Истинная. Перерождение. Второй шанс для темного мага (СИ) - Вилкс Энни

А вот Ула шепнула мне на ухо:

«Попробуй потом вслух поругать Теа. Только не при всех».

Келлфер в споры и предположения не вникал. Он сидел у занавешенного окна, далеко от стола, за которым разместились мы, и быстро пролистывал какой-то тяжелый фолиант. Между его бровями залегла складка, будто то, что он читал, беспокоило его все больше. Я залюбовалась его мужественным профилем, пропитанным силой и магией. Когда я так смотрела на него, мир сужался до сурового лица с высокими рельефными скулами и острых как пики глаз.

-Что это за книга, директор? – пропела Иловирис. – Могу я потом почитать ее?

Келлфер не ответил ей, зато поглядел на меня. И сказал:

-Это настольная книга Теа. Когда-то давно ее дал Теа мой хороший друг.

Краем глаза я заметила, как с интересом вскинулся Цион. Он, впрочем, просить не стал, в отличие от Иловирис:

-Она об иллюзиях? Я стараюсь расширить свои знания. И была бы очень, очень счастлива, если бы...

-Нет, - просто оборвал ее Келлфер, не оставляя сомнений: он ответил на оба вопроса.

Иловирис с улыбкой кивнула и, маскируя улыбкой тоску в глазах, грациозно пожала плечами, обращаясь почему-то ко мне:

-Значит, спрошу позже, - с нажимом сказала она. – У меня к тебе… просьба. – Шепчущая произнесла последнее слово так, чтобы я поняла: это настоящий приказ, и если я откажусь, то она меня в порошок сотрет. – Когда мы переместимся в покои директора, сразу иди по своим делам. Ты же все понимаешь?

Как у нее рот не болел так широко улыбаться?

-Задерживаться не собираюсь, - хмуро ответила я, думая, что у меня слишком много дел, чтобы тратить драгоценное время на наблюдение за их уединением.

-Ты и так лишняя, - сказала она с еще большим давлением. – Он просто дает тебе поиграть в спасение.

-Верно, - раздался от окна негромкий низкий голос. – Как и тебе. Так не заигрывайся, Иловирис.

-Конечно, - поспешно ответила та.

Мне чудилось, что Келлфер оценивает нас, и я часто ловила себя на мысли, что же он может подумать. Спиной я почти все время ощущала его тяжелый взор. Казалось, темный маг разглядывает меня, прикидывая, стою ли я усилий, и его внимание хоть и льстило, но заставляло волоски шевелиться на шее.

А может, мне казалось? Ведь почти постоянно рядом со мной сидела Иловирис – в роскошном платье цвета запекшейся крови, грациозно сложив изящные кисти поверх тонкой, зажатой корсетом талии, сверкая серебром уходящей в ложбинку декольте цепочки, источая аромат роз и жасмина. Я в своем простеньком льняном сарафане рядом с ней, похожей на легендарную черную розу – бывшую леди Черных земель, Юорию Карион, - казалась дворняжкой.

Иловирис то и дело бросала на Келлфера быстрые взгляды, но обращаться больше не решалась, пока он, захлопнув книгу, не встал из удобного кресла и не позвал нас.

.

Проникать в Обитель ночью, словно мы – воры или грабители, оказалось и унизительно, и волнительно, и как-то слишком просто. Келлфер открыл портал мановением руки – даже не шептал заговора, не использовал портального окна! – и мы друг за другом шагнули вперед, в зыбь магического проема.

Туфли тут же утонули в длинноворсном ковре – мы были в роскошном доме. Я оглянулась, не понимая: так не мог выглядеть Зеленый Дол. Не могло там быть ни громадных люстр с хрустальной россыпью кристаллов на цепочках, ни словно высеченных из камня больших картин, ни мебели из красного дерева, ни таких пышных шерстяных ковров. Иловирис хмыкнула, отметив мое замешательство:

-Для безродной слишком роскошно? Это мое поместье, «Ночной бутон».

-И у меня нет фамилии, Иловирис, - заметил Келлфер походя, и женщина вся сжалась, мне даже стало ее немного жаль.

-Простите, - промямлила она.

-Название… - Я хотела сказать «дурацкое» или «пошлое», но вместо этого признала: - Подходит этому месту.

