Изнанка веера. Приключения авантюристки в Японии - Юлия Андреева

Вот и я выбрала себе нашего скрытного менеджера, которому строго-настрого запрещено подходить к девушкам или, не дай Бог, начать разговоры на фривольные темы. Но так даже интереснее.

Между собой мы прозвали его Котом – уж больно он был холеный и стильный.

Положила глаз, влюбилась и – сразу же стало легче и интереснее жить.

Чипы

По условиям клуба мы могли собирать чаевые после танцевального отделения, во время парада-алле. Выходили мы под песню Киркорова, где есть такие слова: «Сегодня демон, завтра богиня, то ты царица, то ты рабыня, каждый день новая роль». Нас вызывали на поклон, называя по имени, мы выходили, кланялись и быстро обходили зальчик, собирая голубые билетики или, как их у нас называли, чипы с эмблемой клуба. Эти билетики перед шоу-таймом продавал гостям кто-нибудь из официантов. Каждый чип стоит пятьсот йен, половина из которых была наш заработок, а половину забирал себе клуб. Мы собирали чипы для того, чтобы сдать их в пятницу менеджеру. В субботу же получали и деньги на питание, по тысячи йен на день, и деньги за танцы.

Иногда гости клуба отказывались брать билетики. Кто-то решал, что не будет давать денег танцовщицам, мол шоу входит в стоимость входного билета, кто-то считал ниже своего достоинства соблюдать какие бы то ни было правила в свой выходной и принципиально давал чаевые «живыми» деньгами.

Поначалу, в первые месяцы работы клиентов в клубе было хоть отбавляй и мы уходили со сцены обвешанные с ног до головы голубыми билетиками. Но время шло и клиентов в клубе становилось все меньше и меньше. В Японии так бывает: есть месяца спокойные, когда начальство особо не гоняет, то и дело устраивая коллективные отпуска и совместные попойки. Но вдруг начинается великий гон и тогда плохо приходиться развлекательным заведениям.

Итак, с каждым днем число клиентов в клубе неуклонно таяло. Начальство ругалось на работающих тут годами филиппинок, обзывая их страшными и глупыми.

– Вы не способны завлечь в клуб ни новых ни старых клиентов! Вы думаете только о себе! Вы ни на что не годные обезьяны, вас всех нужно отправить обратно на Филиппины и набрать новых! – орал на митингах[15] тэнчо [16]

или оставленный за старшего менеджер. – Вы не смотрите на русских, русские – они для шоу, они еще ничего не понимают. Но вы-то должны знать свою работу.

Филиппинки кланялись, заверяя что будут стараться. Они и правда старались. Красивая Каори [17], живущая уже год с мужем-японцем и грудным сынишкой под страхом увольнения была вынуждена просить мужа, приходить в клуб, и сидеть там часами, оплачивая время общения с собственной женой.

Каждый день, еще в машине по дороге на работу девочки начинали обзванивать клиентов, приглашая их придти в клуб. Девочки не знающие еще японского выучивали заветные слова и с театральной слезой в голосе твердили их в трубку: «Айтай, аната-но као митай, табэтай!» («Люблю, скучаю, хочу видеть твое лицо, кушать хочется»). Меж собой японцы так и прозвали любительниц разводить клиентов тремя легко рифмующимися и запоминающимися словами «айтай-метай-табетай».

Но не надо думать, будто все неприятности падали только на плечи филиппинок. Однажды нам тоже досталось по первое число. А было это так.

После шоу мы, как обычно, вышли на парад-алле. Последнее время наши заработки были либо равны нулю, либо мы притаскивали со сцены какой-нибудь один жалкий билетик-чип, суливший в конце недели обернуться 250-ми японскими копейками. Стыдуха!

В тот день в клуб зашел новый клиент, который подарил мне и Полинке по бумажке в тысячу йен.

Мы поблагодарили гостя и отправились в гримерку, куда вскоре ворвался взбешенный до крайности управляющий-тэнчо. Белый от злобы он налетел на Полинку и тыча ей в лицо пачкой голубых билетов потребовал, чтобы она немедленно поменяла свою тысячу на два билета по пятьсот йен каждый.

До этого момента нам никто не запрещал брать живые деньги, поэтому мы только рассмеялись, попросив японца дать нам переодеться.

Не дослушав нас до конца тэнчо буквально набросился на Полину, больно пихая ее в плечо и крича во всю глотку:

– Ты воруешь у клуба! Отдавай деньги!

– Но я же не одна получила чаевые! – не выдержала Полина.

Не желая связываться с ополоумевшим начальником, я сунула ему свою тысячу йен. После меня сдалась и Полина. За всей этой сценой наблюдали сбежавшиеся на крик филиппинки.

Как потом выяснилось, девочки злились на выдавшую Полину филиппинку, но не из-за ее предательства – к тому времени их отношения с Полиной оставляли желать лучшего, в то время как я, от нечего делать, участвовала с филиппинками в сеансах массажа, идущих под девизом «Ты мне я тебе». Да и вообще ни с кем не ссорилась.

С того дня наши отношения с японцами пошли по наклонной. Впрочем, мы и раньше замечали, что они не считают большим преступлением ударить женщину. Я же не могла простить тэнчо, и с того дня, мы не разговаривали до окончания контракта.

Ночной звонок

Два или три раза в неделю я звонила по ночам домой, так что мама, зная приблизительное время, когда я могу выйти на связь, старалась не занимать телефон.

В ту ночь она сказала, что мне звонили из издательства, где возникли проблемы с одним из авторов сборника, сданного мною накануне отъезда.

Пришлось искать телефон редактора и звонить ему домой.

Но, едва только в трубке раздался его голос, как моя стеклянная будка затряслась и на какое-то мгновение земля ушла из-под ног.

Такое случалось уже много раз, Японию постоянно сотрясают несильные подземные толчки, но до этого землетрясение ни разу не заставало меня в окружении хрупких стеклянные стен, готовых обрушиться на меня лавиной острых осколков.

– Ало, Юля, я тебя слушаю. Что случилось? – недоумевая отчего я молчу, заволновался редактор.

– Я по поводу сборника «Свидание»… – Стекла затряслись с удвоенной силой. Я стиснула зубы, стараясь не обращать на них внимания. – Так вот, я по поводу автора… – от страха из головы выскочила фамилия. – Ну, который еще выиграл в конкурсе, помнишь?

– Было много конкурсов, о ком ты говоришь?

Земля снова ушла из-под ног. Я присела на корточки, по лицу тек пот. – Ну вспомни, он еще написал стихотворение про собаку, там еще есть такие строчки…

Я начала читать, стуча зубами и слушая ответное дребезжание стекол.

Красивая получилась надо сказать картинка: темная ночь, зеленым светом сияет телефонная будка, землетрясение и я, читающая в трубку стихи малоизвестного поэта.

Сон на пляже

..Был мир, покой. Горы вздымались над морем, в которое, будто в зеркало гляделись солнце и небо. Был теплый, даже жаркий вечер – как раз то время когда отдыхать одно удовольствие.