Майнбласт. В бездне тьмы. Часть первая. Двуличие - Сайрил Юст

Лозу скорее. Она, кстати, должна быть не так далеко. Я уверен, что она бывает в О.Ч.А.Г.е.

Глава VI: Неподвластные Себе

Пребывая некоторое время в городе, Майнбласт не находил себе места. Зная, что все его планы разрушены, он думал о том, как можно узнать о Садросе. Некоторое время спустя, сталкивается с документами, которые заставляют пуститься в путь.

Какое-то время он подбирает новое снаряжение. Переодевается и прихорашивается, чтобы не быть похожим на бездомного пьянчугу, которого могут забрать представители власти для вытеснения на неблагодарную работу: либо на каменоломни, либо же в портовые районы, а может и на горные исследования. Гладко бреет лёгкую щетину и с гневом за плечами подбирается к вратам. Расписавшись в дневнике у южного понурого стражника, покидает проклятое место, зная свой следующий шаг.

— Мужчина! — кричит сзади неизвестный.

— Что еще? — рука падает на пояс, а взгляд медленно обращается на незнакомца. На раскрытой ладони у него немного потёртое серебряного цвета кольцо.

— Это кольцо, — протягивает Стрелку, — прошу прощения. Я его нашел на месте недавнего взрыва, — при этом опускает глаза, почёсывая затылок. Взгляд его иссяк, но блеск не исчезает и горит вспышкой надежды.

— Парень. Убери его, — поворачивает голову на дорогу и, вздохнув, старается убраться прочь.

— Да постойте же! — рассерженно высказывается мужчина. — Разве, это не то кольцо с руки девушки? — достав пистолет, Карвер подходит к незнакомцу и, приставив к подбородку, сообщает медленно и выразительно.

— Пошёл вон.

— Понял, — подняв руки и закрыв глаза от страха, буркает. — Но одна просьба. Выслушаешь?

— Да, — пистолет возвращается в кобуру. Терпение потихоньку заканчивается, а взгляд начинает гулять. Вокруг никого нет, только старые деревья по обе стороны дороги, дремлющие мертвецким сном.

— Как дойдете до конца дороги, — делает глубокий вдох, — можете выбросить кольцо, — выдох. Проведя рукой по затылку, — о большем не прошу. Хоть, эта девица и обогревает Фортуито своим теплом, касается и твоей кожи и моей, но, всё же, её каэлум распался, перестал держать вапор. Не забывайте о ней. Не забывайте о мёртвых, — Карвер взял кольцо, бросил в карман и спешно отправляется в сторону. Парень кричит ему вслед, стараясь предупредить: — Будьте аккуратнее, эта дорога перестала быть безопасной! — знакомая пустота окружает Стрелка, ни одна эмоция не может разорвать оковы. Глаза направлены только в мглистую даль, скрывающую в себе безмолвие и беспечность не городской жизни.

Шёл он в полной тишине. Через некоторое время поднимется ветер, а он должен будет искать укрытие, защищая кожу от мороза. На теле у Майнбласта длинное пальто, закрывающее большую часть тела. Оно хорошо защищает от ветра и удобно облегает худощавое телосложение.

— Помни, абаналара, о ней… — гневно цитирует неизвестного парня. Стрелок достаёт сигарету и зажигалку, желая заглушить эмоции. Легким движением пальцев создаёт слабый огонёк. Табак начинает тлеть, а холодок пробегает по телу. Поднимается не сильный, но достаточно холодный ветер, который заставляет ускориться.

Дорога, которая представляет из себя зыбкое болото из грязи, протягивается от одного крупного города к другому. Сейчас она заледенела и превратилась в шершавый примятый снег с тончайшей ледяной корочкой. На неровной поверхности лежит тонким слоем хрусталь, ломающийся от ударов обуви. Шаги тяжелы, а мысли мрачны. Стрелок проверяет боезапасы, думая, как рассчитать патроны на следующие схватки. Тринадцать в запасе и три в барабане. Шмыгнув, понимает, что этого мало. Делает он патроны самостоятельно, используя стреляные гильзы, или отливает новые. Почти в каждом городе есть кузня, в которых он занимается ремеслом. Там он не только работает над своим револьвером, но и над клинком, который часто меняет, так как они часто приходят в негодность. Считает холодное оружие обыкновенным расходником. Чаще всего, сами патроны заполняет порохом в Могроуде — городе, расположенном к северу от Традстольма, Портэлдо и Тортесвела. Находится населённый пункт у подножья горы, где производится самая крупная на острове промышленность, добыча полезных ископаемых и всякие разные ремесленные дела. По сути этот город — город работяг и мастеров, поэтому там можно приобрести всё за относительно дешёвую цену без обложения налогов на доставку и пересечения границ городов. Сможет ли Карвер уложиться в эти патроны — он сам не знает, так как двигается в неизвестность.

Рука падает в карман, чтобы согреть подмёрзшие пальцы. Едва коснувшись кольца, который вмешивается в сознание разрушенными грёзами, напрягается, не желая понимать, что оно раньше принадлежало Мираэтте. Останавливается, чтобы внимательно разглядеть.

— Манящее… — блеск серебра слепит на солнце. На гладких поверхностях отражаются деревья, изгибаясь в уродливые фигуры. Кажется, что, если поднять кольцо и посмотреть сквозь него, можно заметить растворяющийся вапор золотоволосой покойницы.

Взор унылый и разбитый. Проскакивают безобидные зверьки. Стая волков, заметив Карвера, не смеет к нему приближаться, а тот даже и не поворачивается на очевидную угрозу.

Карвер останавливается вновь. Закрывает глаза. Дышит медленно и глубоко. Тень печали ложится на него. Воспоминания подбрасывают ему дивные образы Мираэтты, весёлые фразы Олафа и ещё тысячи и тысячи невинных, которые погибли из-за него. Не контролируя свою память, она будто играет с ним в злую шутку, будто подталкивает его к апатии и депрессии, стараясь пробудить в нём человеческий механизм защиты. Однажды, как думает Карвер, такой уже происходило. Более шести лет назад произошло что-то, что настолько травмировало его мозг, что все прошлые года забылись, оставшись где-то далеко-далеко в подсознании.

Достав револьвер, видит первые мгновения новой жизни, когда единственное, что у него было — это семисотый. Семисотый назван именно из-за того, что в тот момент у него был номер для поездки на Фортуито с острова Ройл. Воспоминаний никаких не было, оставаться в бессознании казалось ему не только бессмысленным, а даже страшным. В тот момент, потерявшись в своём настоящем, Карвер впервые ступил на путь неизвестности. В тумане, единственное, что он мог сделать, так это назвать свой револьвер тем номером, который у него был для поездки. Холодный поток ветра пробуждает его от глубоких дум.

— Да что со мной не так? — прошептав, взводит курок. Мертвая тишина, даже при таком относительно сильном ветре. Глубокий вдох и выдох. Свободная рука гладит голову, а вторая же висит с револьвером. Образы проносятся перед глазами. Воспоминания терзают. Он оборачивается, всматриваясь в каждый скрытый элемент пустого пейзажа. Не замечает ничего, кроме следов животных. Переводя внимательный взор от древа к древу, крепче сжимает рукоятку, предвещая опасности. Чувствуя человеческий взгляд, нервничает, ведь в округе никого нет.