Отговорила роща золотая… Новокрестьянская поэзия - Антология

зыбка,

Тишь да гладь… Петухи… Луна…

IV

Высуну в окно

Несуразную

Рожу,

Надышусь

Сеновалом

И летом,

Авось

Малость

Вздремну-усну…

Нету!

Напирает

Бередит одно

Да то же:

Как жилось,

Что знавала

В свою весну

Чумазая

Русь.

V

Накрывается тучей-схимою

Вышний пастырь, а звезды кудесно

Ярки.

Вот встают они, праотцы, деды,

Отцы мои —

Мужики, мужики, мужики!

Всласть поели немного вы ситного,

Пиво ячное, мед протекли мимо ртов…

За лихое тягло, за судьбу челобитную

Быть вам, быть окол райских кустов!

VI

Тяти! Деды!

Лапотники,

Пахотники,

Чернокостники – смерды!

А кто с альпийских лысин

Свистнул

На весь мир?

Вы!

Вы!

Кто песенных

Жар-птиц метнул по свету?

Вы!

Вы!

Печальники,

Кабальники,

Безвестники,

Смерды…

VII

Тихо… тихо…

А сердце все мечется, мечется,

Все торчу у окна,

Не сплю…

И мерещится:

Не луна —

Салтычиха,

Салтычиха,

Мне бросает на шею петлю!..

VIII

Али Спас никогда не поможет?

Вековечный отмою срам!

На коня! Где булатный ножик?

Ускачу к донским ковылям!

Снеговые пусть плачут хлопья

Над костями, под вьюжный пляс!

Глубже Волги тоска холопья!

Рассчитаюсь, отцы, за вас!

IX

Храпанула пеганка… Чую,

Лезет шатко к ней домовой…

Вышний пастырь вблизи кочует

И глядит на шалашик свой.

Нету схимы, сиянье льется,

Да словес золотых не понять…

Положил клюку у колодца,

Домовой от пеганки – драть.

X

…Мамыньки! Баушки!

Арины Родионовны!

Зацапанные барами —

Блуднями

Для соромной забавушки!

Рано вас сгорбили

Буднями

Черными!

Радости видано много ли?

Не вы ли

Поили

Песнями, сказами ярыми

Пушкиных, Корсаковых, Гоголей!

А самим – оплеухи, пинки,

Синяки

Да могилки незнаемые, убогие!

XI

Распалилась мужицкая дума!

Чу, засеченных смертный крик!

Брызжут искры костра Аввакума,

Слышу Разина грозный зык!

Эй, Ивана Великого вышка,

Разнеси-ка пожарче звон!

Да не я ли Отрепьев Гришка?

Только я не отдал свой трон!

XII

Пьянчуги,

Святые угодники,

Муромцы, Пугачи, Ермаки,

Юродные, буйноголовые —

Други!

Сродники! Сродники!

Бью челом вам я,

Бью челом.

XIII

Крест ли, меч ли возьму – не знаю,

Помолюсь кому – невдомек!

Только в каждом – душа родная!

Каждый с лаской меня берег.

Для чего?

Да не выпрыгни, сердце!

Знаю! Понял! Не блажь, не бред!

Душегубцы и страстотерпцы,

На холопский гляньте рассвет!

XIV

Ой, да скинем, братцы,

Шобоны!

Не иное ль уготовано!

Может, святцы-то

Облыжные:

Да смеяться,

А не плакать нам!

Эвон что на нас накаркали!

Зарудеем, братцы,

Вишнями!

Выходи на загулянье!

На велико пированье!

Подымайся, солнце жаркое!

Зазвони, пляши над крышами!

XV

…Прокричал о заре байку кочет,

Засмеялась она…

На покой

Вышний пастырь идет и пророчит,

Над моей все пророчит башкой.

«На чужбине невеселой…»

На чужбине невеселой

Эти песни я пою.

Через горы, через долы

Вижу родину свою:

Жигули в обновах вешних,

Волга… Улица села…

В церковь, солнышка утешней,

Ты лебедкою плыла…

– Не найти нигде чудесней

Русых кос и синих глаз!

Из-за них Кольцовской песней

Заливался я не раз…

Я ушел… я ждал иного,

Не к сохе влеклась рука…

И уплыл… А ты с крутого

Мне махала бережка…

На сторонке чужедальней

Позабыть тебя не мог…

Снится грустный взгляд прощальный,

Вижу беленький платок…

Что сулит мне воля божья?

Ворочусь ли я назад?

– Пусть к родимому Поволжью

Песни звонкие летят!

«Не надо мной летят стальные птицы…»

Не надо мной летят стальные птицы,

Синиц с Дуная мне прилет милей!

Я наяву, – да это мне не снится! —

Плыву в шелках червленых кораблей!..

– Вокзалов нет!.. Железных хриплых ревов!

Нет паровозов черных! – я не ваш!..

– Есть вешний шум в сияющих дубровах,

Запев Садко, звон богатырских чаш!..

«Не сдержали станичники атаманов зарок…»

Не сдержали станичники атаманов зарок:

Схоронить атаманушку промеж трех ли дорог, —

На Болотной на площади на колу голова, —

Так с повольницей царская расплатилась Москва!

Стихла голь, и не пенится в Жигулях пьяный мед,

Снова Кривда кобенится и с побором идет…

Да зато Стеньки аховый не забудется клик,

Пусть монахи с анафемой, – песней вспомнит мужик!

Ноябрь 1917 г.

«Никогда старина не загаснет…»

Никогда старина не загаснет:

Слишком русское сердце мое.

Позабуду ли песни на Клязьме!

Как я мчался с тяжелым копьем.

Разгорается удаль Добрыни!

Звяк железный кольчужных колец…

Глядь, я в лавре у древней святыни

Ставлю свечи, тихоня-чернец…

Вечевые прибойные клики!

Ветер Волхова вздул паруса!

То палач я, то нищий-калика,

То с булатом в разбойных лесах…

Не припомню, какого я роду,

Своего я не знаю