Простые радости - Стелла Камерон

– У нас небольшое обсуждение, – сказал Роман, оборачивая застывшую на его лице белозубую улыбку к Морту. – Мы е Феникс кое-что вспоминаем, разве не так, Феникс?

Если она скажет «нет», Морт скорее всего окажется по другую сторону стойки, рядом с ней, не воспользовавшись дверкой. Тогда не останется никакой надежды вернуться в клуб. Что-то в ней говорило, что этого делать не стоит, к тому же логика подсказывала, что лучше не обрывать ту ниточку, которая могла навести на след Эйприл.

– Феникс? – повторил Морт.

Ее пальцы отбарабанили незамысловатую мелодию по обитому тканью краю стойки.

– Нам с Романом нужно многое наверстать. Я тебе пока не нужна, Морт? – Оглядевшись вокруг, она заметила, что единственными посетителями были хозяин магазина по продаже оружия, ростовщик из Дюваля и Нелли, полная миловидная белокурая добродушная владелица единственного в Паст-Пик салона красоты.

Морт проследил за взглядом Феникс.

– Спокойный вечер, – сказал он. – Мы справляемся без труда. – Но его надутые губы говорили о том, что он не убежден, что Феникс не понадобится спасать от этого большого темноволосого мужчины, рядом с которым она выглядела гномом.

– Итак, что ты думаешь? – произнес Роман, предоставляя Морту любоваться его затылком. – Мне в самом деле интересно знать твое мнение.

Она подождала, пока Морт отойдет; нервы ее были напряжены до предела.

– В какую игру ты играешь? Ты пришел сообщить мне, что я, возможно, получу работу. Прекрасно. Я не вижу причины продолжать разыгрывать этот спектакль.

– Не видишь?

– Нет.

– Будем считать, что это сверхурочная работа – я плачу. Или, скажем, мы начали кое-что сегодня днем и теперь время это закончить.

– Чушь. – Она положила руки на талию. – Скажи лучше, что ты хочешь, чтобы я заглотила наживку, не пойму только – какую и зачем.

– Не угадала. Послушай меня, Феникс. Я не шучу, и не играю, и не пытаюсь поймать тебя в ловушку. Я готов пойти на риск и заключить с тобой сделку.

– Почему? Ты же не…

– Выслушай меня. – Он схватил ее за запястье. – Если ты собиралась сказать, что я не знаю тебя, ты права. Но в тебе есть что-то такое… Черт, не знаю. Ты мне… ты мне понравилась. Не знаю чем, это трудно объяснить. Так что все получается довольно просто. Я хочу, чтобы ты была в клубе. Видишь, я выкладываю карты на стол. Думаю, ты будешь иметь успех у многих клиентов. Ты свежая, не похожая на других, им это понравится.

Она так напряглась, что у нее заболели мышцы. Она слышала, что он сказал, но знала, что не сказано гораздо больше.

– Я не проститутка. – Это слово застряло у нее в горле.

– Ты думаешь, я этого не заметил? Она покачала головой.

– Мы можем поговорить где-нибудь в другом месте?

В таком месте, где он будет уверен, что никто не придет ей на помощь?

– Мы и здесь неплохо разговариваем.

– Пусть будет по-твоему. Я предлагаю тебе заключить соглашение. Приходи работать в клуб в качестве моего друга. Ты понимаешь, о чем я говорю?

Она потянула за ворот своего черного просторного свитера.

– Понимаешь? – повторил он.

– Не очень. Почему я нужна тебе в качестве друга?

– Может быть, ты мне понадобишься.

– Как партнер?

– Да.

– Ты имеешь право привести кого-то в клуб как своего друга?

Он усмехнулся:

– Я имею право привести кого-то в клуб как работника, но дать всем понять, что работник этот будет выполнять лишь определенные обязанности в отношении клиентов.

Феникс прищурила глаза:

– Мистер Уайлд, вам придется все очень медленно и подробно объяснить, чтобы менее сообразительные из нас все ясно поняли.

Его поцелуй, неожиданный, жгучий, чуть не сшиб Феникс со стула. Она схватилась за его джинсовую куртку, чтобы не упасть. Она все равно не упала бы, потому что Роман тотчас посадил ее к себе на колени.

– Не надо кричать, – прошептал он, прежде чем снова поцеловал ее. – Если тебе не нравится, скажи, и я остановлюсь.

Феникс не произнесла ни слова.

– Хм. – Он вновь коснулся ее рта своими умелыми губами и чуть раздвинул ее губы, чтобы она почувствовала между ними его язык.

Он целовал ее пылко и многообещающе, как школьник. Но она не ответила на поцелуй. Обхватив ее лицо ладонями, он откинулся назад – так, чтобы видеть ее.

– Я знаю, что я в тебе нашел, крошка. В тебе скрыто нечто такое, отчего мы оба долгое время будем счастливы.

Она отдернула голову и, оттолкнув его, пересела на свой стул.

– Я не знаю, что ты во мне нашел, – произнесла она сквозь зубы. – Мне нужна работа. Я хочу работать, а не следить за твоими ощущениями.

Он поднял брови:

– Ты просто загадка, дорогая моя.

– Я тебе не «дорогая». И не называй меня крошкой.

– Хорошо, сдаюсь. – Он поднял руки. – Постараюсь быть предельно ясным. Завтра утром я хочу сообщить своим партнерам, что ты – массажистка. Ни больше ни меньше. Тебе это подходит?

Он приводил ее в замешательство.

– Тут какая-то западня.

– Никакой западни. Я скажу им правду. Между нами сегодня что-то произошло, и у меня нет желания ни с кем этим делиться.

Феникс медленно соскользнула со стула.

Роман быстро подскочил к ней и, расставив руки, прижал к стойке.

– Это не в твоем стиле? Ванесса говорила, что ты ей призналась…

– Могу себе вообразить, что она тебе сказала.

– По-твоему, это неправда? Если это так, то ты ей солгала, и, значит, мы не можем взять тебя на работу. Тебе по вкусу большой секс. Мне тоже. Но мне не нравится секс с женщиной, которая не отказывает и другим. Я ясно все объяснил?

Феникс не могла вымолвить ни слова.

– Думаю, что да. Ты будешь мять тела – доставлять людям маленькие радости, – когда тебя об Этом попросят. Мы будем тебе за это хорошо платить. Но все остальное – мое. Ну как, мы заключили соглашение?

Все это происходит с кем-то другим. Если она крепко зажмурит глаза, то, когда откроет их, – все исчезнет.

Он зажал ее между своими бедрами и дышал ей в шею.

– Мы заключили соглашение?

Надо что-то сказать или сделать, чтобы это не помешало тому, ради чего она и заварила всю эту кашу.

– Я никогда не была в… Я привыкла всегда сама делать выбор. Сама решать, когда и как мне добраться туда, куда я хочу попасть. Понимаешь?

Теперь он проводил языком по нежной коже у нее за ухом. Она прерывисто задышала.

– Я тебя подогреваю?

Феникс резко отвернула лицо.

– Да, моя горячая. Пусть будет так, как ты пожелаешь. Я могу быть очень терпеливым, не стану тебя торопить. Просто дай мне знать, когда будешь готова продолжить с того места, на котором мы остановились.

Если бы он не заставлял ее чувствовать себя так, будто она задыхается, и если бы некоторые потайные места на ее теле не были горячими и влажными – ей было бы куда легче рассуждать логически.