Бег зайца через поля - Себастьен Жапризо

— Эй! Что означает этот капюшон?.. Эй, Чарли! Что еще за цирк?

Ответа нет.

— Эй, сними чехол!

Ответа нет.

Мужчина бросает взгляд на своих спутников. Потом с воодушевлением вытягивает руки с сумками вперед.

— Взгляни!.. Теперь ты богатый, Чарли!.. Все деньги мира!.. Видишь?

— Пока я вижу две сумки!

Мужчина на мгновение сникает. Потом снова силится улыбнуться и с опаской делает несколько шагов.

— О'кей, Пеппер? — тихо произносит Чарли.

Девушка слегка наклоняет голову Маттоне ведет ее к группе приехавших. Они останавливаются примерно на полпути, перед мужчиной со здоровенными полотняными сумками.

Бывший боксер, не выпуская из рук винтовки, ловит одну из них на лету и, нагнувшись, открывает ее. Пеппер держится чуть позади.

В сумке вперемешку навалены доллары Маттоне облегченно вздыхает. Достает пригоршню и показывает их Чарли.

При шорохе купюр Пеппер бросается на землю.

Чарли открывает огонь.

Маттоне с колена открывает огонь.

Тони открывает огонь.

Все происходит очень быстро.

Пеппер, лежащая на земле, дергает за кольцо и бросает куклу. Та взрывается, сметая людей Мак Карги, вздымая землю, осыпая градом камней лежащую плашмя девушку.

Тишина. Медленно рассеиваются пыль и дым от пальбы.

Пеппер встает на колени. Капюшон у нее откинут, лицо перепачкано землей.

Тони роняет винтовку и спешит к ней на помощь.

Маттоне пошатывается, держа в каждой руке по здоровенной полотняной сумке. Медленными шагами он направляется к Чарли, отыскивая его лицо на фоне рассвета. В спине у него две дыры.

Чарли устремляется навстречу, выпускает из рук винтовку и хватает его за плечи.

Они смотрят друг на друга, и Маттоне несколько раз открывает рот, силясь что-то сказать.

— …Говори!.. Говори же!.. — кричит Чарли.

Маттоне, который уже не держится на ногах, ценой неимоверного усилия удается вымолвить одно слово.

— М-мир!..

И он, бездыханный, валится на руки потрясенного Чарли.

Тони и Пеппер замирают в нескольких шагах и не решаются подойти. Чарли медленно опускает тело боксера на землю.

Выждав немного, он подбирает обе сумки и поворачивается к машине.

В это мгновение один из лежащих на земле гангстеров поднимает голову, часто смаргивает, отыскивая жертву, и прицеливается в Чарли.

— Чарли!.. — Тони словно обезумел.

Чарли резко оборачивается и видит гангстера, наставившего на него револьвер. Сам он безоружен, как и Тони. Выронив одну из сумок, он инстинктивно выбрасывает руку вперед и протестующе поводит пальцем.

В Марселе, в Соборном квартале, мальчуган с красным ножичком так же поводит пальцем перед другим мальчишкой, нацелившим на него пластмассовое ружье.

— …Это не считается, ты уже убит!

В грохоте выстрела Чарли падает навзничь.

Тони, очутившийся у своей винтовки, одну за одной всаживает пули в стрелявшего гангстера и в ярости опорожняет магазин. Он совершенно неузнаваем, безрезультатно нажимая на спусковой крючок, бросается к Чарли. Пеппер уже подле него. Чарли обеими руками держится за живот, и между пальцев у него течет кровь.

Вдвоем они поддерживают его, подбирают сумки и бредут к машине.

Вдали слышится вой полицейских сирен.

Тони и Пеппер помогают Чарли усесться на заднем сиденье.

— Винтовку! — протягивает руку Чарли и показывает на свое оружие, брошенное на земле Тони оборачивается, но винтовка слишком далеко, у них уже нет времени. Он садится рядом с Чарли, Пеппер — за руль.

Машина рывком трогается с места, закладывая вираж так, что визжит резина. Теперь на затихшем поле битвы уже ничто не шевелится.

Мужская рука приподнимает простыню, укрывавшую труп Маттоне.

Майоретка утвердительно кивает и, потрясенная, отворачивается. Она все в том же длинном платье, только на плечи ее наброшен мужской плащ.

Стоящая позади нее Шугар не сводит глаз с мертвого боксера.

— Итак, все они участвовали в ночном налете, — обращается инспектор Барни к одному из своих помощников — Кто тебе это сказал?

— Она.

Барни указывает на майоретку. Продолжая говорить, он приближается к Шугар и наблюдает за ее реакцией.

— Тот, которого взяли на месте и которого потом пришлось пристрелить — некто Риццио, — носил часы на каждой руке.

