Зара - Елена Воздвиженская

вновь увидела сон. На этот раз она шла по дороге навстречу бабушке уже не одна, а вместе с Лисёнком. Они обе были одеты в длинные белые рубахи. В руках Зара несла букет полевых цветов, а Лисёнок – Черныша. Карлуша сидел на плече у Зары. И только Нурика не было рядом. Навстречу им шла бабушка. Она поравнялась с ними, обняла, расцеловала обеих и начала что-то говорить. Зара слушала и не понимала что она говорит, не могла разобрать слов. Лисёнок же на удивление кивала бабушке так, словно всё отлично понимала. А бабушка гладила девочку по головке и улыбалась ей.

Сколько продолжался этот сон, Зара не знала, но разбудил её стук в дверь. Лисёнок тут же тоже подскочила на кровати. Нуар недовольно, но беззлобно заворчал. На дворе уже было раннее утро.

– Кто бы это мог быть? – подумала Зара. Она накинула халат и шаль на плечи, и пошла отворять.

У крыльца стояли деревенские женщины. Позади всех Зара увидела Марию, а впереди всех стояла женщина, которую звали Никифоровна. Бабы робко жались друг к дружке, не решаясь заговорить. Наконец слово взяла Никифоровна.

– Здравствуй, Зара! Мы поговорить с тобой пришли.

– Проходите, – ответила Зара.

Те поглядывали друг на друга и боялись.

– Проходите, что же вы, – вновь повторила своё приглашение Зара, и женщины вошли в избу.

– Места у меня много, только вот стульев столько нет, садитесь кто где найдёте, – оправдалась Зара.

– Да ничего, мы постоим, – ответили бабы.

– Мы прощения у тебя пришли просить, Зара, – вновь заговорила Никифоровна.

– За что? – удивилась Зара.

– Да за всё. За то, что бабушку твою не смогли спасти, не уберегли её, а она ведь всем нам помогала, всех лечила, за то, что этот ирод вчера тебя с дочкой чуть не убил. За всё.

И тут баб, как прорвало, они стали наперебой жаловаться на этого Сашку и его сестру-сплетницу, на все те беспорядки, которые они творят в деревне, обворовывают людей, подставляют, да делают это так, что доказать их причастность невозможно. А под конец Мария сказала:

– Зорюшка, не хотели мы тебе говорить, да, наверное, надо сказать. Ты знаешь, ведь Степанида-то ходит к какой-то колдунье, и та помогает ей. Вот и сегодня побежала она к ней, крича на всю деревню, что она тебя изведёт. Тебя и твою доченьку. А у нас в деревне град прошёл, всё в огородах побило. Мы же понимаем, что обидели мы тебя. Прости ты нас, пожалуйста.

Зара вздохнула:

– Да я не держу на вас ни обиды, ни зла. Что получилось, то получилось, от меня это не зависит. Но когда на сердце мне тяжело, то и кругом буря начинается, вот что я поняла.

Она хотела, было, ещё что-то сказать, но тут взгляд её упал на девушку, стоявшую посреди остальных женщин. У девушки был огромный живот. Зара пристально посмотрела на неё и сказала:

– А ты срочно собирайся и поезжай в город, тебе в городе рожать нужно, иначе беда может быть, не выживешь ты.

Девушка испуганно вскрикнула и посмотрела на женщин, те же ответили ей:

– Делай, что она велит, иначе худо будет.

Бабы поставили на стол свои корзинки и сказали:

– Это тебе от нас Зара.

– Да что вы, мне ничего не нужно!

– Нельзя так, Зорюшка, – ответила ей Мария, – Люди от чистого сердца тебе принесли, а ты коль простила нас, то должна принять наши подарочки. Мы ведь от души к тебе. Не обижай людей, не отказывайся.

– Спасибо вам большое, – смутившись ответила Зара, – Как мне благодарить вас, не знаю.

– Придёт своё время – отблагодаришь, – сказала Никифоровна, – Ну а нам пора, идёмте, бабоньки!

Зара проводила женщин до калитки и отворив её, выпустила женщин, но не ушла сразу, а стояла и смотрела им вслед. Беременная девушка, пройдя несколько шагов по тропке, обернулась и ещё раз посмотрела на Зару, но Зара покачала головой и погрозила той пальцем:

– Даже не думай. Поезжай в больницу!

