Белым по черному (СИ) - Даниленко Жанна

— Я звонила в отдел кадров и знаю, что есть вакансия. — Ираида чуть не плакала. — Сынок, я тебя очень прошу.

Слёз он не выносил.

— Хорошо, она подойдёт ко мне десятого в офис, и я… Хорошо, я возьму её в финансовый отдел, после соответствующей проверки. Но, мама, это исключение, больше по твоей просьбе я не приму на работу ни одного человека.

Проводив гостей, помог маме убрать со стола, расставил посуду, искренне поблагодарил, отдав должное её кулинарным талантам, и поднялся к себе.

Глава 13

Оля пыталась всё делать тихо, только получалось почему-то наоборот: то ложка упала, то вилка. С вечера почти до двух часов ночи она пекла коржи из слоённого теста для двух наполеонов — один для мамы, а другой с собой. Спала всего часа три, а потом вскочила и занялась пирогами с капустой и с мясом, как раз тесто подошло. Тоже в двойном экземпляре. Теперь, когда всё было готово, оставалось лишь промазать коржи для тортов кремом и оставить пропитываться, а потом можно в ванную — голову помыть, сделать причёску. Подумалось, почему так трудно укладывать вьющиеся волосы: их пытаешься в одну сторону, а они так и норовят лечь в другую. И никакая укладка больше десяти минут не держится. А хочется быть красивой.

Когда с тортами было покончено, Оля пальцем выела остатки крема из миски. Думала, правда, уже совсем о другом — что надеть… Приготовила с вечера чёрные колготки, так брат посмеялся, что её ножки в чёрном смотрятся как палочки. Бросила сборы, оставила эти проблемы на утро, но на него не обижалась — Диму она боготворила, любила нисколько не меньше, чем папу. И наверно, насчёт колготок он прав. Это Людка всё твердила, что чёрное стройнит, и говорила, что Оля толстая. Миша же утверждает, что её откармливать надо. И мама с папой тоже так говорят.

Бельё с вечера не достала, а в её комнате теперь брат живёт. Она сама ему свою спальню уступила, потому что нехорошо взрослому мужчине в зале спать на диване. Может, девушка у него появится, так будет куда привести. Не сохнуть же ему всю жизнь по своей грымзе. Вот шкаф с Олиными вещами всё ещё там, в комнате, и книги тоже, и учебники. Никак руки не дойдут всё своё перенести в зал, в диван сложить или в стенке место поискать.

— Лёль, ну что тебе не спится в выходной день, а? — Димка в одних трусах стоял в дверях кухни.

— Я уеду сегодня на два дня, может быть, на три, вот приготовила немного и вам, и мне с собой. Праздник, маму поздравите, посидите с ней. Или у тебя дела?

— Сегодня дома, завтра дежурю. Систер, а у тебя с этим френдом серьёзно?

— Дима, у меня нормально, я сегодня с его мамой знакомлюсь. Боюсь, потому что, скорей всего, я ей не понравлюсь. Но я переживу это, ради него. Ещё вопросы есть? Дим, я в комнату зайду? Мне бы вещи взять.

— Странные вопросы задаёшь, это же твоя комната. Оль, я недолго тут буду, хочу квартиру снять. Столько лет не жил с вами, а вернулся — самому неудобно, сдуру к тебе в комнату въехал. Сейчас бабушкину квартиру продадим, да я куплю себе что-то. Ипотеку возьму.

— Зря ты, я перенесу всё в зал, и живи. И маме спокойней. Она опять на таблетках.

— Да, довёл я её своим разводом.

Он сел на табуретку около стола, а Оля поставила на плиту чайник.

— Завтракать будешь? Я организую всё по-быстрому, — предложила она.

— Не, систер, я позже, с родителями, сейчас только кофе. Если пустишь к плите — сварю, могу и на твою долю.

После утренних занятий на тренажёрах Михаил отправился в душ, времени на сборы у него оказалось не так много. Чтобы попасть к Оле в одиннадцать, выехать необходимо не позже десяти. Только решил спуститься вниз выпить кофе, как услышал голос матери.

— Мишенька, ты уже проснулся?

Он открыл дверь своей спальни и вышел в коридор.

— Как видишь. Я кофе сварить хочу. Будешь?

Ираида Аркадьевна пожала плечами. По её виду было заметно, она хочет что-то сообщить сыну, но понимает, что это может ему не понравиться.

