#мечта - Елена Михайловна Аксенова

юбку-карандаш, которую он прикупил для нее утром вместе со светло розовой блузой. Так никто не догадается об их связи. – Мне нужен ключ или личный кабинет.

– Хочешь, чтобы я поклялся быть с тобой до конца своих дней? – его выразительная бровь взметнулась вверх, чтобы продемонстрировать сарказм, который переполнял его мозг. Эта девочка уже женила его на себе в своих мечтах. Какая наивность! Да, она хороша, но свадьба никогда не входила в его планы на будущее.

– Нет уж, оставь себе, – блондинка убрала с лица волнистую прядь, включила новенький яблочный компьютер. Она не поднимала глаз на того, кто не дал ей спать почти всю ночь. – После 35 я планирую перейти на молодую кровь, не старше 25. Ты уже не вписываешься, так что извини.

– Значит так, – он подобрался к ее креслу сзади и обвил ее руками. – Придется с полна пользоваться тобой до 35. Не переживай, я не охотник за тетушками.

***

Оливия была свободна от занятий на сегодня, поэтому решила приготовить танец для конкурса бара «#мечта». Она распахнула все окна в студии, позволив воздуху безжалостно трепать полупрозрачные шторы. Любой танцор знает, что свои репетиции лучше записывать на видео, чтобы потом отслеживать ошибки. Брюнетка поступала так каждый раз, когда была одна. Музыка вела ее своими тропами, не позволяя сделать лишние движения. Легкая разминка и вот она уже поднимает ногу в вертикальном шпагате. Ее личной любовью были классические танцы, балет. Фарфоровые фигурки, которые парили, не касаясь земли. Законы притяжения рушились под легкими движениями. Это была магия.

Оливия включила хорошо знакомую музыку Вагнера «Танго смерти» и все ее мысли уступили место порывистым взмахам и обрывчатой музыке, которая заставляла ноги отсчитывать шаги.

Адам зашел сюда на свою удачу и застыл под впечатлением от прекрасного представления. Она не раз танцевала перед ним, не раз выделывала все эти кульбиты, но именно сейчас, когда он знал так много о ее чувствах, все стало таким особенным и значимым. Блондин не отходил от двери, наслаждаясь страстью, с которой Оли двигала свое тело. Все-таки это зрелище совершенно особенное.

Последний аккорд разрушил волшебство, она замерла на месте.

– Что ты здесь делаешь? – брюнетка сразу стала неуклюжей, ее длинные волосы были собраны в хвост.

– Я не знаю, – эта была чистая правда. Он не имел понятия о том, почему ноги привели его сюда. Он не понимал, почему вновь и вновь набирал ее номер, почему при любой мелочи хотелось услышать ее голос. – Я скучаю по тебе, Оли…

Она понимала его боль и не могла оставаться в стороне. Все преграды и принципы разбились о преданное женское сердце. Оливия подбежала к его высокой фигуре и обняла так крепко, как позволяли ее маленькие ручки. Адам хотел чувствовать ее рядом, ему было так же легко с ней, как раньше, только теперь каждый жест был наполнен особым смыслом. Он сжал ее хрупкое тело в своих руках, не веря, что этому моменту придет конец.

***

Грета разбирала очередную стопку никому ненужных бумаг. Осталось три минуты до обеда, а противная старушка была все еще прибита к своему стулу. Ольга Петровна считала за честь отслеживать поминутно работу каждого сотрудника и если у тебя выдавалась свободная минутка, знай, она уже дышит тебе в спину, в надежде застать за не профессиональным делом. Ее телефон призывно возвестил о новой СМСке: «На улице дождь. Я жду тебя у входа с зонтом. Еда в машине. Нам надо поговорить».

Рей хотела послать его к чертям, но так жутко хотелось увидеть его родную рожицу. Гордой походной она прошагала по лестнице так, чтобы края ее широких молочных брюк касались кафельного пола. Руки в карманы жилета, и она как бы не замечает, что он пришел с огромным черным зонтом, который она выбрала для него, убедив, что прикрываться от дождя очень даже по-мужски и этого не надо стесняться. Они не здоровались, молча прошли зеленую тропу и сели в большой черный внедорожник.

– Рыжуся, я знаю, ты злишься, – он достал термос с кофе и ее любимые сэндвичи с ветчиной и сыром. Вздумал купить ее на еду, как же! – Но я больше так не могу. Ты была права, нам надо попробовать, ну… Это самое… Отношения.

– А как же твоя невеста? – Грета милостиво забрала свою порцию, ее сердце выпрыгивало из груди, сейчас, он признается ей в любви.

– Во-первых, она не моя невеста, я сказал, что возможно станет ею. Во-вторых, она не глупая, сама все увидела, – Савва всегда готовил для себя двойную порцию сэндвичей с бужениной. Рей приучила его запасаться такими вещами заранее. – Я сам должен был сделать шаг к тебе. Эта трусость сделала неприятно невинному человеку…

– А я значит винная? – девушка повернулась лицом к потерянному водителю. Такие слова всегда давались ему с большим трудом, но она не могла выдержать даже мысли о другой женщине в его голове. – Меня значит не жалко?

– Я не это имел ввиду…

– Конечно, конечно! – она попыталась выйти, но машина была закрыта. – Разблокируй дверь, а то я закричу!

– Кричи на здоровье, – Савва спокойно жевал свой бутерброд, внутри у него бушевала стихия.

– Какой же ты зануда! Выпусти меня, а то я расскажу своему жениху! – в рыжей голове это звучало очень красиво, но на деле это вызвало смех ее старого друга.

– Эдюсе что ли?

– А хоть и ему! Мы женимся, – непонятно откуда возник этот бред, но казалось, это отличная идея.

– Милая, у него уже есть жена, ты забыла? – Савва чувствовал, как лед между ними таял и остается только ее упрямство.

– Она бывшая, а я будущая! – Грета сама не верила в эту ахинею, но соврав раз приходится обрастать ложью со всех сторон. – Мне пора на работу, у меня куча дел, я не могу сидеть тут с тобой целый час, – он позволил ей выйти, но проводил до корпуса.

– Я приеду за тобой вечером и поедем в театр. Если я увижу на тебе его руки, мне придется их оторвать. И не говори потом, что я не предупреждал, – его серьезное лицо потерялось в пелене дождя. Грета осталась на крыльце, чтобы увидеть, как он уходит. Рей расплылась в улыбке от отменившейся свадьбы, от его ревности и такой знакомой властности. А теперь, когда он в ее руках, она научит его никогда не делать так снова.

***

Жасмин проснулась от невыносимого стука в дверь. Массивная татуированная рука все еще жадно прижимала ее к себе на уютном цветастом диване. Еще