Шугар пытается скрыть охватившее ее смятение — значит, Риццио тоже убит, — но оно ясно читается в ее глазах.

Мгновение спустя она отворачивается.

Вокруг них, на пустыре, заполненном полицейскими машинами, мельтешат белые халаты санитаров и мундиры стражей порядка. Трупы людей Мак Карги укрыты простынями.

Барни берет Шугар за руку и подводит к трупу Маттоне.

— Кто это?

Наступает долгое молчание. Шугар упорно не смотрит на мертвеца и устало произносит:

— Один человек, который поставил десять долларов на Господа.

Она открывает сумочку, достает купюру — и кладет, ее на труп. Потом достает еще одну в кладет туда же.

— За Риццио.

— Где остальные? — спрашивает Барни.

— Какие остальные?

Шугар медленным шагом направляется к одной из полицейских машин. Помощник Барни устремляется за ней.

Барни наклоняется, чтобы подобрать деньги.

— Если вы сделаете это, я закричу! — Майоретка выглядит очень взволнованной.

Барни непонимающе смотрит на нее. Потом пожимает плечами, бросает деньги на место и увлекает девушку за собой к машине.

Когда они присоединяются к Шугар и помощнику Барни, к инспектору подходит мужчина в штатском, держа в куске белой ткани удлиненный предмет.

У Шугар екает сердце: она узнает обрез, на стволе которого сверкает в лучах солнца перстень с большой голубой стекляшкой, — оружие Чарли.

— Тот, у которого была эта винтовка, потерял много крови, — говорит мужчина и указывает Барни путь, проделанный раненым до машины, в которой его, видимо, увезли.

Местоположение кабриолета Чарли в нескольких шагах от них обведено меловым контуром. На земле — пятна, осколки стекла.

— Я бы сказал даже, если при нем не оказалось врача…

Не закончив фразы, мужчина выразительно щелкает пальцами.

— Неправда! — кричит Шугар.

Все удивленно оборачиваются к ней. Барни берет обрез в руки, осматривает его.

Когда он снова устремляет взгляд на Шугар — сначала на ее руки, потом на лицо, — то чувствует, что ее вот-вот прорвет.

— Вы знаете его лучше, чем я. Разве он из тех, кто бросает свое оружие?

Шугар отчаянно мотает головой. Это означает: быть не может, чтобы Чарли погиб, и быть не может, чтобы он бросил свое оружие.

Внезапно она отворачивается и забирается на заднее сиденье полицейского автомобиля.

Отдав винтовку, Барни наклоняется к ней.

— Может быть, мы еще успеем прислать к нему врача.

Шугар упорно избегает его взгляда.

— Сколько их было в той ложе? — обращается Барни к майоретке.

Стоящая возле автомобиля белокурая девушка встречается глазами вначале с Шугар, потом с инспектором. Ей вовсе не нужно напрягаться, чтобы вспомнить, просто в игру вступает некоторая женская солидарность, и она колеблется, перед тем как ответить:

— Двоих других с ними не было.

— Двоих других?

— Я их раньше не видела!

Полицейские обмениваются скептическими взглядами. Они не замечают, что Шугар пристально смотрит на майоретку. Уж она-то знает: двое других — это Тони и Пеппер.

— Как они выглядели? — терпеливо продолжает Барни.

Гримаса, пожимание плеч.

— Ничего больше не скажу. Да и потом, мне не сделали ничего плохого. Вы говорили, что пошлете врача? Так пошлите им врача!

Барни не в силах подавить вздох разочарования. Он подсаживает девушку в автомобиль.

— Очень хорошо. Сейчас вас отвезут домой.

У майоретки вид надутого ребенка, которого спровадили в детскую.

— Вот так всегда. Позовут играть, а потом смотрят как на пустое место.

Она обращает большие печальные глаза на Шугар, которая пристально смотрит на нее сквозь слезы, зная, что Маттоне и Риццио уже нет на свете, и представляя, как уезжают вместе Тони и Пеппер. Шугар внезапно привлекает девушку к себе, чтобы отстранить ее от дверцы и позвать Барни.

Нет, малышка вовсе не пустое место.

Под завесой дурацких, ничего не значащих фраз она, как всегда, сказала правду.

Остается Чарли. Ему нужен врач.

— Я скажу вам, где они! — захлебывается в крике Шугар.

Барни круто оборачивается. Майоретка, прижатая к Шугар, смотрит на нее в упор своими неподвижными вопрошающими глазами.

— Я скажу вам!.. Я скажу вам!..

Таверна на острове.

Девять часов утра.

Чарли наливает себе бокал виски. Он неудобно сидит на диване — видно, что рана у него нешуточная. На нем уже не смокинг, а толстая клетчатая куртка, которую он в первый вечер давал поносить Маттоне.