-Догадываешься, почему мы проходим сквозь него? – уже куда менее вызывающе спросила Иловирис.

-Чтобы переместиться отсюда. Вы думаете, что в Обители отслеживают порталы. – Я бросила быстрый взгляд на Келлфера. Он улыбался самым уголком губ, будто думая о своем. Интересно, Иловирис сама предложила свое поместье, чтобы выслужиться? Мне хотелось как-то уколоть ее, и я веско сказала: – Что, скорее всего, перестраховка. Вообще-то Теа не раз говорила, что нам не нужны подобные меры безопасности, потому что у Обители нет врагов, и она рада всем.

Иловирис закатила глаза.

-Теа знает, кто, когда и откуда перемещается в ее владения, - даже не возразил, а поставил меня в известность Келлфер. – И где кто находится в Зеленом доле, она знает тоже. За очень небольшим исключением. Ты права в другом, Лариана. Теа не удивится, что Иловирис перемещается ко мне из своего поместья.

-Она ведь запретила Иловирис появляться в Обители? – все же уточнила я, разглядывая мерцающее в полумраке зеркало в кованой черной раме.

-Для Иловирис Теа делает исключение, так как уверена, что у нас с ней роман – и боится перечить мне в такой малости.

«Роман».

Я ни за что не смогла бы уточнить, правда ли это. Ни за что!

Но когда посмотрела на гордо смахнувшую прядь со лба черноволосую красавицу, поняла, что Теа не поверила бы в полный фарс, даже если бы в нем был замешан Келлфер. А значит, они и правда…

«Не мое дело», - оборвала я неуместные мысли, задерживая дыхание перед тем, как пройти следующий проем.

***

-Келлфер, ты вновь не один.

Негромкий голос Теа окатил меня холодом. Я молча застыла на месте, боясь произнести хотя бы слово, только смотрела, как Иловирис, ухмыляясь, присела в реверансе. И хоть она пыталась скрыть страх, я видела, как крепко ее тонкие пальцы сжали парчу верхней юбки, и как дрожала от напряжения спина.

Наставница выглядела грустной и измотанной. На лице ее морщинами отпечаталась мука, но уверенный разворот плеч, спокойное и доброжелательное выражение лица, как всегда лишенное вычурности простое платье и понимающий взгляд сильного и мудрого целителя загипнотизировали меня. Теа была похожа на уставшее от мирской суеты и грязи божество. По сравнению с ней замотанная в дорогие тряпки и увешанная украшениями холеная Иловирис смотрелась шутихой на фоне вулкана.

Мне казалось, если Теа сейчас обратится ко мне, даже посмотрит на меня с молчаливым, добрым укором – я на месте умру от стыда. Вдруг все мотивы, которыми я руководствовалась до этого мига, показались мне глупыми, неправедными и недостойными, грязными, предательскими. Чувство было столь сильным, что я задрожала, а когда все-таки разомкнула сухие губы, чтобы прошептать ничего не исправляющие извинения, вдруг поняла, что Келлфер закрывает мне рукой рот, как пленнице. Я дернулась, в каком-то помутнении пытаясь укусить его за ладонь, мазнула языком по прохладной, чуть солоноватой коже… А он только сжал меня сильнее.

«Прекрати, - его голос у меня в голове оказался спокойным, но вместе с тем словно прокалывал пузырь гипноза, во власти которого я билась, словно рыба в садке. – Не смотри на нее. Смотри на меня или Иловирис».

Я хотела уточнить, что он имеет в виду: как можно смотреть на того, кто стоит за твоей спиной и крепко держит тебя так, что ты и двинуться не можешь, не то что повернуть головы. Но тут же поняла. Как себя когда-то, теперь я наблюдала шепчущего со стороны: вот он медленно обошел вздрогнувшую Иловирис и остановился у кровати с высокими резными столбиками, небрежно положил расслабленную кисть на обтянутое телячьей кожей изголовье. Лицо копии Келлфера выражало скуку, неудовольствие – никогда не представляла на нем подобного выражения.

Иловирис то ли не поняла, что произошло, то ли решила воспользоваться моментом, то ли просто повела себя привычно. Она прижалась к иллюзорному Келлферу, грудью к локтю, обвила предплечье своими изящными руками. Чуть порозовевшие щеки ее светились, когда она с ложной скромностью улыбнулась наставнице: