И ничего под небом, кроме Бога… - Даниил Константинович Диденко

Потом в возрасте 13 лет я с семьёй перебрался на Кубань. Здесь, в Краснодаре, я увлёкся именно написанием поэзии. Часто выступал на поэтических вечерах, оттачивал слог. Духовную же основу для своей будущей поэзии я обрёл здесь, на факультете журналистики. У нас вообще многие поначалу относились с неприкрытым скептицизмом к идеям традиции, нравственного консерватизма. А я сидел, впитывал то, что мне казалось родным — русскую литературу, идеи наших философов. Впоследствии для меня духовным наставником стал Юрий Михайлович. Вообще, я на любом занятии пытаюсь быть внимательным, но на его лекциях, семинарах хочется получше вслушаться, что-то записать, прочитать впоследствии. Его идеи мне действительно близки.

Л.Г.: Как семья относится к твоему творчеству?

Д.Д.: Родители отнеслись положительно к моему увлечению поэзией. После театральной школы в Хабаровске это не казалось им чем-то удивительным. Мама постоянно пытается поддержать, хвалит, а отец может и пожурить. Он человек верующий, поэтому изначально незрелые мои мысли критиковал. Я же после такого пытался осмыслить, куда нужно двигаться, как писать, что читать. Ничего даром не прошло.

Л.Г.: А что на счёт друзей? Поддерживают тебя?

Д.Д.: Друзьям всегда было интересно то, чем я занимаюсь: поэзия, мои выступления. Часто интересуются у меня, когда намечено следующее публичное чтение. Приходят, слушают, активно обсуждают со мной не только мои стихи, но и произведения других авторов, дают свою оценки. Это тоже сильно мотивирует писать дальше.

Л.Г.: Какую литературу ты читал раньше и что читаешь сейчас?

Д.Д.: Литературу вообще читать нужно всякую. Соответствует она вашим идеалам или нет. Это просто полезно для критического мышления. Раньше мог спокойно прочитать книгу В. Гиляровского «Москва и москвичи», а вслед за ним «Зримую тьму» У. Голдинга или «Процесс» Ф. Кафки. Сейчас большее предпочтение отдаю нашей литературе по духу. Последней книгой было произведение О. Бузины «Вурдалак Тарас Шевченко». Времени мало становится — учусь, работаю, пишу, выступаю — но всё равно пытаюсь читать достаточно: публицистику, критику. Это К. Аксаков, Н. Гоголь, К. Победоносцев, М. Меньшиков, А. Толстой и многие другие наши замечательные писатели. В последние дни часто читаю древнерусскую литературу. Последним произведением была «Повесть о разорении Рязани Батыем». Мне в принципе близка литература той эпохи, в ней очень много лиризма.

Л.Г.: Есть кумиры или примеры для подражания?

Д.Д.: Конечно, я выделяю для себя авторов и их произведения, которые считаю образцом мысли, словесности. В духовном плане опираюсь на Н. Гоголя, Ф. Достоевского, их способность быть нашими современниками даже спустя столько времени. Это важно. Лиризм черпаю из древнерусской литературы, произведений С. Есенина, И. Бунина. Словом, у нас всегда были достойные люди, с которых можно брать пример.

Л.Г.: Кто из современных публицистов является твоим ориентиром?

Д.Д.: На данный момент я подписан на несколько интернет-ресурсов, на которых постоянно читаю публицистику. Это «Родная Кубань», «Царьград» и телеграмм-канал Платона Беседина. Выделить точный ориентир в творчестве среди современных авторов мне пока что трудно, каюсь. В основном пытаюсь опираться на классические образцы нашей литературы.

Л.Г.: В твоей недавней статье «Мне оба глаза долой, чтоб сегодняшнее не видать…» ты поднял проблему современной поэзии и лицемерных поэтов. Что скажешь на счёт современной культуры в целом?

Д.Д.: Здесь я схожусь с мнением В. Распутина, которое он выразил в интервью «Прилавок культуры». Мы сталкиваемся с тем, что культура наша пребывает в каком-то непонятном лимбе. Да, финансирование есть, но что вы считаете культурой? Кто для вас является её носителем? Сейчас мы видим, что многие из тех, кто находился у «кормушки» культуры, начали бездумно, а может и намеренно, «стрелять в спину» своей Родине, армии. А теперь представьте, что такие люди, как те, кого я описал в своей статье, есть в каждом городе, по всей стране. Им на откуп отдана наша культура. Эти «интеллигенты» не способны отличить транспарант от громкоговорителя. Много ли хорошего они смогут привнести в нашу литературу, например?

Недавно вот провёл эксперимент после перебранки с одним из краснодарских авторов: взял начало его стихотворения и вставил в поисковую строку браузера. В итоге мне выпала уйма совпадений. На первом месте был старый видеоролик на одном из сайтов, название которого было один в один, как строки из того произведения. И при этом я не хочу сказать, что нельзя вдохновляться какими угодно произведениями. Нет, поверьте, если бы это было хотя бы подражание, я бы прошёл мимо, спустил всё на тормозах. Но это было именно слепое копирование. Вот понравился автору n-ный участок чужой речи, а он её себе присвоил, пытается выдать за свои мысли. Это не нормально. И данный случай не единичен, таких полно, нужно просто внимательно посмотреть. Когда я пытался понять, чем такие процессы могут быть вызваны, я для себя нашёл несколько причин. Одна из которых, например, следование навязанной Западом идеологии потребления. Творцы сегодня пытаются создавать не оригинальные произведения, а популярные. Не поэзию, а её симулякры. Всё идёт, как по конвейеру, в массы. Отсюда столько гипербол, искусственных, резких для нашего разума определений. Всё направлено на то, чтобы на автора обратили внимание. Отсюда следует и вторая причина указанных процессов — эгоцентризм. Все пытаются в этом ярком карнавале выделиться, сделать акцент на своей персоне. А гордыня творит страшные вещи с людьми.

Л.Г.: В Краснодаре достаточно часто проводятся поэтические вечера и «квартирники». На твой взгляд, какие основные ошибки допускают организаторы и чего не хватает таким мероприятиям в нашем городе?

Д.Д.: У наших квартирников, а точнее у их организаторов, часто бывают проблемы с честностью. Вот говорят они: «Мы, наше творческое сообщество, полностью аполитичны. Потому что в мире и так много ужасного происходит. Надо же слушателю хоть где-то расслабиться!» Да кто бы спорил, хорошо. Пусть так! Но почему вы тогда пускаете на сцену людей, у которых в стихах от силы два слова литературные, остальные — нецензурщина. Кому от этого станет легче? Зрителю? В иное время их бы там освистали, и опустел зал в тот же момент. Но нет. Это считается нормой почему-то. Другие просто читают публично максимально упадническую литературу, серую, порой суицидальную. Зачем такое уставшему слушателю? Ну, по мнению наших организаторов, что угодно будет лучше политики. Один из поэтов мне гордо рассказывал, как из-за его стихотворений одна девушка от избытка чувств порезала себе вены. Вот такого автора на квартирник пропустят, он выступит преспокойно, никто ему ничего не скажет. А вот попробуешь сейчас прочитать со сцены стихотворение в