Папа для Лисички (СИ) - Янова Екатерина

— Но что я тебе говорил нужно, чтобы расслабиться?

— А? — пытаюсь не стонать так нагло.

— Кончить один раз маловато, — шепчет мне на ухо. — Чтобы расслабить тебя, над этим надо поработать основательно! Иди сюда!

Резко переворачивает меня, усаживая сверху.

— О боже! — распахиваются шокировано мои глаза.

Хочу протестовать, но … нет!

Не хочу!

Под моими руками сейчас такое горячее, вожделенное тело. А еще… Я вдруг начинаю ощущать свою власть над ним…

И это пьянит так, что сносит последние барьеры…

Мы встречаемся горящими взглядами с Максом, и я понимаю, хищник дает поласкать его немного, чтобы потом сожрать меня снова! И по всей видимости не один раз!

Утро начинается для меня вовсе не со звонка будильника.

А весьма… шокирующее.

Меня будят горячие поцелуи в шею, а наглые руки оглаживают мое разомлевшее, растерзанное тело.

— Боже! Нет! Отстань! Я больше не могу-у-у!

— Тогда беги! Или я за себя не ручаюсь.

Макс клацает зубами над моим ухом.

— Зверюга!

— Ты уже знаешь, чем можно заменить традиционный оргазм! Это твой шанс.

Меня отпускают, и я бегу первым делом в душ, а потом на кухню. Стараюсь не вспоминать и не анализировать все, что было ночью, потому что если начну…

Нет, нужно сконцентрироваться на завтраке.

Чем бы задобрить этого хищника?

Смотрю на часы. На работу мне спешить не нужно, а Настю в садик можно отвести немного попозже.

Завожу тесто на сырники, разогреваю сковороду, обжариваю первую партию.

А в голове невольно вспыхивают картинки ночи.

Боже, Олеся! Ты вела себя как… падшая женщина!

И позволила этому хищнику такое…

Хотя он и не спрашивал. Просто брал, а у меня сил сопротивляться не было.

И было хорошо, хоть и стыдно вспоминать теперь…

А-а-а! Сковорода!

Переворачиваю слегка подгоревшие сырники, ругаю себя еще сильнее.

Совсем мозгов в тебе не осталось, Олеся!

Прикручиваю газ на минимум, пока сырники доходят под накрытой крышкой, наливаю в вазочку малиновое варенье и сметану.

А я невольно улыбаюсь. И бабочки в животе бунтуют. Чертов пират! Все-таки украл мое сердце!

Расставляю все на столе, снимаю румяные сырники со сковороды. Тут ко мне сзади подбирается Максим. А бабочки в животе устраивают новый бунт.

— Попалась! — ловит в объятия, зарывается носом в мои волосы, урча, как довольный кот, осыпает шею и плечи поцелуями.

— Макс, — вздыхаю рвано. — Перестань!

— Нет! Я начал завтрак! — прикусывает кожу на плече, посылая стаю мурашек.

— На завтрак будут сырники, — пытаюсь вырваться, но безуспешно.

— Обязательно. Но сначала — ты!

— Тебе ночи не хватило? — расплываюсь в довольной улыбке, плавясь под его руками.

— Я только ворвался во вкус! Сейчас подкреплюсь сырниками, а потом…

— Настю надо отвезти в садик.

— Хорошо. Отвезем Настю в садик, а потом…

— Доброе утро! — звонко здоровается с нами Лисичка. — Хватит целоваться! Я есть хочу!

Боже! Как неудобно. Щеки мои тут же заливает румянец, я пытаюсь выпутаться из горячих объятий, Макс же остается совершенно невозмутим.

— А ты, Лисичка, зубы почистила? — спрашивает у нее.

— Нет! — потирает сонно глазки Настя.

— Вот! Иди чисть, а мы как раз доцелуемся!

— А вы зубы сами-то почистили?

— Конечно!

— Ладно! Тогда пойду, почищу тоже!

Убегает, а меня снова атакуют поцелуями.

— Макс, не надо при ребенке, пожалуйста!

— Пусть привыкает! — категорично.

— Но…

— Никаких «но»! Это нормально, когда ребенок видит нежности между родителями. Плохо, когда дети видят скандалы. Вот их мы Насте показывать не будем. У нас их вообще не будет! — бросает уверенно.

Меня буквально прошивает от этого его — «родители». Это ведь огромная ответственность. Интересно, он это понимает?

