Горячий пепел (сборник) - Всеволод Овчинников

– Не беспокойтесь, это салют в честь нашей встречи! – усмехнулся Паш.

Теперь, когда даже фундамент уранового реактора был взорван, можно было двигаться восвояси.

Французы насторожились, когда узнали, что американцы увозят с собой каких-то пленных. Но, убедившись, что это были немцы, тут же утратили к ним интерес.

Дело в том, что французский танковый батальон спешил к находившемуся неподалеку замку Гогенцоллернов. Там нацисты содержали маршала Петэна – бывшего главу правительства Виши, сотрудничавшего с оккупантами.

Почти все объекты, интересовавшие миссию «Алсос», были сосредоточены на юго-западе Германии, на территории будущей французской зоны. Единственным исключением был завод фирмы «Ауэргезельшафт» в Ораниенбурге, севернее Берлина. Американская разведка еще в конце 1944 года установила, что там производится металлический уран для атомных исследований. Предприятие умышленно не бомбили. Лишь когда стало очевидным, что советские войска войдут в Ораниенбург раньше американских, свыше шестисот «летающих крепостей» забросали город фугасными и зажигательными бомбами. Все наземные сооружения завода были разрушены до основания.

Чтобы замаскировать цель операции, такому же массированному удару был подвергнут город Цоссен, где располагался штаб вермахта. Во время этого налета был тяжело ранен начальник германского генерального штаба генерал Гудериан.

Ораниенбург же был превращен в развалины буквально за несколько дней до прихода Красной Армии.

Из Пенемюнде в Пентагон

После провала операции «Эльстер» гитлеровцы всерьез решили позаимствовать японскую идею наведения ракеты на цель пилотом-смертником. Начальник 6-го управления РСХА Вальтер Шелленберг приказал отделу диверсий отобрать для этой цели 250 летчиков. Имелось в виду использовать их не только для удара по Нью-Йорку или Вашингтону. В своих мемуарах Шелленберг рассказывает о планах бомбардировки промышленных объектов в глубоком советском тылу.

«Мы, – пишет он, – могли бы с бомбардировщика дальнего действия запустить самолет-снаряд «Фау 1» вблизи намеченного пункта, чтобы затем пилот-смертник навел его на цель. Бомбардировке должны были подвергнуться предприятия Куйбышева, Челябинска, Магнитогорска, а также районы, расположенные за Уралом».

В течение всего последнего года войны Гитлер не переставал подхлестывать руководителей проекта Пенемюнде. 24 января 1945 года состоялся очередной пробный пуск гиганта А-9/А-10. После этого фон Браун заявил, что проблема создания двухступенчатой ракеты большой дальности технически решена.

Только стремительное советское наступление на Одере сорвало планы ракетного удара по Соединенным Штатам и советской Сибири. Нацистам пришлось спешно эвакуировать Пенемюнде. На запад двинулась колонна из двух тысяч грузовиков с прицепами. В феврале ракетчики прибыли в Нордхаузен. Там серийное производство «Фау-1» и «Фау-2» продолжалось еще в течение двух месяцев на подземном заводе.

3 апреля инспектор ракетных войск генерал СС Ганс Каммлер приказал вывезти руководящие кадры проекта Пенемюнде в так называемую «альпийскую крепость» на стыке границ Германии, Австрии и Швейцарии.

Тем временем коллега Бориса Паша генерал Дональд Путт с группой сотрудников американской военной разведки поспешили в Нордхаузен, который должен был войти в советскую зону оккупации Германии. Американские военные тягачи вывезли оттуда более сотни комплектных ракет «Фау-2». Секретная служба Пентагона захватила там и большое количество технической документации по проекту Пенемюнде. Все это было доставлено в Антверпен, погружено на корабли и отправлено в США. «Немецкие «Фау-2», – писала пентагоновская газета «Старз энд страйпс», – сэкономили американской военной промышленности, по крайней мере, пять лет, которые ушли бы на исследовательскую и конструкторскую работу. Ведь когда трофейные ракеты были доставлены из Германии, мы делали лишь первые шаги в этой области».

Накануне капитуляции Германии генерал Каммлер покончил жизнь самоубийством. Дорнбергер и фон Браун нашли себе новых хозяев за океаном.

2 августа 1945 года президент США поставил свою подпись под Потсдамским соглашением, которое, в частности, предусматривало полное разоружение и демилитаризацию Германии, ликвидацию всей германской промышленности, имевшей отношение к военному производству. Однако научный руководитель проекта Пенемюнде тогда уже был тайно вывезен в Соединенные Штаты.