Глава 15. Пожар

Дары, что принесли деревенские женщины, были самыми простыми и вместе с тем самыми вкусными: домашний творог и молоко, кусок сала, яйца, варенье в баночках, сметана, сушёные ягоды и яблочки, горячие пирожки от Марии и даже козье молоко! Зара сразу вспомнила ту старушку, чью козочку Красуню она спасла, и улыбнулась.

Из спальни вышла Лисёнок со своей свитой и, увидев, сколько всего на столе интересного, тут же подбежала и, забравшись на стул, захлопала в ладошки.

– Ну что, будем завтракать? – спросила Зара дочку.

Та радостно закивала в ответ.

– Тогда бежим умываться! – сказала Зара, подхватила малышку на ручки и понесла к умывальнику.

Потянулись потихоньку дни. Зара обрабатывала огород, сажала семена, которые принесла ей Мария, разводила цветы на клумбе во дворе. Мария учила её как правильно сажать овощи, как за ними ухаживать. После сильнейшего града всей деревне пришлось заново сажать огороды.

– Ничего, – сказала Зара как-то раз Марии, – Всё вырастет быстро, будет ещё лучше прежнего. И урожай хороший уродится в этом году.

Вдвоём с Марией они боролись с двумя очень важными для ведьмы травами. Это были полынь и крапива. В одном из дальних углов огорода, где росли они особенно густо, Заре никак не удавалось их вывести. Уж она и поливала их кипятком, и выкапывала с корнями, но проходил день-другой и вновь молодые росточки появлялись над землёй, а ещё через несколько дней вновь колосились как ни в чём не бывало.

Зара и не знала, что крапива и полынь защищают ведьму от всяческих внешних вредительств, а проще говоря были это колдовские травы. Но нутром она поняла, что значит эти травы для чего-то ей нужны и в итоге оставила их в покое:

– Пущай растут, значит они тут к месту, – сказала она Марии.

Время от времени заезжал к ним Сергей, привозил Лисёнку конфет или печенья. Приходила Мария, рассказывала новости. Об одном только молчала она, о том, что Сашке за то происшествие дали пятнадцать суток. О том, что он вернулся. И что его сестра-сплетница на всю деревню пообещала выжить Зару и её дочку за то, что они мешают жить ей и её брату.

В одну из ночей Зара вновь очень плохо спала. Но никаких снов она не видела, лишь плотная белая пелена окружала её со всех сторон, она парила в ней, как в невесомости, трудно было дышать и давило на грудь, горячий туман сжимал её в своих тисках, обволакивал, баюкал, отделял от мира…

Внезапно услышала она из-за пелены голос бабушки:

– Зара! Зарочка, проснись! Вставай! Беда! Скорее, скорее!

Тут же сильный толчок в бок вырвал её из тумана и она подскочила на кровати. В комнате было темно, душно, а сквозь приоткрытую дверь видно было, как там, в коридорчике, по чёрным стенам пляшут красные тени с огненными всполохами.

– Пожар, – поняла Зара.

Она быстро спрыгнула с кровати, подбежала к шкафу, схватила их с Лисёнком документы и деньги, что лежали завязанные в платочке, быстро вернулась к кровати, подняла дочку, завернула её в одеяло, Черныша сунула себе за пазуху, прямо под сорочку, Карлушу посадила на плечо и свистнула Нуара, но того нигде не было.

Зара рванулась в сени, открыла первую дверь, оказалась в сенях, толкнула вторую, что вела на крыльцо и… Дверь оказалась подпёртой чем-то снаружи. Как ни билась Зара, как ни толкала её, всё было бесполезно.

Женщина развернулась и побежала в дом, к окнам, одно, второе, третье – все окна были заперты, ставни наглухо были закрыты так, что невозможно было их отворить.

– Сгорим заживо, – пронеслось в голове Зары.

– Нуар!! – крикнула она, не видя нигде верного пса.

Никто не отвечал ей. Внезапно сзади ткнулся в ногу горячий сухой нос, запахло палёной шерстью, крепкие зубы вцепились в её подол и потянули за собой.

Зара шла наугад, ничего не видно уже было из-за дыма, жар накатывал со всех сторон, невыносимо жгло всё тело,