— Я лучше чай. Пойдём бутерброды сделаю. Сынок, мне с утра звонила Аллочка, пригласила на шашлыки на их старую дачу, сказала, что возражения не принимаются.

Его удивлению не было границ.

— Интересно, когда она успела нас пригласить? Вчера об этом речи не шло.

Ираида Аркадьевна улыбнулась несколько виновато.

— Сегодня с утра позвонила, дача у них тут недалеко, по нашему направлению. Доедем без пробок, отдохнём в приятной компании.

Михаил испытующе смотрел на мать.

— Ты это сейчас специально, да? Сегодня праздник, Женский день, ты в курсе?

— Конечно, сынок, я думала провести его с тобой. А тут Аллочку посетила такая чудная идея. Я получила огромное удовольствие от вчерашнего вечера. Мне казалось, что ты в мой праздник сделаешь мне приятное, примешь их приглашение, тем более что Наташенька тебе явно понравилась… Заинтересовала она тебя, и не отпирайся. А тут такая возможность узнать её получше, понять, что она собой представляет. Дай Бог, у вас всё сложится. Вы такая красивая пара.

Она мечтательно закатила глаза, а Миша пытался подавить в себе ту злость, что обуяла его после этих слов. Мать с подругой им манипулировали, а он этого не выносил. Хотелось возмутиться и высказать всё прямым текстом, и пусть это будет нетактично и, может быть, даже грубо. Пора пресечь все эти попытки знакомств с навязыванием ему потенциальных «невест». Он не понимал, как женщины и девушки идут на этот шаг, по сути, ведь торгуют собой, предлагают себя, как товар. И Наталья Кирсанова ничем не лучше. Он пытался подавить раздражение, потому что не мог обидеть мать, и она это знала.

— Мама, я отвезу тебя к Кирсановым на дачу. Когда захочешь вернуться домой — позвони, я пришлю Фёдора с машиной. А у меня несколько другие планы, я поеду за цветами, затем поздравлю маму моей девушки и привезу Олю сюда. Я хотел познакомить вас сегодня. Но, увы, у тебя встреча с подругой. Придётся нам с Олей праздновать без тебя. Я сделал свой выбор, мама. Тебе придётся принять его. Меня не интересуют никакие другие женщины, кроме Оли. Так что не устраивай сцен и не плети интриги. Тебе не идёт. Я всегда считал тебя идеальной матерью, попытайся сохранить мою уверенность в этом.

Ираида Аркадьевна подошла сзади к сидящему за столом сыну, поставила перед ним тарелочку с бутербродами, а потом обхватила его голову ладонями и поцеловала в макушку.

— Я очень хочу, чтобы ты был счастлив, сынок. И мне важно знать, какой женщине я доверю своего мальчика. Прости, если что-то делаю не так.

Стрелки часов показывали почти час. Оля сидела в своей бывшей комнате полностью одетая, причёсанная и накрашенная. Слёзы лились рекой. Она размазывала их по лицу и понимала, что тушь давно потекла, но какое сейчас это имеет значение — Миша не пришёл. Человек, по которому часы сверять можно, не появился в их квартире, хотя сам сказал, что будет в одиннадцать. Теперь, видимо, уже и ждать не стоит.

— Ребёнок, — в комнату вошёл отец и сел рядом, — обстоятельства бывают разные. Может, колесо спустило…

Оля посмотрела ему в глаза.

— Или в аварию попал, да? Нет, тут что-то другое. Папа, он пунктуален до абсурда.

Оля не могла найти никакого другого объяснения: Миша её бросил, и больше она его не увидит. Только отцу говорить этого не стала. А Сергей Владимирович обнял её за плечи.

— Ты смартфон проверяла?

Оля отрицательно покачала головой.

— Я что, не услышала бы?

— Так проверь ещё раз.

Оля взяла телефон в руки, разблокировала и увидела восемь пропущенных вызовов от Михаила. Буквально подскочила с кровати, с ужасом глядя на экран.

— Господи, какая же я дура. Я же звук на ночь отключила! Папа, я умываться, а то Миша сейчас приедет, а я тут в таком виде, вот блин!

Она рванула в ванную, чуть не сбив по дороге Димку, выходящего из кухни.

— А я что говорил! — Сергей Владимирович не успел выйти из комнаты, когда раздался звонок, возвещавший о прибытии Михаила.