Когда Международный военный трибунал в Нюрнберге объявил СС преступной организацией, штурмбаннфюрер СС фон Браун уже руководил на американском полигоне Форт-Блисс монтажом захваченных в Нордхаузене ракет «Фау-2». Именно фон Браун сыграл ведущую роль в конструировании многоступенчатых ракет, с помощью которых были запущены пилотируемые американскими астронавтами космические корабли.

Бывший нацистский генерал-полковник Вальтер Дорнбергер, которого Гитлер в 1944 году наградил рыцарским крестом, стал главным конструктором авиастроительной фирмы «Белл». Именно Дорнбергер использовал идеи, рожденные когда-то в Пенемюнде, создав новый вид оружия, получивший название крылатых ракет.

Ученые против генералов

8 мая 1945 года в Берлине был подписан Акт о безоговорочной капитуляции гитлеровской Германии. В этот день первые подразделения 509-го сводного авиаполка прибыли на Тиниан – один из коралловых рифов, составляющих Марианские острова. Среди кокосовых пальм и белых пляжей начали строить бараки.

Марианские острова играли тогда роль непотопляемых авианосцев для стратегической авиации США. Ежедневно поднимая в воздух по нескольку сотен Б-29, командующий 20-й воздушной армией генерал Кертис Лимэй хвалился, что «вернет Японию в каменный век».

Поскольку 509-й сводный авиаполк формально входил в состав 20-й воздушной армии, была допущена преднамеренная утечка информации, чтобы объяснить роль этой воинской части. Был распущен слух, будто 509 му авиаполку поручено испытание новых крупных бомб, названных «тыквами». Они содержали заряд обычной взрывчатки весом в две с половиной тонны. Не участвуя в массированных бомбежках, самолеты Тиббетса совершали одиночные боевые вылеты, тренируясь в бомбометании непосредственно над Японией.

Тем временем рейды американских «сверхкрепостей» превращали в дымящиеся руины один японский город за другим. Генерал Гровс забеспокоился: останутся ли до конца лета в Японии неповрежденные города, на которых можно было бы продемонстрировать масштаб и характер разрушений от атомного взрыва? По его инициативе 10 мая, то есть еще за три недели до того, как было формально решено пустить новое оружие в ход против Японии, в Пентагоне собрался комитет по выбору целей для атомной бомбардировки.

Члены комитета подтвердили, что для этого лучше всего избрать крупные населенные пункты, не пострадавшие от налетов. По их рекомендации генералу Лимэю было приказано исключить из графика массированных бомбардировок четыре японских города. В этом списке, вызвавшем недоумение американских летчиков, значились Хиросима, Кокура, Ниигата, Нагасаки.

31 мая 1945 года в Пентагоне собрался так называемый комитет «С-1», или Временный комитет по проблемам атомного оружия. В нем преобладали военные и политики. Ученые же были приглашены лишь с правом совещательного голоса в составе так называемой консультативной группы. Сама повестка дня была сформулирована так, будто вопрос о том, следует ли применять атомное оружие против Японии, вообще не вызывал сомнения. Представители Пентагона настаивали на необходимости пустить атомные бомбы в ход, ссылаясь на большие потери, которые американские войска вот уже второй месяц несли в кровопролитных боях на Окинаве.

Спросили мнение ученых. Оппенгеймер повторил точку зрения консультативной группы: перед боевым применением нового оружия желательно провести его предварительную демонстрацию в присутствии представителей мировой общественности. Против этого предложения резко выступил личный представитель Трумэна, будущий государственный секретарь Бирнс.

После бурной дискуссии Временный комитет пришел к следующему выводу: атомное оружие следует применить против Японии без предварительного предупреждения, пустить его в ход как можно скорее и против таких целей, которые наиболее наглядно показали бы его разрушительную силу.

Рекомендации Временного комитета держались в строгом секрете. Однако слухи о них просочились в Лос-Аламос, Ок-Ридж, Хэнфорд и Чикаго. Среди участников Манхэттенского проекта становилось все больше противников ими же созданного оружия.

«На протяжении 1943-го и отчасти 1944 года нас больше всего беспокоила возможность, что нацистская Германия создаст атомную бомбу раньше нас. В 1945 году, когда мы перестали тревожиться о том, что могут сделать нам немцы, мы начали беспокоиться о том, что может сделать правительство США в отношении других стран», – вспоминал впоследствии Лео Сцилард.