла сделать так, чтобы всё получилось, не продолжая ждать «подходящего времени» или подобной чепухи.

Они замерли, касаясь друг друга лбами. В глазах Маирана плясали озорные искорки.

— Мне говорили, что я ужасно целуюсь, — вдруг признался воин.

— Тебе просто не хватает практики, — Лина едва удержалась от смеха, — но всё в твоих руках.

Ступни Лины оторвались от камня, на котором она стояла — Маиран приподнял её, сжимая в объятьях. Это были те самые, особые объятья, после которых мужчина обычно тащит женщину в постель. Лина уже не сдерживала улыбку. Ей нравились эти объятья, и она обняла Маирана в ответ.

Воин вдруг замер. Замер. Как-то с трудом сглотнул. Глубоко вдохнул и прерывисто, через рот, выдохнул. А потом осторожно и бережно поставил её на место и отступил на шаг.

— Нет, это… Так нельзя, — проговорил он, глядя куда-то в сторону.

На его лице была такая смесь сомнений, сожалений, грусти и чуть ли не ненависти, какой Лина ещё не видела.

— Почему нельзя? — не поняла она. — Нам же обоим этого хочется!

Она попыталась дотянуться до него, но он снова попятился. Пришлось сойти с камня и догнать. Лина вцепилась воину в руку — чтобы не вздумал снова убежать.

— Маиран, что происходит? Что не так?

Воин медленно отцепил её руку, сложил её ладони вместе и обхватил их своими. Какие же большие у него ладони! Большие, тёплые и надёжные.

— Лина, — почти прошептал Маиран, смотря на её руки, будто всё ещё боялся поднять глаза, — это… слишком опасно.

— Почему? — Лина чувствовала, что это не какой-то обычный разговор про риски близких отношений между мужчиной и женщиной. Маирана снедало что-то более серьёзное.

— Я… — Маирану явно тяжело было говорить об этом,