Опять загружаюсь мыслями о туманном будущем, мои страхи снова поднимают голову.

Макс уплетает сырники, Лисичка съедает один и убегает одеваться в садик, я выпиваю только кофе.

— Таблетки свои не забудь, — напоминает Макс.

— Да мне уже лучше, не хочу я эти таблетки.

— Нет, ты допей.

— Кстати, а когда закончится мой больничный?

— Если захочешь, никогда!

— Нет! Так нельзя!

— Хорошо, тогда предлагаю подумать об этом потом. А пока просто отдохнуть пару дней.

— Ладно, — все равно работать в моем нынешнем душевном состоянии я не смогу.

— А сейчас собирайся! Мы опаздываем!

— Куда?

— Ты же хотела познакомиться? Вот, повезу тебя на экскурсию.

Глава 15

Мы едем в садик, за окном снова моросит дождь, а в салоне машины так тепло и уютно. Настя подпевает какой-то веселой песенке по радио, Макс бросает на меня жаркие взгляды. Это так непривычно, но так здорово. Если бы не Максим, сейчас бы мы с Настей тряслись в переполненной маршрутке, потом я как угорелая летела бы на ненавистную работу, целый день выслушивала придирки Драконихи и терпела сальные взгляды Сисюкина.

И все хорошо, только как бы ни привыкнуть к такой расслабленной жизни…

В садике Лисичка тянет Максима за руку, буквально заставляя его идти с нами. Вижу, как ей гордо, ведь других девочек часто забирают или приводят папы, а Насте так не везло.

На нас все обращают внимание, и дети и взрослые. Воспитатель сканирует взглядом Максима. Молчит. Но уверена, что вопросы она задаст потом мне или у Насти выспросит все, а Лисичка скрывать ничего не умеет.

Ладно, прорвемся!

Возвращаемся в машину, мне немного волнительно.

— Куда мы теперь?

— Ну, я же обещал показать наше жилище!

Хочу снова поспорить насчет «нашего жилища», но прикусываю язык. С этим невозможным мужчиной спорить бесполезно.

— Хорошо, — тяжело вздыхаю.

Едем через центр города, у Макса звонит телефон.

— Привет! — тепло улыбаясь, говорит он кому-то. Меня неприятно прошивает внутри. Почему-то я уверена, что звонит ему женщина. — Вы прилетели уже? — удивляется Макс. — Вы же завтра собирались… А, рейс перенесли. Понятно. Ну, жду вас! Разбойнику привет!

Отключается. Мне безумно хочется спросить, кто это был, но я не могу себе этого позволить, а Макс не торопится меня просвещать.

Его телефон звонит снова. И снова женщина, у нее такой звонкий голос, что я отчетливо слышу ее интонации, хоть и слов разобрать не могу. Но тут звонок точно по работе. Как я понимаю, это секретарь Максима или что-то типа того.

Макс мрачнеет, отвечает резко, недовольно. Речь идет о каком-то важном клиенте, который приехал не в тот день, когда ему было назначено и теперь требует встречи.

— Хорошо, Кристина! — раздраженно бросает Максим. — Передай ему, я приеду! Через десять минут буду.

Отключается, бросает на меня хмурый взгляд. Мне не по себе. Таким он тоном разговаривал с этой Кристиной, почти как наш генеральный на общих собраниях. Сейчас он совсем не похож на того милого пирата, с которым я познакомилась.

— Что-то случилось? — подаю я голос.

— Да! Планы немного меняются. Начнем экскурсию с моей работы. Форс-мажор у них там.

— Хорошо. А я тебе не помешаю?

— Нет! Все нормально. Подождешь меня в приемной.

Мы разворачиваемся на перекрестке, через несколько минут подъезжаем к тому самому торговому центру, в котором мы встретились в первый раз.

— Ты здесь работаешь? — удивляюсь я.

— Да! Сейчас надену костюм пирата и пойду развлекать фокусами детишек. За это неплохо платят! — смеется он.

Понимаю, что он шутит, но на душе становится легче. Сейчас передо мной снова тот Макс, которого я знаю.

— А где мне придется тебя ожидать? Где приемная Джона Воробья? — поддерживаю его шутливый тон.

— В пиратской каюте. Пойдешь со мной?

— Эх, так и знала, что где-то здесь подвох! Но после сегодняшней ночи мне уже терять нечего!

— Это ты сейчас так думаешь! У меня еще большие планы, связанные с твоим удовольствием! Так что не расслабляйся! — подмигивает мне.