Закон Тьмы (СИ) - Игнатов Дмитрий

Но вдруг остановился, когда услышал странный грохот из-под земли. Драуг в еще большем моего смятении посмотрел в пол и приготовился отпрыгнуть. Подобная тактика спасет в миллионе различных случаев, и я бы поступил точно так же. Однако этот случай был особенным. Несколько досок в полу словно взорвались изнутри, и через дыры стремительно вылезли два толстых растительных корня, схвативших не успевшего обезопасить себя громилу.

Не успел я ошалеть, как слегка повернул голову и увидел первопричину. Гидра стояла в какой-то странное позе, махая руками.

— И ты… тоже, — Драуга явно удивило подобное явление. Но это не помешало ему покрыть руки острыми ледяными лезвиями и несколькими ударами отрубить от себя корни.

Гидра ничего не ответила бывшему командиру и повернула ко мне уже слегка обеспокоенное лицо, которое быстро сменило ее недавнюю уверенность. Такого наверняка не должно было произойти.

Правая рука сама собой поднялась, чтобы осуществить прерванное действие, и средний палец с силой зажал крючок. Этому примеру последовал и Драуг, вытянув одну руку в мою сторону, а другую в бывшую подчиненную. Страшные потоки почти прозрачного льда, формировавшегося в его ладонях прямо из воздуха, начали испускаться прямо в нас.

Сколько бы я не пытался объяснить действие магии с научной точки зрения на некоторых избранных жертвах, обладающих подобными дарами, ни к каким успехам прийти не удавалось. Это совершенно иная, непостижимая стезя нашего Хроно, которую никак не воспроизвести наукой, насколько бы та ни была развита. Можно лишь попытаться сотворить аналоги, как мой огнемет против огненной магии. Но даже тот использовал науку, то есть средство обычных людей, лишь в помощь артефакту, который по неизведанности был где-то наравне с магией. Оставалось лишь дивиться таким чудесам нашего мира, к которым обычным людям очень сложно привыкнуть. И в тайне завидовать, стараться проявить себя долгим, но зато собственным трудом в чем-то другом.

Заклинательница природной магии уклонялась и закрывалась различными преградами от потоков льда. Пыталась атаковать все теми же корнями растений, метать кинжалы прямо в морду ледяного исчадия, которые отскакивали от него, как от стены. Атака проявляла себя не с особо эффективной стороны. Поэтому, из все той же устойчивой позиции непрерывного извержения огня против такого же льда, я выждал момент и негромко процедил напарнице:

— Повалим его. Будет легче.

Ослабив нажатие на крючок, я совершил кувырок по диагонали, чтобы не попасть под луч, но приблизиться к врагу. Тот едва успел начать реагировать на этот маневр, как моментально был ударен в спину огромным корнем, отчего слегка завалился вперед. Дело оставалось за мной. Крепко обняв его здоровую ледяную ногу двумя руками, я со скрипом на зубах изо всех сил продолжил движение вперед и дернул ее вверх. Корень прямо на моих глазах съежился для более внушительной прочности и уперся в спину Скорпиону, помогая мне валить его на живот. Подвиг свершился. С болезненным рычанием маг грохнулся на землю, разбив немалую часть защитного льда на передней части тела.

Не теряя времени в такой удобно сложившейся ситуации, я встал прямо над ним и приставил дуло огнемета к ледяному затылку. Но палец едва дотянулся до крючка, как мой взор уловил подозрительную активность. Вокруг ладоней Драуга начала скапливаться морозная аура, которая тут же выплеснулась вместе с его резким опусканием рук на землю. Первым моим инстинктом на это незнакомое заклинание стал прыжок. И я не прогадал. Пол вокруг него мгновенно покрылся толстым слоем льда, который приморозил бы к нему, казалось, все что угодно.

Чуть только мои ботинки приземлились и коснулись замерзшей поверхности, Драуг как-то неестественно поднялся с земли с помощью выходящего из лап вниз потока магии и схватил меня одной ладонью за грудь, а другой за вооруженную руку. Гидра без какого-либо боевого крика бесшумно наскочила на него сзади с занесенными кинжалами, но тут же была аналогично поймана рукой с моей груди. Здоровяк перенес ее ко мне поближе, держа обоих над землей перед собой, пока мы корчились от холода и тщетных попыток вырваться. Затем повел головой и зачем-то высказал свое мнение:

— Вы жалкие, трусливые убийцы, не имеющие и толики чести. Вы поубивали бы и друг друга, когда вокруг не осталось бы больше никого.

