Архераил Звездная Кровь Книга-3. Теория невероятности - Герман Анатольевич Горшенев

— Два разведывательных корабля без бортовых номеров и знаков приписки.

— Ну и что? — удивился я. — Для разведки нормально, чтобы тихи и незаметно.

Тархан был умён и понял моё удивление, просчитав ситуацию за меня.

— Архераил, вы дерётесь не только с тварями Грани, и у вас есть множество миров, в которых вы воюете с людьми и не людьми. Ты сам говорил. Вам иногда нужно хранить секрет, чей это корабль. У нас Единство. Около нас летают Нилли, есть ещё две цивилизации, которые залетают раз в год и просто пролетают. Теперь вы, но на другой стороне сферы. Здесь только корабли тавров. Нам не от кого прятаться, а корабли делают сразу для конкретных подразделений и сразу на производстве наносят опознавательные знаки, как символику круга, так и бортовой номер. Эти корабли были сделаны без опознавательных знаков. Понимаешь, знаки не спрятали, а их изначально не было, — сообщал Тархан, а я видел ещё кое-что.

Как я понял из разговоров с товарищем, мыслеобразы были в ходу у человеко-быков, и они отлично умели пользоваться этой технологией, но делали это не напрямую, как я, через Симбионт. У них для этого было специальное стационарное оборудование. Они прекрасно формировали мыслеобраз, отправляли его, а потом получали уже расшифрованы данные. Думаю, именно поэтому перевели голосовой канал, когда червяк над военной базой хотел корвет ронять. Тавры получили пакет моих данных, поняли, увидели ситуацию о имаго-командире, а дальше перешли на голосовой канал. Он самый незащищенный, зато самый надежный.

Мыслеобраз я скинуть Тархану не мог, зато в комплекте космо был обычный блокнот с белыми листками пластика и маркер. Очень удобно. Многие, даже имея десятки экранов и виртуальный интерфейс вокса, держали около себя листок и маркер для записей. В небе был ещё кто-то. Глазами я это не видел, но Симбионт просчитал искривления света, видимые моим ночным и дневным зрением, добавил к этому неправильные тени и странности преломления игг-света, проходившего через пылевую взвесь. Для того чтобы это разглядеть, нужен настоящий математический искин, работающий с изображениями или вот такой житель головы. Имплант спроецировал в дополненной реальности контуры корабля на листок, а я аккуратно обвёл маркером.

По местным меркам корабль был огромный. До наших, стокилометровых линкоров-призраков и трёхсоткилометровых баз флота, и даже до Хельги, ему было ещё расти и расти, а вот габаритами с тяжёлым крейсером он мог потягаться. Обводы были логичные, в стиле нормальной технологической школы, без крыльев и напыщенных хвостов как у Нилли. Я протянул бумажку товарищу. Тархан внимательно смотрел на рисунок, а я осведомился:

— Ну что думает бык по поводу обезьяньей картинки?

— Это откуда ты взял? — уточнил Тархан, отвечая вопросом на вопрос.

— Я хотел бы услышать твои предположения. Как по мне, крейсер тяжёлого класса. Вот прямо сейчас он в невидимости висит. Глазами не разглядеть. Это мой гвоздь в голове просчитал.

— Это Крейсер Верховного. Но он не летает сам по себе. У главы совета есть другой корабль, а этот применяется только для официальных визитов, и в качестве командного пункта, когда приходит опасность всей цивилизации. Верховный на нём летает только в составе больших делегаций, а в бою мы его использовали последний раз, лет десять назад. Тогда высаживали малое древо в круге Серебряных Копыт. Всё остальное время он стоит у центрального храма Прародителя и его используют в качестве музея истории. Туда каждый день приходят сотни тавров и приводят своих детей.

— Ммм, да. Ну не знаю. Кораблик приметный, но что есть, то и нарисовал. А эти два? — и указал на суетящиеся около места падения корвета борта.

— Брат, мой, у меня нет ответа. Эти корабли — обычные малые разведчики, но на них нет бортовых номеров. У тавров никто никогда не прячется. Мы, если с кем-то воюем, то ведём бой открыто, и у нас всегда есть опознавательные знаки на кораблях. Для чужака они ничего не скажут, а свои должны знать кто ты.

Осталось только пожать плечами. Тархан примерно понял, где висел корабль. Дальше, сделав несколько кругов над нашим островом, но видимо ничего не обнаружив, пара разведчиков скользнули в небо, и замерцав, исчезли под маскирующим полем исполина. Симбионт доложился, что большой корабль поднялся вверх и ушел в сторону теневых земель. Всё, что мне докладывал житель головы, я синхронно дублировал быку. По недоумевающей морде товарища было понятно, что это было крайне удивительно, неправильно, а в правдивом менталитете человеко-коров — практически невозможно.

Корабли тавров были не сравнимы по размерам с нашими, но по местным меркам борт Верховного являлся аналогом нашего линкора. Если всё хорошо, то корабль главы человеко-быков выполнял представительские функции, был музеем и предметом гордости. Но когда приходило время оборонять росток очередного малого древа или спасать соседний круг от нашествия червей, то борт поднимали и вводили в бой без оглядки на принадлежность.

Мы черпали из Грани триллионы и триллионы тонн брахмы, а корабли строили миллионами. Тоже-самое делали ксеносы, но только создавая основу, и доращивая всё остальное. Нелюди использовали всё туже брахму, но мы из неё детали делали, а они на её основе органику, из которой слепляли корпуса своих бортов, от москитов, до огромных маток роя. Я это к чему? Даже при таких масштабных производствах, корабли построенные по одному и тому-же проекту, уже через пару месяцем могли прилично отличатся. То добавили блоки ракет, то дополнили эмиттеры силовых полей, то на корпус вывели пару надстроек подавителя. Нелюди, так вообще ничего одинакового не выращивали. Корабли сверх тяжёлых классов всегда строились штучно и каждый корабль чем-то отличался. Возможно, я на листике не передал тонкости, и Тархан ошибся, но вероятность такой ошибки была небольшая. Подобных кораблей было всего шесть. Таврам просто незачем было строить такие громадины. За исключением массового прихода червей, для них просто не было целей, а в случае с тварями тьмы, большие борта было легко заменить роем малых кораблей.

И очередная странность. Даже если это и был другой корабль, то и на его вылет нужно разрешений не многим меньше. Капитан может принять решение и единолично отдать приказ о вылете, но тогда он предстанет перед малым советом и должен обосновать своё решение. В любом случае — секретиков не получиться.

А ещё, такой корабль нельзя собрать, даже имея все чертежи и умыкнув по тихому пару конструкторов и несколько мастеров, занятых над изготовлением корабля. Просто