Что нас не убивает - Дмитрий Серов

он просто прикрыл глаза и остался лежать на теплой земле, ожидая, когда пройдет боль.

Морс настроился пролежать вот так, жалея себя, хотя бы минут тридцать, но и этим планам не было суждено сбыться.

Сперва Морс услышал шаги, кто-то приближался мягко ступая по траве. Он хотел открыть глаза, но решил оставить небольшое пространство для фантазии. Кто сказал, что к нему не могла подойти симпатичная девушка, возмущенная отвратительным поведением Роба?

- Как думаешь они ещё будут работать? – раздался миленький голосок.

Ещё никогда предположение Морса не было так близко и вместе с тем так далеко от истины. Над ним склонилась Финри.

- Кто его знает, хочешь проверить?

- Нет. Я просто собираю рейтинг самых бесполезных вещей. Не поверишь, но твои яйца там на втором месте, сразу послеее... – Финри замолчала, минуту подумала картинно постукивая по подбородку и продолжила. – А нет, всё-таки на первом. Вставай.

Она помогла ему подняться, и они вместе пошли к лавке, расположенной в дальнем углу двора.

- За что он тебя так?

- Понятия не имею. Думаю, просто потому что может. Знаешь же, как мужчины доказывают окружающим кто тут хозяин.

- А к чему была эта выходка про его сестру?

- Захотелось почувствовать себя героем. – Морс поймал её укоризненный взгляд. Закатив глаза, он достал из кармана небольшой мешочек. – Ну и немного разжился серебром. Правда я собирался упасть на него и после первого удара.

- Жизнь тебя ничему не учит. – отсмеявшись сказала она. – Все здесь прошли изумрудную школу. Воровать у воров опасно для здоровья.

- Тем ценней трофей и больше слава.

Пройдя через весь двор, они уютно устроились на лавке. Финри была единственным другом Морса. По крайней мере он хотел верить в то, что она его друг. Они познакомились через год после того как Морс попал в Сапфир. Она уже тогда училась здесь три года. Необычайно одаренная, Финри довольно быстро прошла первые две школы и остановилась за один шаг до окончания университета. С её внешностью, милой, миниатюрной, до безумия обаятельной рыжей феи, и талантами убийцы, она могла бы сделать умопомрачительную карьеру на материке. Но вместо этого она развернула коммерческую, а местами откровенно преступную деятельность на Удачном. Финри продавала информацию, добывала необходимые вещи, подстраивала несчастные случаи, но самой прибыльной статьей её дохода было ростовщичество. Практически каждый студент хотя бы раз брал у неё в долг под проценты. Именно так они и познакомились, Морсу понадобились деньги, и другого способа добыть их так быстро он не нашел. Тут то на его жизненном пути появилась, и с тех пор никуда не исчезала, Финри.

- Мне нужна твоя услуга. - Сказала она кокетливым голоском, не забывая при этом строить глазки. – Одну вещь необходимо передать в город. Справишься?

- Использовать мои таланты для курьерской работы? Почему бы просто не воспользоваться почтой? – Морс наигранно удивился, делая вид что искренне не понимает в чем тут дело. Цена сама себя не набьет.

- Прекрасно же понимаешь, что о содержимом никто не должен знать. Могу довериться только тебе. Так что?

- Нуу, даже не знаю, у меня ведь занятия. Я знаешь ли хочу все-таки в этом году закончить Сапфир.

- Я прощу три серебряных из твоего долго. – Финри отбросила кокетство и перешла на деловой тон.

- Мы же всё-таки друзья. Поставить учебу превыше дружбы было бы столь же невообразимо как оценить в три серебрянника мои услуги. – Расплылся в приторной улыбочке Морс.

- Жук. – Финри хмыкнула и повел головой, отчего часть её рыжих волос ударили его по лицу. – Хорошо, пять серебряников, и никаких больше вопросов. Идет?

- Идёт. Скрепим договор поцелуем?

- Ты это в книжке вычитал? – С этими словами Финри больно ткнула его в бок, встала и плавной походкой удалилась.

Глава 10. Встреча в лесу.

Воздух обжигал легкие Флёр. Она глубоко дышала, не замечая мороза. На её родине такие температуры считались нормальными, и потому она продолжала преследование. Монотонно и методично она шла по следу уже около часа. Флер заметила следы, когда возвращалась с охоты. Она предположила, что это очередной посетитель Седого. Но дойдя до условленного места, и не обнаружив опознавательного знака поняла, что пришелец чужой. Всякий приходящий к старому магу должен был оставить условленную вещичку возле раскидистой сосны, от которой начиналась тропа, ведущая к дому. Как чародей узнавал о том, что вещички там появлялись, Флёр не знала. Так же, как не знала и почему тропа всегда остается вычищенной и не заросшей. Несмотря на то, что сугробы в лесу порой были ей по пояс, тропка, ведущая к дому Седого, была как смола черной, как будто снег падая на неё тут же таял, подогреваемый неведомой силой. Эту теорию Флёр проверяла ни раз, прикладывая руки к тропе, но та каждый раз оставалась холодной. Сейчас она с гораздо большим удовольствием двигалась бы по чистой каменной дорожке, но следы шли шагах в десяти от неё, и потому Флёр приходилось пробираться через снег, пытаясь выискать незнакомца.

Не за долго до того, как дом Седого показался из-за деревьев, Флёр его увидела. Он присел на корточки между двумя соснами и что-то рассматривал на земле. Затаившись Флёр наблюдала за мужчиной. Пестрый костюм его выбивался из общего, преимущественно белого, пейзажа. Мужчина никуда не двигался он был поглощен своей находкой. Как бы Флёр не старалась, она не могла разглядеть что стало причиной столь пристального внимания. Зато девушка отчетливо чувствовала магию. Мужчина весь был покрыт «сиянием». А значит какой-то предмет его одежды, был артефактом, что могло осложнить дело. Флёр только недавно стала ученицей старого мага. Хотя по его меркам она была уже слишком взрослой, целых двадцать три года, её талант чувствовать артефакты был столь редок, что старик сделал исключение из правил. Это произошло год назад, и Седой до сих пор не позволил ей работать с артефактами, занимаясь лишь её образованием, и духовным развитием, как он это называл. Этого то развития ей и не хватало, судя по тому, что она подумала о старике и о том, что при встрече с незваным магом у неё только самый обычный лук и три стрелы.

Мужчина встал, потянулся, и двинулся в сторону хижины. Флёр не давали покоя мысли о том,