Разговор в аду между Макиавелли и Монтескье - Морис Жоли

Монтескье

Что же это за права?

Макиавелли

Право апеллировать к народу и право вводить в стране военное положение. Я главнокомандующий армии, вся государственная власть в моих руках; штыки научат уму-разуму всех, кто попробует сопротивляться и после референдума обнаружится, что моя власть вновь упрочилась.

Монтескье

На такие доводы ответа нет. Но не будете ли вы любезны вернуться к законодательному институту, на котором мы остановились. Я не вижу пока, как вам удастся справиться с этим пунктом. Вы лишили законодательное собрание законодательной инициативы; но оно сохраняет право голосовать за законы, которые вы ему предлагаете для принятия. Вы, по всей видимости, не считаете, что оно воспользуется этим правом?

Макиавелли

А вы мнительнее меня; сознаюсь, что не вижу в этом ничего такого. Поскольку предложить на рассмотрение проект закона не может никто, кроме меня, я могу не бояться, что кто-то предложит закон, направленный против меня и моего правления. Ключ от святыни при мне. Я ведь уже говорил вам, что в мои намерения входит сохранить видимость наличия всех институтов. Должен, однако, заявить вам, что вовсе не собираюсь оставить парламенту то, что вы называете правом поправки. Ведь ясно, что при функционировании подобного права не может быть закона, который поддавался бы изменению, смысл которого можно было бы толковать иначе. Закон принимается или отклоняется, более не существует никаких возможностей.

Монтескье

Но чтобы свергнуть вас, больше ничего и не нужно. Достаточно законодательному собранию отклонять все предлагаемые вами законы, достаточно даже, чтобы оно отказалось голосовать за налогообложение.

Макиавелли

Вы и сами знаете, что ход вещей будет совершенно иным. Парламент — каков бы он ни был, даже если он безрассудно препятствует всем общественным делам — сам готовит собственное падение. Кроме того, найдется тысяча способов, чтобы укротить власть такого парламента. Я вполовину сокращу число депутатов, и буду иметь вдвое меньше политических противников. Я сохраню за собой назначение президента и вице-президента, которые руководят дебатами. Вместо перманентного функционирования я ограничу сессии парламента несколькими месяцами. А прежде всего я сделаю нечто очень важное, мне говорили, что это уже начинает применяться на практике: я отменю положение, согласно которому деятельность парламентариев безвозмездна. Я пожелаю, чтобы депутаты получали жалование, чтобы их деятельность была каким-то образом вознаграждена. Такое нововведение, с моей точки зрения, — надежнейшее средство привязать народных представителей к правительству. Полагаю, что объяснения вам не нужны; действенность этого средства и так очень понятна. Добавлю только, что в качестве главы исполнительной власти я имею право созыва и роспуска законодательного собрания, и в случае роспуска до нового созыва пройдет очень долгое время. Но успокойтесь, скоро мы доберемся до совсем иных практических средств привязывания их к государственной власти.

Достаточно о конституции? Или продолжить?

Монтескье

Совершенно не нужно; вы можете переходить к организации сената.

Макиавелли

Я вижу, вы довольно-таки хорошо поняли, что этот момент — главный для меня, так сказать, замковый камень в куполе моей конституции.

Монтескье

Поистине, ума не приложу, что вы еще можете сделать; по моему

разумению с этого момента вы — полный хозяин в государстве.

Макиавелли

Вы радуете меня этим признанием; в действительности же власть не может стоять на столь зыбкой почве. Суверена должны поддерживать корпорации, импонирующие великолепными титулами, достоинствами и личными заслугами своих членов. Нехорошо, если суверен постоянно участвует во всем лично, если повсюду замечают его руку. Его деятельность должна по мере необходимости скрываться за авторитетом высоких, наделенных властью институтов, окружающих трон.

Монтескье

Сразу видно, что эту роль вы отводите сенату и государственному

совету.

Макиавелли

Ничего-то от вас не скроешь.

