Завещание великого шамана - Колупаев Александр Алексеевич

– Скорость и виды из окна самолета, сами сказали, это вас привлекает…

– А, вот вы о чем! А я решил, что вы историк.

– А знаете, вы угадали! Вообще-то я – этнограф, вот лечу на Алтай по приглашению одного очень интересного человека, вот взгляните, у меня его фотография.

Я мельком взглянул на фото и чуть не выхватил его из рук этнографа. С фотографии на меня, улыбаясь, смотрел Николай!

– Это же мой брат! Фермер Николаев из поселка Чулмыш!

– Как интересно! Представьте, а я гостил у них в прошлом году, и он обещал показать мне плато Укок, слышали про такое?

– Да, это место захоронения царей, колдунов и шаманов Алтая! Говорят же: мир тесен, представьте, я еду тоже к нему, хотя мы расстались с ним недавно, я пару недель назад гостил у него.

– Мне жаль, что еду позднее, немного задержался в Аргентине, а так хотелось посмотреть обряд камлания, говорят, в этом году он был весьма необычный: сразу два шамана исполняли этот обряд.

– А откуда вам это известно? Ах да, при современной связи новости расходятся мгновенно!

– Мне не только это известно, мне известно, что вы Александр Петрович, сами камлали, так сказать, были шаманом на этом обряде!

– Простите, кто вы? И откуда такая подробная информация обо мне? – интересно, почему я так спокойно говорю с незнакомым мне человеком? Почему, даже после покушения на меня, я абсолютно спокоен?

– Позвольте представиться, – чуточку гортанные, но мелодично – напевные звуки такой родной, но бесконечно далеко затерянной в веках речи, заставили меня развернуться в сторону говорящего, – Архипов, Василий Прокопович, инспектор…

Эту речь я узнал бы из тысячи чужих языков и наречий, этим языком мы с Николаем разговаривали во время камлания. Боюсь только, перевод последнего слова был несколько неточен. Я перевел его как «инспектор», однако ближе подошло бы слово «наставник»

– Извольте взглянуть вот сюда, – Архипов открыл небольшую книгу, провел по ней ладонью, и на просветлевшей странице калейдоскопом замелькали кадры нашего пребывания в пещере. Вот Николай прилаживает посох отца, вот я плечом толкаю преграду входа в пещеру, карабкаюсь наверх в промокшей одежде. Даже сейчас я ощутил живительное тепло костра, глядя, как мы, выжимая одежду, прыгаем у яркого пламени.

Инспектор Архипов захлопнул книгу и достал из кармана небольшую палочку, толщиной с палец, сантиметров восемнадцать длиной – такое впечатление, что она была сделана из пластмассы – нажал на небольшую кнопку.

«Похоже на светофор», – подумал я, так как успел рассмотреть три кнопки в ряд: красную, желтую и зеленую.

Мою мысль прервал «лиловый» китаец, учтиво склонившийся перед нами.

«Черт! Откуда он взялся в проходе салона самолета, летящего на высоте десять тысяч метров?!»

Инспектор сказал несколько слов на незнакомом мне языке, более напоминающем команды, и «лиловый» жестом фокусника достал из воздуха фарфоровое блюдо, полное плодов манго.

– Угощайтесь, знаете люблю вкус этих плодов – в полете так освежают!

– Спасибо, – я отошел от изумления, – А пассажиры не возмутятся присутствием альдыге?

– Нет, для них он не видим: тут все просто – свет проходит через него словно через прозрачное стекло, а вот удариться об него они могут, но мы его деактивируем – с этими словами он передал мне свой прибор – «Красная кнопка».

Когда я нажал на указанную кнопку, наш слуга исчез.

– Здорово! Хорошо хоть фрукты оставил! А если я на зеленую кнопочку нажму?

– Да ничего не произойдет: активатор на вас не настроен.

– Давайте перейдем к делу – прервал я его фокусы, возвращая назад «волшебную палочку».

– Насколько я понимаю, вы здесь не столько по делам этнографии или археологии, а скорее из-за наших с Николаем, персон!

– Вы проницательны и правы, – Архипов невозмутимо снимал тонкие дольки сочного фрукта, оставляя на косточке белые следы от острого лезвия ножа.

– Угощайтесь, или вы предпочитаете другие фрукты? – Архипов протянул мне продолговатый плод, – можете заказать…

– Нет, спасибо, я стараюсь не есть в самолете.

