Чужая память - Геннадий Васильевич Иевлев

По началу дуары недоумевали, почему лазуране лучевое оружие ассоциировали с излучателем тепла, когда оно стреляло мощными энергетическими зарядами. Но впоследствии выяснилось, что тело лазуран покрыто очень толстой слоёной кожей и энергетический заряд, попадая на такую кожу, образовывал между её слоёв энергетические вихри, которые нагревали её, не причиняя большого вреда, а так как тепло у лазуран очень ценилось, то и грозное оружие пользовалось у них большим уважением — они приходили в бурный восторг от полученного заряда. К тому же лазуране оказались очень мирными людьми и кроме камней с палками, другого оружия не имели.

Через какое-то время выяснилась ещё одна странная особенность лазуран — они прекрасно чувствовали энергетику пространства, что позволяло им превосходно в нём ориентироваться: будто собака по запаху, лазуранин по пространственным энергетическим нитям безошибочно приводил корабль в нужный район галактики, если хотя бы раз побывал там. Что служило основой их чувства было непонятно, но это была не психотроника, хотя они были носителями достаточно мощного психотронного поля. Они тут же получили прописку на космических кораблях дуаров, которые понятия не имели, что из себя представляют эти пространственные энергетические нити.

Лазуранами заинтересовались и зоторы и хотя их разведывательные корабли были нашпигованы массой различных анализаторов, но они тоже начали использовать лазуран в своих космических экспедициях.

Но были у лазуран и неприятные особенности — они очень плохо переносили перегрузки — трёх-четырехкратная перегрузка неизменно заставляла лазуранина терять сознание, а портацию так не переносили и вовсе — страх перед ней мог полностью лишить лазуранина разума на пороге зала портации.

Хотя на всех кораблях дуаров и зоторов работали генераторы масс, создавая искусственную гравитацию и компенсируя перегрузку, но для лазуран начали устанавливать специальные противоперегрузочные кресла, но стоило появиться нарушениям в работе генератора масс, как лазуранин тут же терял над собой контроль.

* * *

Аттонар официально считался зотором, хотя, скорее всего, это было совсем не так, потому что он являлся носителем, достаточно, мощного психотронного поля, тогда как оно было лишь у некоторых зоторов и достаточно слабое. Он, ещё до появления этих аномалий, непонятным ему способом, скорее всего с помощью своего психотронного поля, почувствовал усиление энергетики пространства, но с чем его нужно было связать не осознавал. Сейчас же, когда аномалии проявились, он понимал, что это они способствовали появлению восприятия им энергетической неоднородности, но представляют ли они такой уж интерес, чтобы нестись к ним сломя голову, сказать это однозначно, он навряд ли бы смог. К тому же, экспедиция полностью выполнила свою задачу по обследованию одной из захолустных планетных систем одного из секторов галактики, контролируемых зоторами и признав планетную систему, совершенно, не пригодной для создания на ней базы космического флота, возвращалась домой. Все были уставшие и раздражены, запасы жизнеобеспечения были на исходе и лишние двое суток нахождения в пространстве навряд ли поспособствуют поднятию настроения участников экспедиции.

Всплески находились далеко от проблемной зоны и можно было не опасаться встречи с тресхолдами, но так же далеко они находились и от «Глорр».

«На этом корыте туда ползти не меньше суток; сутки оттуда; несколько часов уйдёт на анализ, — размышлял Аттонар, уставившись в ту часть голоэкрана вивв, где двумя туманными красными пятнами обозначались аномалии. — Ресурсов конечно хватит, но хватит ли терпения у экипажа. До базы осталось лишь восемь суток пути и все, кроме отдыха, больше ни о чём и не думают. Эти пятна интересны лишь Карраку. Он молод и полон амбиций великих открытий. Он готов тащиться куда угодно и за чем угодно, лишь бы хотя бы как-то утвердить себя в ряду великих. Остальным, определенно, они не интересны. Может и в самом деле плюнуть на них. Единственное, что я обязан сейчас сделать — доложить об этих пространственных аномалиях на «Тосса». Пусть отправят к ним другой корабль, — он прометнулся взглядом по голоэкрану вивв и не увидел ни единой зелёной точки. — Однозначно, «Глорр» сейчас ближе всех других кораблей к району этих аномалий, — продолжил Аттонар свои размышления, — Хара! Несомненно, прикажут повернуть. Может с ним посоветоваться? — он повернул голову в сторону Амп Грата. — А на кой мне его мнение, как и его чувство? И зачем я только согласился на эту экспедицию?»

— Что скажешь? Стоит туда идти? — громким голосом, всё же, поинтересовался он у штурмана.

— Мне опротивел корабль. Я хочу пройтись по своей планете, — едва шевеля губами, произнес Амп Грат.

— Значит, нет! — Аттонар отвернулся.

— Они не нарушили пространственную сеть, но могут служить канальными системами перемещения. Но, однозначно, не принадлежат к пространственным переходам, ни дуаров, ни зоторов, — донесся голос лазуранина.

Состроив гримасу недоумения, Аттонар опять повернулся к лазуранину, но Амп Грат сидел в прежней позе, его лицо было совершенно спокойно, словно и не он произнес эти фразы.

Лицо Аттонара исказилось недовольной гримасой. Лазуранин вдруг внёс в его информационное поле толику сомнения. Где-то в глубине своего сознания он и сам понимал, что эти аномалии могут служить основой портаторных перемещений неизвестного типа, отчего пространственный анализатор был не в состоянии классифицировать их, а может они относятся и вовсе не к каналам перемещения, а вообще неизвестно к чему. А теперь и штурман подтверждал его неприятную догадку.

— Что это тогда, по твоему? — Аттонар кивнул подбородком в сторону голоэкрана.

— Они вне энергетики пространства. Я их не чувствую.

— Я не понимаю тебя: то ты чувствуешь, то не чувствуешь. Выражайся яснее! — голос Аттонара прозвучал резко и даже зло, показывая его недовольство.

— Пространственная сеть не нарушена. Я их не чувствую, — продолжал твердить лазуранин, всё тем же негромким, бесстрастным голосом.

— Достал своими чувствами, — пробубнил Аттонар отворачиваясь от штурмана. — Придется идти разбираться с ними.

Он положил руки на панели управления и планетарный разведчик «Глорр», описав широкую дугу в пространстве, взял курс на непонятные пространственные аномалии.

8

Нельзя сказать, что Аттонар был беспечен при подходе к району аномалий — он в должной мере контролировал и планетарный разведчик «Глорр» и окружающее его пространство. Когда до аномалий оставалось, сравнительно недалеко, их красные точки вдруг исчезли из голоэкрана вивв, будто растворившись в нём и Аттонар теперь вёл планетарный разведчик руководствуясь лишь своим психотронным полем, которое всё более и более отчётливо чувствовало где-то впереди, но теперь почему-то, лишь одну энергетическую неоднородность. Вполне возможно, что пока они добирались сюда, две аномалии слились воедино.

У Аттонара вдруг появилась мысль о