Монтескье

При этом говорите о троне. Отсюда я заключаю, что вы уже король, а мы до сих пор говорили о республике. Перехода почти не заметно.

Макиавелли

Вы, знаменитый французский правовед, не должны ожидать, что я буду задерживаться на подобных мелочах, являющихся исключительно делом практики. С того момента, когда вся полнота власти сосредотачивается в моих руках, провозглашение меня королем может произойти в любое удобное время. Не важно, сделаю ли я это до или после провозглашения моей конституции.

Монтескье

Это верно. Вернемся же к организации сената.

Разговор десятый. Изменение функций сената

Контрольная функция сената заменяется одобренной народом, но удобной исключительно диктатору конституцией; сенат становится органом, санкционирующим любое изменение диктатором существующего законодательства

Макиавелли

Предаваясь глубоким изысканиям, предшествовавшим созданию вашего достопримечательного труда «О причинах величия и падения римлян», вы, разумеется, заметили, какую роль играл сенат при императорах, начиная с правления Августа?

Монтескье

С вашего позволения, это тот пункт, который я не уяснил для себя вполне, когда изучал исторические документы. Ясно лишь, что до последних дней республики сенат оставался учреждением, ответственным только перед самим собой, наделенным важными привилегиями и располагающим собственной властью. В этом и заключалась тайна его власти, его глубоких политических традиций и величия, перешедшего от него на римскую республику. Со времен Августа сенат превращается в простое орудие в руках императора, но не известно до конца, при помощи каких государственных актов императорам удалось лишить его власти.

Макиавелли

Я не потому просил вас обратиться к империи, что намереваюсь прояснить этот неразгаданный исторический вопрос. Он сейчас не интересует меня. Я просто хочу сказать вам, что сенат, как я себе его представляю, должен играть при государе ту же роль, что играл римский сенат в период, последовавшим за свержением республики.

Монтескье

Да, но в это время закон уже не принимался народным собранием, его издавал сенат. Вы намереваетесь поступать подобным же образом?

Макиавелли

Нет. Это не соответствовало бы современным основам конституционного права.

Монтескье

Сколь глубокая благодарность причитается вам за это соображение!

Макиавелли

Собственно, мне это совершенно не нужно для проведения в жизнь того, что мне представляется необходимым. Вы ведь уже знаете, что всякий закон принимается лишь по моей собственной инициативе, а, кроме того, я буду издавать указы, имеющие силу законов.

Монтескье

Вы на самом деле вновь забываете об этом пункте, а он имеет немаловажное значение. Тогда я не понимаю, для чего вы сохраняете сенат.

Макиавелли

Поскольку его место — в высших эшелонах власти, то его вмешательство в дела может происходить только по высокоторжественному случаю. Если, например, необходимо покуситься на основы конституции, или когда в опасности государство.

Монтескье

Вы изъясняетесь наподобие оракула. Очевидно, так вы подготавливаете впечатление, которое намерены произвести.

Макиавелли

До сих пор идеей фикс ваших современных специалистов по государственному праву было все предусмотреть, все внести в конституции, которые они даровали народам. Я же не сделаю этой ошибки. Я не намерен устанавливать сам себе границы, которые в дальнейшем не буду иметь права преступать. Я внесу в конституцию только то, что должно быть общеизвестно. Я оставляю за собой возможность изменений, чтобы в случае тяжелого кризиса прибегнуть к иному лекарству, кроме горестного пути революции.

Монтескье

Вот сейчас вы говорите весьма разумно.

Макиавелли

А что касается сената, то о нем в моей конституции будет сказано: «Сенат посредством своих решений устанавливает все, не предусмотренное конституцией и необходимое для ее исполнения. Он решает, какой смысл имеют статьи конституции, допускающие возможность различных толкований. Он приостанавливает или объявляет недействительными все мероприятия, которые правительство или граждане сочтут не соответствующими или противоречащими конституции. Он может выдвигать общие проекты законов в том случае, если они имеют общенациональное значение. Он может предлагать поправки к конституции и принимать их соответствующим решением».