Моя рука, а значит и весь боевой потенциал, который способен хоть что-то сделать против такого врага, была обездвижена. Но тут я вспомнил, что в распоряжении оставалась еще не только левая, но и новообретенное добавление к арсеналу.

— Нет, все куда проще, — внезапно для Драуга я начал что-то процеживать, чем обратил на себя внимание, а значит и поворот его головы. — Вы давно заслужили сдохнуть. А мы лишь исполняем.

Левая ладонь, которая уже вытащила из пояса Фамильяра толстую ампулу с необычной на ощупь стеклянной формой, тут же дернулась вверх. Вся кислотная смесь выплеснулась прямо внутрь незащищенного и слегка кровоточащего от моего недавнего удара рта зимней глыбы.

И опять. Опять враг застыл на месте за секунду до свершения правосудия, не желая встречать смерть как мужчина. Драуг ослабил хватку на моей правой руке, хоть на удивление и не выпустил ее окончательно. Но большего мне было и не нужно. Напряжение всего тела, в особенности руки — и дуло уже смотрело в безжизненное, испускающее изо рта красно-зеленую пену лицо.

Огонь с жутким шумом выплеснулся струей из устройства и тут же встретил перед собой преграду. Девушка высвободилась от вялой хватки и сделала несколько движений руками в воздухе, схватив корнями его руки, и жестко заставила поставить по швам. Видимо она тоже не поверила в его столь скорое умерщвление. Я же все сильнее давил на крючок, наблюдая за расплавляющимся сквозь огонь льдом со смешанными чувствами: диким азартом от такого приключения и легким разочарованием от легкости произошедшего. И возможным уносом секрета этих странных видов смертей в могилу.

Лед на его шее расплавился, и мертвая голова, потеряв опору, склонилась в покорном поражении. Я перестал поддерживать неиссякаемый огонь и резко убрал руку, чтобы осмотреть совершенное. Зрелище предстало в чарующе-ужасном образе лишения Скорпионов их главной группы и лидерства. Сколько бы снаружи их не было, они быстро разбегутся и в страхе поведают всем остальным, как я героически раздавил их прославленный отряд. И не долгими ненадежными внедрениями, как некоторые, а за считанные часы.

Мы стояли в молчаливой паузе еще с полминуты, переводя возбужденные дыхания, и глядели на труп последнего, надеюсь, врага на сегодня. Не обратись Гидра против своих — и на его месте сейчас вполне мог бы быть я.

— Да уж. Все поменялось слишком быстро… — придя в себя, промолвила заклинательница растений.

— Ты не объяснишь мне почему они умирают подобным образом? Я имею в виду не от меня, а от… чего-то другого? Никогда такого не видел.

В состоянии покоя и свежего разума я, наверное, поражался бы сейчас донельзя, видя перед собой эти предсмертные феномены. И даже невольно бы уже начал закладывать в голову мысли о том, что дело во мне, и кто-то сверху не дает больше совершить ни одного убийства. Не дает почувствовать полное удовлетворение от того, что именно я лишил мир заслуживающих того созданий.

Но под накалом ситуации и неоднократным риском смерти, я уже был близок к тому, чтобы отнестись к этому как к должному. И судя по сужению бровей девицы и взгляду на меня как на сумасшедшего, ничего больше и не оставалось.

— Ладно, опустим. Ты хотела поговорить, — последовав ее примеру, я опомнился и направился к своим мешкам с золотом. А заодно и к тайнику, чтобы посмотреть, сколько добра Фамильяр постарался припрятать. — Вернее, сначала ответить на вопрос. Кто ты такая, Гидра?

— Уж точно не Гидра, — расслабленно бросила моя единовременная помощница, начав подбирать с ледяного пола кинжалы. Затем остановилась взглядом на обгоревшем трупе одного из бывших коллег и удовлетворенно закивала. — Было бы интересно сначала услышать твои предположения.