– А что такое – укачивает? – Архипов аккуратно положил нож на блюдо рядом с тремя оставшимися плодами. Приподнялся и нажал кнопку вызова стюардессы.

– А давайте мы сделаем так: вы задаете вопросы, а я отвечаю на них, кстати, на каком языке вы предпочитаете вести беседу?

– Давайте на русском, на нем более образно и точнее можно выразить любую мысль.

– Это верно! Помните выражение: «Пиво пить будешь? Да, нет, не знаю…» Кстати, ни один переводчик просто не может дословно перевести эту фразу! Ну не имеет она смысла ни на одном языке, кроме русского! – инспектор Архипов засмеялся довольный собой.

– Простите, вы меня вызывали? – стюардесса в сине-белой форме с приветливой улыбкой смотрела на нас.

– Да, вот это вам, Людмила Николаевна! – Архипов протянул ей блюдо, на котором лежало уже пять крупных плодов, и не было ни косточки от манго, ни ножа.

– Кстати, это блюдо само по себе эксклюзивно: таких художник сделал всего восемнадцать штук, я дарю его вам!

– Ой, что вы! Это дорогой подарок! – засмущалась стюардесса.

– Берите, берите – это мой подарок ко дню вашей свадьбы!

– А откуда вы зна… – стюардесса вдруг умолкла под взглядом Архипова и, уходя, тихонько прошептала, – Спасибо.

– Вот удивится, когда узнает, что её блюдо стоит больше самолета! Этот фарфор из личного набора китайского императора династии Мин! – Архипов был весел и беззаботен.

– Итак, коллега, вы хотели узнать, для чего я прибыл к вам? Здесь как раз все просто: есть определённый срок после которого, вновь назначенные пилоты должны получить подробные инструкции, пройти курс обучения, да и просто получить определенные средства к жизни и для достижения тех целей, которые будут стоять перед ними.

– Так мы, вроде, и не бедствуем, сами твердо стоим на ногах! – уколол я нечаянного наставника. Архипов даже ухом не повел на мой словесный выпад.

– Не бедствуете, это так, только скажите на милость, за какие деньги вы будете вытаскивать из тюрьмы нужного вам человека? Сделаете налет с автоматиками или гранатометами?

– А зачем мне вытаскивать какого-то преступника? Да ещё из строго охраняемой тюрьмы?!

– Э-э, батенька, вы с братом не прошли ещё обучения, поэтому так говорите…

– Кратенько поясню: вы оба пилоты звездолета третьего класса типа «Ковчег», ваша задача – в час икс, взяв на борт пятьсот человек, вылететь в ближайший космос и готовить корабль к прыжку через гиперпространство.

– Так мы что?! Спасатели? Наш корабль спасет группу людей? И кто эти люди? По какому принципу ведется отбор? Опять билеты будут куплены богатеями?

– Сколько вопросов сразу! Да, вы спасатели… Кроме вашего звездолета есть ещё корабли: два на Тибете, один на Камчатке. Кавказ – две единицы. Альпы, Кордильеры, Аляска – один, Австралия, остров Борнео и Африка – тоже по одному. Всего на борт будет взято шесть тысяч жителей Земли.

– Предвижу твой вопрос насчет часа «Х»! Увы, нет ничего вечного в этом мире! И какой бы прекрасной колыбелью для человечества ни была Земля – придет конец и её существованию! Когда это произойдет? Это может узнать только система. Что это такое? Узнаете, когда приедем к Николаю. Отбор людей, подлежащих эвакуации с гибнущей планеты, ведет так же она, как вы говорите – билеты продает тоже система. Ваша задача – доставить их на борт корабля, где бы они ни находились! Да хоть в тюрьме! – Архипов опять засмеялся.

«Весёлый, однако, наш наставник, или все-таки инспектор?» – подумал я.

– Зовите меня лучше инструктор, инструктор – наставник! – откликнулся он.

– Да, я умею читать мысли, впрочем, как и вы, однако, если желаете, чтобы они были недоступны, закройте их для чтения. Просто подумайте об этом.

– Вот мы и подлетаем к Новосибирску, я прошу вас об одной услуге: Николай ничего не знает обо мне, просто я для него обычный научный сотрудник, давайте некоторое время мы оба будем считать, что это так.